Пусть радуется другим сирийским подаркам
Турция. (Фото: «Nautilus»)
Захват подконтрольными Анкаре исламистами львиной доли Сирии позволяет сейчас Реджепу Эрдогану начать реализацию его геополитических амбиций.
В контекстеПравда ли, что курды… Если последователи идей Барзани считали идеалом борьбу за независимость, то легалисты, наоборот, активно сотрудничали с иранским и сирийским режимами в надежде получить свой кусок пирога.
Призами здесь выступают северные сирийские территории (Алеппо всегда был экономическим центром региона), решение курдского вопроса, статус нового ближневосточного султана – и, конечно же, строительство газопровода из Катара через Саудовскую Аравию, Иорданию, Сирию и Турцию в Европу.
Дело в том, что Эрдоган давно – еще с нулевых годов – мечтал замкнуть на себе все альтернативные российским пути поставки углеводородов в Европу с восточного, северного и южного направлений.
Причем для Анкары это был не только и даже не столько источник заработка, сколько получение рычага давления на Брюссель.
И этот рычаг турки использовали бы куда эффективнее, чем Украина. Не только выбивали бы из Европы деньги, но и давили бы на предмет вступления страны в ЕС. А также в вопросе защиты турецкой диаспоры в той же Германии и других европейских странах.
Однако тогда, в нулевые годы, на пути геополитических амбиций Эрдогана встал Башар Асад. Сирийский президент отказался пускать трубопровод через свою территорию.
Считалось, что тем самым он защищал интересы России (являвшейся основным поставщиком газа в Европу и не нуждавшейся в конкуренции со стороны дешевого трубопроводного газа из Катара) и Ирана (который хотел отправлять в Европу свой газ).
Считалось, что отказ Асада стал одной из причин того, что Турция начала против него прокси-войну, поддержав в десятые годы сирийский этап «Арабской весны».
«Deutsche Welle» После ухода Асада новая задача Сирии - объединить группировки, которые контролируют страну
В контекстеЭрдоган, султан Ливии После падения Каддафи в 2011 году ливийский клубок противоречий продолжает усугубляться. В прошлом году все задавались вопросом, когда генерал Хафтар - при поддержке Египта, Саудовской Аравии, Эмиратов, России и Франции - возьмет Триполи и свергнет Правительство национального согласия, возглавляемое Файезом Сарраджем и поддерживаемое «Братьями-мусульманами»
Сейчас же Анкара эту войну выиграла. Асада больше нет, а глава турецкой разведки раскатывает с главой захвативших Сирию группировок по улицам Дамаска.
Однако подарка в виде трубопровода Эрдоган все-таки не получит.
Во-первых, потому, что изначальное препятствие превратилось в единственно возможный инструмент. С Башаром Асадом вполне можно было бы договориться – в рамках комплексного урегулирования сирийско-турецких отношений.
Сирийский президент активно пытался диверсифицировать связи и изыскать какие-то средства на восстановление разрушенной гражданской войной страны.
Сейчас же, после свержения Асада и перспектив ливиизации Сирии (то есть войны всех против всех), нет единой силы, которая обеспечит безопасность строительства, а самое главное – функционирования трубопровода.
Без шансов на то, что какой-нибудь местный племенной вождь сядет на трубу и начнет требовать платы за ее дальнейшее сохранение (как это происходит с нефтяными терминалами в Ливии).
А с такими рисками никто не станет вкладывать миллиарды долларов в строительство трубы. Как никто не вкладывал деньги, например, в проекты по экспорту среднеазиатских углеводородов через Афганистан к побережью Индийского океана.
Во-вторых, нет достаточных свободных объемов газа. Сейчас Катар экспортирует свой газ танкерами в Восточную Азию и другие премиальные регионы – и в расширение этого экспорта он вложил большие деньги. В частности, в строительство терминалов по сжижению газа.
Отправлять трубопроводный (то есть куда более дешевый) газ в Европу – значит, лишать себя части экспорта сжиженного природного газа (СПГ) и в целом снижать общемировую цену на газ. То есть, проще говоря, нести относительный убыток.
Да, Катар в теории мог бы на такие убытки пойти, особенно если бы турецкие друзья его хорошо попросили. Да и диверсификация путей поставок газа может быть кому-то из катарского руководства интересна.
Михаил Крутихин Иранцы отворачиваются от Москвы
В контексте«Источник мира» от Эрдогана У курдов нет ничего, что они могли бы противопоставить артиллерии и авиации. У них нет систем ПВО, они не могут вести контрбатарейную борьбу и подавлять тяжелую артиллерию, им остается только зарываться в землю, обороняться и иногда контратаковать, чтобы сдерживать турецкое наступление.
Но тут возникает «в-третьих» – а именно, новые транзитные риски. И не только от Сирии, но и от Саудовской Аравии – крупнейшего с точки зрения протяженности трубы транзитере.
Дело в том, что саудовско-катарские отношения в 2010-е годы испортились. Геополитические конфликты, сложные личные отношения между правящими династиями, разница во взглядах на политический ислам и на то, кого из террористических группировок на Ближнем Востоке надо поддерживать – все это привело к конфликту, апофеозом которого была полная блокада Катара с 2017 по 2021 год.
В целом конфликт удалось урегулировать – однако нет никаких гарантий, что Эр-Рияд не повторит подход к снаряду и не возобновит блокаду.
А значит, пускать через Саудовскую Аравию стратегически важную для Катара трубу нельзя.
Кроме того, против выступят и американцы. Да, в нулевые годы Соединенные Штаты активно поддерживали любые планы по «диверсификации» поставок российского газа в Европу за счет других поставщиков. Любых поставщиков. Однако сейчас место этих «любых» заняли американские компании – Вашингтон наладил экспорт СПГ в Европу.
Куда более дорогого, чем российский газ – не говоря уже о катарском. И поэтому сейчас «любые другие» американцам не нужны. И Катар прислушается к этой просьбе – ведь роль США даже не в обороне, а в выживании этого маленького ближневосточного эмирата куда больше, чем у Турции.
Наконец, для строительства трубопровода нужны не только безопасность транзита и достаточные объемы свободного газа, но и гарантия сбыта этих объемов. А этой гарантии нет.
Если в нулевые годы она была (потребление газа в Европе росло), то сейчас, в ходе деиндустриализации Старого Света, будущее его потребления непонятно. В отличие от, например, того же восточноазиатского рынка.
Поэтому никакой катарской трубы Реджеп Эрдоган не получит. Пусть радуется другим сирийским подаркам.
* * *
Геворг Мирзаян
«Взгляд»