Нефтедолларов не хватает и без украинских контрударов
Москва. (Фото: «Nautilus»)
Приехавши ненадолго в Пекин, Путин захватил с собой буквально всех своих начальников и магнатов, хоть как-то завязанных на экономику и финансы.
От Набиуллиной до Силуанова, от Орешкина до Сечина, от Грефа до Дерипаски. Чтобы всем коллективом бухнуться в ноженьки владыке КНР.
В надежде на спасение
В контекстеПекинская утка под иранским соусом Китай — это мудрая обезьяна, которая заигралась в поддержку террористов. Они надеялись, что хаос на Ближнем Востоке отвлечет мир от Тайваня. Но в итоге получили усиление Израиля, технологическое перевооружение своих соседей и риск остаться в полной изоляции вместе с тонущей Россией.
Покупать еще больше российского сырья китайцев упрашивали все российские гости вместе и по отдельности, во всех мыслимых и немыслимых вариантах.
Председатель Си теперь самый сведущий в потребностях путинского режима человек во внешнем мире.
Отчаянную нужду младших братьев в деньгах он наблюдал самым непосредственным образом.
Иногда считают, будто сподвижники боятся докладывать Путину, насколько нехороши экономические дела, а он по своей доверчивости видит все в розовом свете. Об этом вроде бы говорят его недавние рассуждения на «совещании по экономическим вопросам»:
Меры, реализованные за последнее время правительством Российской Федерации, начали давать определённый, скажем так, сдержанно скажем, но всё-таки определённый результат положительный.
Но в действительности Путин сказал это для отвода глаз. А о своей довольно приличной информированности правитель упомянул днем раньше, выступая перед капитанами ВПК на так называемом съезде Союза машиностроителей:
Не буду о грустном – не буду говорить о ключевой ставке, не буду говорить о необходимости наличия «длинных денег» и об укреплении рубля.
Путин знает, что даже производителям оружия со всеми их удобствами и льготами досаждает высокая ставка и переукрепленный рубль.
Известно ему и о том, что они требуют себе еще больше «длинных денег», т. е. средств, взятых с банковских счетов и из пенсионных накоплений рядовых россиян и отдаваемых магнатам навсегда – якобы чтобы стать «долгосрочными инвестициями».
Вождь планирует править долго и не готов перевернуть вверх дном свою финансовую систему даже и по просьбам милых ему людей.
Напротив, он уговаривает их сделать то, что им не по душе:
Наши герои, прошедшие специальную военную операцию… Прошу самым активным образом содействовать приходу таких людей в отечественный ОПК… Нужны конкретные действия: расширение программ профессиональной подготовки, стажировок, трудоустройства. Да, ребята воюют, показывают себя, но нужно их поддержать, надо искать талантливых, там много талантливых людей, я встречаюсь с ними, поверьте мне, талантливых, современных, хорошо мыслящих. Нужно их искать, находить и помогать.
Ветераны – его любовь
В контекстеВойна в Украине и проблема Тайваня: Что дальше? Украина важна, и проигрыш в этой войне нанесет ущерб интересам США и ободрит Китай. Но Украина - еще важнее для Европы, и чем больше Америка помогает, тем меньше это будут делать европейцы. Подобное уже случалось в прошлом и снова происходит сегодня.
Эти нанизывания фальшивых похвал идут вовсе не от старческой сентиментальности. Путин остро чувствует практическую необходимость повысить выгоды военной службы и улучшить перспективы тех, кто ее прошел. Re:Russia пишет:
Все больше свидетельств и косвенных оценок указывают на то, что приток контрактников для войны в Украине снизился. Модель коммерческого контракта, с помощью которой Кремль в течение почти трех лет решал проблему восполнения потерь и привлечения живой силы для фронта, судя по всему, переживает кризис. Речь идет не просто о падении темпов набора, но о системном сбое модели, преодолеть который будет, вероятно, крайне сложно.
Понравится это Путину или нет, но его ветеранолюбивые призывы услышаны не будут. Менеджеры военной и гражданской экономики видят в «воюющих ребятах» опасных маргиналов и продвигать кого-то из них станут только для отвода глаз.
А в краткосрочной перспективе кризис контрактного набора будут решать обычным путинским способом – зальют деньгами.
Как и растущие трудности военных производств, о которых («о грустном») упомянул Путин – а значит, приказал своим финансистам найти для ВПК добавочные средства.
Стремительный рост государственных расходов за прошедшую часть 2026-го говорит, что путинское обещание не увеличивать в этом году военные траты отменено или было липовым с самого начала.
В этих некомфортных для них координатах и мечутся сейчас топ-менеджеры режима, которых вождь ценит за талант выполнять любые его приказы, облекая их в финансово грамотную форму.
Возвращенная суровость
В контекстеМедленно, но навсегда Дело дошло до призыва ввести полное эмбарго на поставки энергоносителей из России и объявить запрет на морские перевозки российских грузов – то есть по существу начать против агрессора торговую войну.
Несколько месяцев назад технократы убедили Путина, что из-за падения нефтяных цен дела пошли совсем худо и что пора урезать государственные траты, начав хотя бы с гражданских. В конце февраля, ссылаясь на согласие вождя, объявили о суровых мерах, включая даже и давно невиданный секвестр бюджета.
Но поскольку буквально в те же дни началась иранская война, и цены на топливо взлетели, с суровыми мерами решили повременить. К концу марта менеджеры режима и вовсе впали в эйфорию и стали ждать золотого дождя. К маю выяснилось, что путинские аппетиты растут куда быстрее, чем думали, а нефтедоходы – куда медленнее. И путинские интеллектуалы еще раз пересочинили стратегию.
В нынешнем своем виде она изложена в аналитической записке околоправительственного ЦМАКПа под названием «Почему нефтегазовые доходы оказались ниже ожиданий». Вопреки названию, она не только объясняет, как так вышло, что текущие нефтедоходы «заметно ниже ожиданий», но и излагает хозяйственные планы технократов на остаток нынешнего года. Взятые в совокупности, тезисы этой записки образуют что-то вроде их манифеста.
Итак, апрельские нефтегазовые доходы бюджета достигли довольно внушительных 0,86 трлн рублей, но все равно оказались на 21% меньше, чем в апреле год назад.
А суммарно за первые четыре месяца 2026-го они меньше, чем в прошлом году, на 38% – всего 2,3 трлн рублей. Даже не одна пятая от всей суммы бюджетных доходов.
Причина недостаточного роста нефтегазовой выручки в апреле объясняется укреплением рубля (которое сокращает налоговую базу), особенностями исчисления отдельных налогов и некоторым (судя по намекам авторов записки, небольшим) уменьшением экспорта из-за украинских воздушных ударов.
Так или иначе, по приведенному в записке расчету, в мае нефтегазовые доходы снизятся до 0,7–0,8 трлн рублей. Это значит, что за первые пять месяцев 2026-го эти доходы достигнут всего 3–3,1 трлн рублей. И, чтобы просто выполнить годовой бюджетный план (8,9 трлн), за оставшиеся семь месяцев останется собрать целых 5,8–5,9 трлн рублей. Думаю, возможно, но гарантии нет.
С замахом на рекорд
В контекстеТрамп и Путин: «химия» или «химикалии»? Это и есть то главное, что мы должны держать в прицеле, рассуждая о перспективах войны или мира между Россией и Украиной. Всякий раз, когда мы исходим из соображений рационального характера, мы будем допускать ошибку, так как украинское общество не готово, да и вряд ли способно исходить в своих действиях и решениях из рациональных предпосылок.
Таким образом, даже крайне благоприятная для российской казны атмосфера иранской войны не обеспечит перевыполнение годового плана по нефтедоходам. Благодаря этой войне он всего лишь не будет провален.
Это значит, что денег для покрытия придумываемых на ходу Путиным добавочных военных трат нефть не принесет.
Вероятно, так считают и составители записки, хотя и не говорят об этом прямо. По их прикидке, суммарный годовой недобор всех бюджетных доходов (нефтегазовых и ненефтегазовых) будет достаточно велик и составит 1,6–1,7 трлн рублей.
А план по расходам мощно перевыполняется: за январь–апрель они выросли год к году на 16% (до 17,6 трлн, 40% годового плана). Эти цифры укладываются в высказанные ранее предположения, что годовой перебор бюджетных трат может достигнуть 3–5 трлн руб.
С учетом недобора доходов и перебора трат, итоговый дефицит бюджета-2026 может обогнать план (3,8 трлн рублей) на добрых 5–7 трлн и подскочить до 8-10 трлн рублей.
Это гораздо выше рекордного дефицита-2025 (5,6 трлн) и хорошо монтируется с огромным дефицитом, уже накопленным за январь-апрель (5,9 трлн рублей).
В опубликованной версии записки ЦМАКПа размеры предстоящего дефицита из осторожности не приводятся, но зато перечислены способы его покрытия:
Пространство для крупного секвестра в середине года ограничено уже профинансированными обязательствами и жесткостью значительной части расходов. Более вероятным представляется выбор в пользу… использования остатков средств и резервов, дополнительного размещения ОФЗ и точечной оптимизации отдельных расходных направлений. При этом возможности долгового финансирования тоже не безграничны. Высокие процентные ставки увеличивают стоимость новых заимствований.
Четыре намерения и три помехи
В контекстеТрамп для Си - уважаемый противник, Путин - младший партнер Вариант прихода к власти людей, готовых идти на нормализацию отношений с США и Европой, нельзя исключить. В этих условиях готовность Москвы заметно дистанцироваться от Пекина в качестве части платы, например, за снятие санкций и возвращение в «большую семерку» - вполне реальный вариант развития событий. И он совершенно не устраивает китайское политбюро.
В переводе с чиновничьего языка это означает, что путинские технократы намерены:
1. Провести во второй половине года небольшую урезку невоенных трат. Для большой упущено время.
2. Мобилизовать переходящие остатки и резервы, т. е. потратить на военных и на войну деньги, выделенные для других целей. Это будет уже не первая такая мобилизация, но пару триллионов наскрести, видимо, напоследок получится.
3. Еще одного прямого повышения налогов в этом году не устраивать. Такую возможность бурно отрицает Силуанов, намекая, что сосредоточится на секвестре расходов, да и отдача от предыдущих повышений оказалась ниже ожидавшейся. Что не отменяет усиления формального и неформального нажима на все категории плательщиков.
4. Занять на внутреннем рынке больше денег, чем собирались. Надеяться, что их понадобится не очень сильно больше, ведь при нынешних высоких ставках брать в долг крайне невыгодно.
Все это в совокупности действительно позволит технократам кое-как свести концы с концами. По крайней мере, в этом году. Если не помешают три очевидные помехи, которые они стараются публично не упоминать.
Во-первых, если блокада Ормузского пролива не прекратится и цена барреля Urals не упадет до январских 40 долларов. Упадет – бюджетная дыра к концу года успеет вырасти на добрых пару триллионов.
Во-вторых, если экспорт нефти и нефтепродуктов не будет еще сильнее нарушен украинскими дронами и ракетами. Пока что реальное сокращение добычи и экспорта измеряется в процентах, а не в разах.
И в новейшей версии прогноза Минэкономразвития на этот год в «базовый», т. е. основной, его вариант заложено сохранение производства и экспорта энергоносителей примерно на уровне 2025-го.
Лишь наихудший, «консервативный», вариант этого прогноза предусматривает снижение экспорта и добычи процента на три. А если удары станут сильнее, и спад окажется существенно больше?
Вся расчеты и вся бюджетная гармония будут сломаны.
Технократы почти не говорят об этих ударах вслух, но не могут их не видеть. Ведь даже рядовые россияне в последнем опросе ФОМа впервые за все годы войны отметили как главное текущее событие уже не «СВО» (16%), а украинские обстрелы российских территорий (18%).
И в-третьих, сама российская нефтеторговля в сегодняшнем мире не защищена ни от санкций, ни от блокад. Если ее перекроют, материальный итог будет тот же, что и в предыдущих пунктах.
Страх режима перед этой перспективой виден по той быстроте, с которой Путин со всей плеядой своих технократов ринулся к Си Цзиньпину за покровительством и гарантиями закупок энергоносителей. Но Китай покровительствует только самому себе.
По мере того, как Путин упорствует в продолжении войны, с его режима сходит та своего рода осмотрительность, которая так долго была ему присуща.
А его послушные технократы, вопреки своей фирменной грамотности и осторожности, все глубже втягиваются в авантюрные и непредсказуемые экономические манипуляции…
Публикуется в сокращении
* * *
Сергей Шелин
«The Moscow Times»
«Facebook»