COVID-19 ускоряет изменения, которые начались еще до пандемии
Пандемия COVID-19 сильно дестабилизировала рынок труда. Она уничтожила миллионы рабочих мест, вызвав падение занятости.
Во многих странах безработица выросла до уровня, который наблюдался еще в 1930-х годах, причем основной удар на себя приняли низкоквалифицированные работники. Пандемия также обострила социальное неравенство, пишет журнал The Economist.
«Ключевые» работники были вынуждены ездить на работу несмотря на пандемию, рискуя заразиться вирусом, тогда как другие люди смогли перейти на дистанционную работу.
Некоторые аналитики прогнозируют, что главной чертой постпандемического рынка труда будет стабильно высокий уровень неравенства и безработицы.
Однако, есть и положительные прогнозы.
В контексте«Корона» китайской империи Миллиардеры какой страны заработали в 2020 году больше всех? Правильно, Китая. За 2020 год их общее состояние увеличилось на 750 миллиардов долларов и теперь составляет почти 2 триллиона. Китай не только автор, но и однозначно главный бенефициар пандемии COVID-19.
Со времен зарождения капитализма люди постоянно жаловались на мир труда, всегда убеждая себя, что прошлое было лучше, чем настоящее. Известный экономист Адам Смит утверждал, что развитие промышленного сектора Шотландии в конце 18 века могло сделать рабочих "невеждами".
Эмиль Дюркгейм считал, что во времена славного прошлого Франции люди наслаждались работой, потому что контролировали ее совместно в своей общине, но все это украл капитализм.
Даже в «золотой век» 1950-х и 1960-х годов, когда рабочие места были намного лучше, чем сегодня, люди часто критиковали рынок труда.
В 50-х годах ученые-социологи утверждали, что американские профсоюзные работники были несчастными, поскольку их работа скучная и они не имели автономии.
Незадолго до начала пандемии коронавируса рынок труда переживал свои трудности. Многие люди были убеждены, что работники XXI века застряли в нестабильной и плохо оплачиваемой работе, если они вообще могли ее найти. Люди считали, что будущее может быть еще хуже.
«Куда исчезла хорошая работа?» - спросил Дэвид Бланчфлауэр из Дартмутского колледжа в своей книге, изданной в 2019 году.
Однако, в своем отчете The Economist пытается опровергнуть такие пессимистические оценки. Сосредоточивая внимание на 37 странах, в отчете утверждается, что представление людей о мире труда часто бывает ошибочным.
Рынок труда еще до COVID-19 был далеко не идеальным, но он был лучше, чем утверждали многие критики. Без сомнения, пандемия стала катастрофой. Но даже несмотря на это, COVID-19 помогает трансформировать рынок труда быстрее и освещает те аспекты, которые требуют совершенствования.
Рынки труда важны не только потому, что они позволяют людям зарабатывать деньги на жизнь. Работа фактически является наибольшей составляющей человеческой идентичности. Мир труда формирует свою политику. Неприятно терять работу, но так же неприятно работать в "не своей" сфере.
Высокий уровень безработицы связан с высоким уровнем преступности и общим ухудшением состояния здоровья.
По оценкам для Америки, рост безработицы в течение 2020 года повлечет 800 тысяч дополнительных смертей в течение следующих 15 лет.
Однако в определенной степени мир труда до начала пандемии был относительно успешным. В 2019 году уровень безработицы в богатых странах был ниже, чем когда-либо с 1960-х годов. Безработица среди молодежи, особенно в Европе, также уменьшилась.
Уровень занятости в трудоспособном возрасте (доля лиц от 16 до 64 лет на работе) также был высоким в большинстве развитых стран. Большим сюрпризом для многих экономистов было то, что этот рост количества рабочих мест не останавливался даже тогда, когда минимальная заработная плата тоже росла.
В контекстеТайвань почти победил коронавирус Стратегию Тайваня может быть сложно применить в странах Запада, поскольку Китайская Республика характеризуется довольно специфической общественно-политической культурой и высоким уровнем сотрудничества между правительством и обществом.
Возможно, заработная плата росла не так быстро, как хотелось бы многим, но эра, которая ознаменовала последствия финансового кризиса 2007-2009 годов, закончилась. В конце 2019 заработок в богатых странах рос почти на 3% в год.
Заработная плата наименее оплачиваемых американцев росла намного быстрее.
Однако, стоит отметить, что неравенство доходов было высоким по историческим меркам. Однако к концу 2010-х неравенство уже перестало расти такими быстрыми темпами и иногда даже падало.
Все больше людей получали удовольствие от своей работы. В 2019 году американский аналитический центр Gallup показал, что доля американцев, "полностью" или "частично" довольных работой выросла, согласно опросу. Показатели «удовлетворения работой» также росли в Европе.
Рабочие места стали более доступными даже для людей без высокого уровня образования. Для таких людей пребывание на работе предлагает определенную экономическую безопасность. Что самое важное, это также облегчает начало карьерного роста.
Однако, вопрос заключается в том, смогут ли после пандемии рынки труда восстановить эти положительные тенденции. Часть аналитиков убеждена, что COVID-19 в конце концов улучшит ситуацию, ускорив изменения, которые начались еще до пандемии. Однако такое «улучшение» будет двигаться несколькими маршрутами.
Благодаря росту «популярности» удаленной работы, большее количество людей смогло получить больше свободы относительно того, когда, где и как они зарабатывают на жизнь. Большинству руководителей будет безразлично, где живут их работники, в Нью-Йорке или в Ниуэ, главное, чтобы они успешно выполняли свои обязанности.
Переход на «гибридную» модель работы, где часть времени проводится в офисе, а часть дома, уже заставляет менеджеров улучшать уровень коммуникации с сотрудниками. Это также стимулирует полезные и давно назревшие изменения в трудовом законодательстве.
Это не единственный аспект, который ждут изменения на рынке труда. Все потери, которые принес пандемический год, заставили правительства искать путь к «здоровому рынку труда».
Таким образом, пандемия привлекла большую роль правительств, особенно в поддержке занятости, в будущем, если власть стран удачно справится со своей ролью, это поможет уменьшить неравенство и разработать более продуманные системы прав работников и социальных выплат. А как насчет автоматизации, которая часто вызывает панику среди работников? Некоторые аналитики прогнозируют, что
опыт прошлого года может подтолкнуть многих работодателей к автоматизации производственных процессов, что уменьшит количество рабочих мест для людей.
Действительно, экономическая рецессия часто провоцирует всплеск автоматизации. Но угроза со стороны роботов для человеческого рынка труда несколько преувеличена. Однако, открытым остается вопрос о том, насколько быстро пострадавшие рынки труда смогут оправиться от пандемического шока, резюмирует издание.
Ранее первый заместитель главы Международного валютного фонда Джеффри Окамото заявила, что экономика во всех странах мира восстанавливается быстрее, чем прогнозировалось ранее. Однако, по ее словам, восстановление экономики идет неравномерно в разных странах.
ВВП в большинстве стран остается существенно ниже докризисных показателей.
Директор-распорядительница МВФ Кристалина Георгиева заявила, что МВФ намерен изменить прогнозы для мировой экономики на текущий год в сторону улучшения. Положительными факторами являются новые меры бюджетного стимулирования в США, а также продвигается вакцинацию от COVID-19.
* * *
Анастасия Гурин
«ZN.UA»
«The Economist»