Права человека защищают людей, а не религии
Будду никто не защищает. (Фото: «Nautilus»)
В центре Антверпена мусульманин избил 16-летнего еврея, направлявшегося в йешиву. Ничего необычного в этом инциденте бы не было (только за минувшую неделю это восьмой в городе), если бы не одно обстоятельство.
Именно сегодня, 15 марта, отмечается Международный день борьбы с исламофобией. То есть день, когда, согласно резолюции A/RES/76/254 от 17.03.2022 Генассамблеи ООН, требуется каяться перед последователями религии мира – за доставленные им неудобства в виде «страха, предрассудков и ненависти».
В контекстеСтоль же тревожно, сколь и ожидаемо В то время как 47,2% будущих преподавателей исламской религии отрицают право Израиля на существование, 37,3% заявили, что евреи имеют слишком много власти и влияния в мире. Более чем каждый пятый (22,2%) требует исламизации политики, а каждый четвертый – исламизации правовой системы.
В календаре ООН есть международный день (отмечается 22 августа), установленный для борьбы с насилием и дискриминацией на основе религиозных убеждений.
Но в 2022 году по требованию 57 мусульманских стран исламофобия была выделена в особую категорию и получила свой день, когда можно гнидить все прочее человечество за недостаточное уважение к «религии мира».
Никакого дня борьбы с христианофобией, как вы понимаете, нет. И с буддофобией нет. И с юдофобией тоже нет.
Международный день Холокоста, как нередко путают, - он не про борьбу с антисемитизмом. Он про вчера, а не про сегодня. Что-то вроде Международного дня памяти о геноциде тутси в Руанде. Помянули, – пошли колотить дальше.
С исламоднем примерно такая же ситуация, как с БАПОР (UNRWA): есть Агентство ООН по делам всех беженцев, а есть Агентство по делам только палестинских беженцев. Почему? Потому.
Само появление в календаре ООН дня, провозглашающего необходимость защищать отдельную религию (ислам), вызвало немало споров. Термин «исломофобия» именно это и подразумевает, иначе бы назвали, например, мусульманофобия. И в этом случае было бы хоть как-то понятно: защищают верующих, а не то, во что они верят.
Сам термин islamophobia (по крайней мере так утверждают источники) придумали французы - так они обозначали враждебность к «варварской религии» в своих колониях.
Термин не вошел в широкое употребление, а второе рождение получил уже в Великобритании, где в 1997 году аналитический центр Runnymede Trust опубликовал доклад Islamophobia: A Challenge for Us All.
Глобальное же распространение связывают с событиями 11 сентября.
В контекстеПока не придётся платить по счетам Европа надеется умиротворить джихадистского крокодила Израилем… Однако, всё это лишь иллюзии. Если кто-то полагает, что процесс исламизации ограничится «Мечетью Парижской Богоматери», то нет - будет и своё «седьмое октября», причём не один раз.
Самая рефлексия Запада по поводу ислама очень приглянулась Катару, Пакистану и Саудовской Аравии, которые не жалели ни усилий, ни средств (а они есть) для того, чтобы исламофобию признали отдельной формой ненависти.
Критика инициативы сводилась в основном к формулировке. Высказывать недовольство в адрес религии – допустимая часть свободы слова.
Но возмущение по поводу ислама – это уже почему-то исламофобия. То есть ненависть. То есть запрещено.
При этом альтернативный термин anti-Muslim hatred (ненависть к мусульманам) отвергался категорически.
А что же ООН? А там, похоже, даже не поняли, как их развели. В начале 2000-х государства Организации исламского сотрудничества начали лоббировать концепцию defamation of religions (оскорбление религии). Идея была такая: считать оскорбление религии нарушением прав человека. То есть видом дискриминации по религиозному принципу.
США и страны Европы выступил против: права человека защищают людей, а не религии. А сама попытка поставить религию вне критики может превратиться в цензуру.
В 2011 году в Совете ООН по правам человека ООН предложили компромиссную резолюцию: не защита религии, а защита людей от религиозной ненависти.
Тут особо никто не возражал. Когда же 17 марта 2022 года резолюцию вынесли на обсуждение в Генассамблее ООН, все были настолько заняты российским вторжением в Украину, что было не до остального. Резолюцию приняли без голосования, консенсусом (without a vote). И борьба с дискриминацией по религиозному принципу свелась, как и было изначально задумано, к исламофобии.
На то, чтобы добиться искомой резолюции потребовалось почти 20 лет. Тогда в СМИ писали, что, мол, пал еще один редут на пути к исламизации Европы.
Теперь все идет быстрее. И никто уже особо по этому поводу не заморачивается. Ведь жизнь в борьбе. С исламофобией, например. Или за ислам, что тоже правильно.
С праздничком…
* * *
Макс Лурье
«Telegram»