В ходе войны нам предстоит победить не только ХАМАС, но и юридический казус, обеспечивающий его существование
Моше, мой тренер в «качалке», человек очень спортивный, но очень простой, сказал мне сегодня в перерыве между подходами:
— Каждое утро, проснувшись, я первым делом включаю новости в телефоне с надеждой: может, уже этой ночью его взяли? Как думаешь – когда?
Речь, конечно, идет о Яхье Синваре, главаре ХАМАСа в Газе, инициаторе и организаторе резни 7 октября. И мечта Моше видеть его плененным («Мне не надо, чтобы его убили! — оправдывается он. – Пусть сначала поставят перед судом – и уже потом повесят, по приговору – как Эйхмана») соответствует желанию большинства израильтян.
Но когда это случится — точно не знает никто, включая тех, кто его ловит. А учитывая, что в разгаре торг по заложникам, в котором Синвар не только основной игрок, но и главный обменный козырь, может, никогда.
В контекстеРяд стран остановили финансирование агентства БАПОР Глава МИД Израиля Исраэль Кац приветствовал решения стран о приостановке финансирования. «Мы уже много лет предупреждаем: БАПОР увековечивает проблему беженцев, подрывает мир и служит гражданским подразделением ХАМАС в секторе Газа».
Однако без головы или клетки Синвара при сегодняшнем раскладе ощущения победы у израильтян не возникнет.
Что может заменить это зримое свидетельство поражения врага? Еще один взятый город? Их почти не осталось. Еще один разрушенный тоннель, взорванный склад ракет и новый десяток уничтоженных боевиков? Они никогда не кончатся. Не это убьет ХАМАС и отведет его опасность от нас.
По большому счету, даже ликвидация или пленение главного злодея не станет концом террористического гадюшника на юге.
Голова Синвара необходима в качестве символа – для картины победы, а не для нее самой.
Большинству из нас не дано знать, как мы приближаемся к ней и приближаемся ли. Без владения оперативной информацией, которая нам и не положена, и способности анализировать ее, которой у нас нет, нельзя понять, что на самом деле происходит.
Но оценивать происходящее следует не только по картине боевых действий, известной нам лишь фрагментарно. Победа куется не только на передовой. Фронты войны гораздо шире и разнообразней.
Доподлинно неизвестно, насколько близко подошли наши солдаты к логову Синвара и насколько напуган он лязгом гусениц израильских танков у себя над головой (по образному выражению министра обороны Галанта).
Но можно точно сказать, чего он действительно боится, даже не слыша рева танковых моторов и не видя направленных на него стволов спецназа (что тоже пообещал ему генерал Галант, в прошлом командир подразделения в спецназе ВМФ «Шаетет-13» и участник важных ликвидаций).
/Эта угроза не связана прямо с боевыми действиями ЦАХАЛа, но если она осуществится – ХАМАСу будет нанесен такой удар, от которого он не сможет оправиться. Его власть в секторе Газа рухнет.
Синвар это знает и боится этого больше израильских танков и коммандос. От них можно спрятаться или прикрыться заложниками, помотать преследователей по подземным лабиринтам достаточное время, чтобы израильская армия и общество поняли, что они зашли в тупик – и отказались от намерения покончить с ним, его растворенной среди гражданского населения армией и превратить Газу в мирный анклав.
А от этой опасности, идущей на него без военных средств слежения и уничтожения, – не спрятаться, не скрыться. Она всепроникающая, как радиация.
Большинство израильтян об этой угрозе ХАМАСу знает, но, в отличие от Синвара, не воспринимает ее как нечто значительное. Она телевизионной картинки не дает, количества убитых боевиков не увеличивает, никого не возводит в герои — и потому обречена оставаться на периферии общественного внимания, особенно в разгар войны, когда действительно горячими новостями перегружены и перегреты экраны.
Ну, к примеру, кто из вас потратил больше пяти минут своего драгоценного времени на обсуждение сообщения о том, что вслед за США еще 10 стран – в том числе Канада, Германия, Великобритания, Австралия, Япония, Австрия, Италия –
заявили о прекращении финансирования Агентства ООН для помощи палестинским беженцам – БАПОР (или в английском оригинале – UNRWA)?
Ну, основные доноры не будут его спонсировать (и то не факт, что навсегда – заявлено лишь о замораживании финансирования) – что такого важного в этой новости для нас? И что такого страшного в ней смертнику Синвару?
Прежде всего стоит разобраться, что такое вообще БАПОР/ UNRWA? В представлении израильтян это всего лишь одна из многих благотворительных организаций, занятая обеспечением бытовых нужд палестинских арабов и предъявлением претензий Израилю как основному виновнику обездоленности подопечного БАПОР контингента от имени ООН и всего прогрессивного человечества.
Это отчасти правда, но очень отчасти. Значение, сила и роль БАПОР выходит далеко за рамки официально обозначенных его функций и полномочий.
Здесь мы имеем дело с аферой всемирного масштаба, узаконенным на международном уровне блефом, беспрецедентной по степени наглости и жадности бюрократической игрой.
Попробуем разобраться, откуда растут ноги у этого феномена. Тут нам понадобится Историческая справка.
Как создать вечный двигатель и вечно продавать его
В контекстеХозяева войны С палестинскими беженцами произошло нечто противоположное. Они не только не были интегрированы в новую жизнь, но 750 000 человек с 1948 года превратились в 6 миллионов сегодня, и их число постоянно растет. Этот невероятный феномен является результатом деятельности и важнейшим достижением БАПОР.
Согласно определению ООН, беженец, — это человек, покинувший свою страну в результате чрезвычайных обстоятельств.
Палестинские беженцы – то есть арабы, покинувшие территорию бывшей подмандатной Палестины, на которой было провозглашено государство Израиль, в 1948 году, в ходе Войны за Независимость, — лишь условно попадают под это определение.
Свою страну они не покидали, поскольку ее не было. Но неважно – свои дома они покинули, и на тот момент оказались без крова и средств к существованию. Таких в 1948 году было, по разным источникам, от 300 до 710 тыс. человек. Еще 40 тыс. прибавилось в результате Шестидневной войны 1967 года.
Куда бежали палестинские арабы? Прежде всего – в арабские же страны. Там не стали интегрировать лишенных крова палестинских братьев. Их поселили в лагеря беженцев, фактически – резервации и поставили условием оказания им помощи – нахождение в этих лагерях. Кто вышел, трудоустроился – тот не беженец, и пособия, бесплатные продукты, утварь и жилье ему не положены. Хочешь получать – оставайся за забором.
Такова была согласованная политика Лиги арабских государств и арабского сообщества. Они создавали проблему палестинских беженцев. Именно проблему! Острую, мировую, долговременную и неразрешимую без того, чтобы вернуть этих несчастных на территорию возникшего вопреки арабским усилиям еврейского государства.
Так беженцы становились живым оружием против Израиля и одновременно – вечным поводом для войны против него. А для этого они прежде всего должны были быть, и быть именно беженцами – со всеми присущими этой обычно временной категории обездоленных лишениями, неудобством для окружающего населения и сердобольного мирового сообщества. Но быть всегда!
Арабам удалось сделать больше – возложить основное бремя заботы о своих неприкаянных их же стараниями соплеменников на то самое мировое сообщество.
Так возникло в 1949 году при ООН Ближневосточное агентство для помощи палестинским беженцам и организации работ — БАПОР, или в английской аббревиатуре – UNRWA. Не для решения проблем беженцев, а для увековечивания их проблем и собственно проблемы палестинских беженцев как таковой. А также, что немаловажно, — самой этой бюрократической структуры.
Образ палестинских беженцев формировали не факты, а картинки. Примерно такие/
Палестинские арабы не были первым и не стали последним контингентом беженцев за время существования ООН. Вынужденному переселению подверглись 12-14 млн. немцев, около двух миллионов корейцев, почти миллион вьетнамцев. И особенно показательная аналогия – 700-800 тысяч евреев из арабских и мусульманских стран, изгнанных оттуда после образования Израиля и лишенных имущества.
Все они пребывали в состоянии беженцев считанные месяцы, в худшем случае – годы, а затем интегрировались в принявших их странах.
Только с палестинскими «изгнанниками» картина противоположно иная. И главная заслуга в этом принадлежит самим арабским странам и непосредственно БАПОР.
Первоначально Агентство определило подопечный ему контингент как «лиц, проживавших на территории Палестины в период с июня 1946 года по май 1948 года и потерявших свое жилье и средства к существованию в результате арабо-израильского конфликта 1948 года».
Со временем количество таких людей иссякало, что могло отразиться на объемах финансирования и штатах Агентства. Поэтому бюрократы БАПОР поспешили отвести от себя эту потенциальную угрозу кардинальным методом.
В 1965 году они сами, своим решением, распространили статус палестинских беженцев на потомков мужчин, попадавших под это определение в 1948-м.
Таким хитрым трюком было создано уникальное явление: передача статуса беженца по наследству.
Теперь им пользуется уже четвертое поколение династий официально обездоленных. [Например,] лагерь беженцев Шуафат в Иерусалиме. Найдите здесь палатки и кибитки…
Трюкачи из БАПОР ввели еще ряд ноу-хау. Даже те в прошлом палестинские арабы и их потомки, которые обладают официальным гражданством других стран, не лишаются статуса беженца. И арабы, проживающие на территории Палестинской автономии и в секторе Газы – то есть, у себя на родине, как они сами считают, — тоже, по реестру БАПОР, являются беженцами.
Все это само по себе нонсенс: из одного яйца, оказывается, можно получить и цыпленка, и яичницу.
Ну, и что, что это противоречит логике и здравому смыслу? Зато функционеры из БАПОР навсегда обеспечили себя работой и высокими ооновскими зарплатами. (Должности в Агентстве, как статус у беженцев, тоже зачастую передаются по наследству, а значительная часть бюджета расходуется на содержание административного аппарата.)
Благодаря этому количество палестинских беженцев – и только их! – постоянно и неуклонно растет.
Уже давно никто никуда не бежит, а число обездоленных все увеличивается, сегодня оно составляет 5,7 млн.
Соответственно растут и штаты. Всеми беженцами в мире (в том числе и недавней гигантской волны, вызванной сирийской гражданской войной, начавшейся в 2011 году, прочими выбросами «арабской весны» и африканскими политическими катаклизмами) занимается Управление верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ, или UNHCR).
Его подведомственный контингент сейчас составляет 58 млн. человек (и это не дети, внуки и правнуки покинувших свои страны, а они сами), оно действует в 136 странах. Штат УВКБ – 6350 сотрудников. А в БАПОР их – свыше 30 тысяч.
Конечно, разрушать такую идеальную и щедрую кормушку никто по доброй воле не даст. Ребята хорошо устроились!
Торжество бюрократии
В контекстеБлеск и нищета Сектора Газы За 70 лет своего сосуществования «помощь» оказываемая БАПОР не привела к интеграции беженцев в гражданские общества, стран их проживания, а наоборот, способствовало созданию гетто для палестинцев. Ведь число беженцев увеличилось в 8,5 раз.
Главное, что следует вынести из этой исторической справки и что мало кому известно даже в Израиле, — вот эта деталь…
Что проблему палестинских беженцев делает вечной и неразрешимой, а число их – постоянно и неуклонно растущим – не объективные и непреодолимые исторические обстоятельства, не согласованное требование мирового сообщества, не заговор враждебных нам элит, а всего лишь решение одной бюрократической структуры, вынесенное ею самой, из своих шкурных интересов, ради обеспечения прежде всего себя — должностями, штатами, бюджетами и влиянием.
То, что этот бюрократический трюк, фактически подлог, был возведен ООН в ранг неопровержимой объективной реальности, конечно, показывает степень профессионализма и предвзятости «мирового правительства» — главной международной организации планеты.
Но для сомнений в компетентности функционеров ООН у нас и раньше были основания. Одно высказывание Гутерриша о резне 7 октября, произошедшей «не в вакууме», чего стоит.
А вот то, что Израиль все эти годы даже не пытался всеми средствами, включая судебные, ткнуть ООН и все мировое сообщество в явную и легко доказуемую нелепицу с «палестинскими беженцами» и их наследным статусом, говорит о компетентности и боевитости израильской дипломатии. Засыпать на посту умеют и в МИДе.
Каков контингент, таков и контент
ООН назначила расследование деятельности подведомственной ему структуры в Газе только после того, как израильская разведка представила документальные свидетельства участия 12 сотрудников БАПОР в резне 7 октября, их даже пообещали уволить, если подтвердится… Страшное наказание за причастность к убийствам, захвату заложников, изнасилованиям…
Именно этот зашквар дюжины «отщепенцев» послужил поводом к замораживанию финансирования БАПОР со стороны целого ряда стран Запада – надо же, какая неловкость!
Удивление по поводу того, что «отдельные сотрудники БАПОР» (как выразился Гутерриш) засветились в жесточайшей террористической акции ХАМАСа, такого же рода неожиданность, как то, что на улице мокро, когда идет дождь.
Конечно, откуда в штаб-квартире ООН, в правительствах стран-доноров и в благотворительных организациях, поддерживающих палестинцев, могли, например, знать, что служащие БАПОР в Газе – это сплошь функционеры и активисты ХАМАСа, члены их семей и лояльные ХАМАСу жители сектора – других туда не берут.
В Газе, где очень плохо с трудоустройством, за место в престижной международной структуре какую только клятву верности не дашь. БАПОР стало крупнейшим работодателем в анклаве, а поскольку рекрутированием рабочей силы для него, отбором и контролем ее занимается исключительно ХАМАС, сложилась крайне пикантная ситуация:
агентство ООН превратилось в крупнейшего в мире работодателя террористов, фактически спонсора террора.
Зная это, стоит ли удивляться, что почти в каждой школе в Газе, каждой больнице (практически все они принадлежат и содержатся БАПОР и действуют под вывеской ООН) находят оружейные склады и пусковые установки ракет, штабы и опорные пункты террористов, а школьные программы и учебники, издаваемые БАПОР, целиком направлены на воспитание ненависти к евреям, апологетикой террора и насилия?
Каков контингент — таков и контент. От осины не родятся апельсины.
Виден ли за деревьями лес?
В контекстеПока есть БАПОР В Израиле решили, что в анклаве жизнь можно наладить, дать арабам воду, электричество, медицину, и станут они «хорошими». И начали вбухивать туда средства... Пока не поняли, что что-то идёт «не так». В частности потому, что не прикрыли там БАПОР.
В штате БАПОР и его учреждений в Газе около 13 000 местных кадров. По данным разведки, не менее 1200 из них непосредственно принадлежит ХАМАСу и Исламскому джихаду. Можно ли было предположить, что никто из них не примет участие в самой массовой террористической акции ХАМАСа 7 октября?
То, что только 12 «сотрудников ООН» засветились и идентифицированы, — случайность, но отнюдь не полный список.
Судя по сегодняшним поспешным заявлениям руководства ООН и БАПОР, там хотят изобличение и примерное наказание суровым увольнением 12-ти попавшихся выдать за восстановление справедливости — и объявить инцидент исчерпанным.
Сердобольная к страданиям палестинского народа мировая общественность, включая правительства стран, объявивших о замораживании средств на поддержку БАПОР, с удовольствием заглотит предложенный подлог и согласится за отдельными деревьями не разглядеть леса, чтобы можно было, как только гроза с разоблачением террористов в штате ООН пройдет, эхо грома утихнет, возобновить финансирование Агентства – и оставить его не замоченным на прежнем месте с прежними полномочиями и доходами.
Израиль обязан предотвратить такое развитие событий любой ценой. Возобновление финансирования БАПОР и сохранение его статуса и влияния после всего случившегося должно восприниматься израильским гражданским обществом таким же непозволительным поражением, как военные воспринимают сегодня перспективу выхода из Газы после стольких свершений и жертв без достижения заявленных целей наземной операции – полного разрушения военной и управленческой структуры ХАМАСа и уничтожения лидеров террористов.
Политики, дипломаты, юристы, ученые-гуманитарии, журналисты, пиарщики, артисты, специалисты по информационным технологиям, лидеры общественного мнения должны использовать все свое умение, таланты, связи, влияние, средства для выполнения этой задачи.
Она очень конкретная и реальная. Надо не допустить, чтобы уже начавшийся процесс бойкотирования БАПОР пошел вспять, а наоборот – усугубить его до окончательного результата. Лишить агентство ООН, ставшее прокси ХАМАСа, постоянных источников финансирования полностью и навсегда – довести его до банкротства и самороспуска – такова задача на первом этапе. А на втором –
следует дезавуировать введенную этой бюрократической структурой в своих шкурных интересах юридическую норму наделения статусом «палестинского беженца» по наследству.
Почему это так важно? Что нам до того, что мафия высокопоставленных бюрократов с тысячами трудоустроенных ими террористов замутили всемирную аферу под вывеской ООН и на деньги налогоплательщиков стран-доноров морочит мировое сообщество? Кто хочет быть обманутым, тот будет обманываться – не наша печаль.
Главный вред UNRWA заключается в том, что эта хорошо отлаженная и пользующаяся надежным официальным прикрытием структура, обеспечивая свое безбедное существование, увековечивает проблему палестинских беженцев, усугубляет ее, и это становится основным фактором, препятствующим мирному урегулированию арабо-израильского конфликта.
Непреодолимая стена
В контекстеМаленький гвоздь в гроб палестинского дела Агентство БАПОР - нечто совершенно чудовищное. Данное агентство существует только и исключительно для палестинцев, два миллиона которых, вопреки всем законам и критериям, принятым в других организациях такого рода, считаются «беженцами» и передают этот статус по наследству своим детям, внукам и даже правнукам.
Всякие попытки урегулирования будут утыкаться в проблему беженцев, как в глухую стену. Наглядный пример этого был продемонстрирован в ходе переговоров Барака с Арафатом при посредничестве Клинтона в Кэмп-Дэвиде в 2000 году.
Барак предлагал главе ООП все, что тот хотел, включая Восточный Иерусалим в качестве столицы. Но дело застопорилось на требовании о праве на возвращение палестинских беженцев.
И вместо урегулирования израильтяне получили Вторую интифаду.
Это универсальный рецепт. Так будет всегда. На какие уступки ни пойдет Израиль ради примирения с палестинцами, без «возвращения беженцев» его покладистость не будет принята как достаточная для завершения конфликта.
Представить же израильское руководство, готовое согласиться на принятие 5.7 млн враждебного и социально проблемного населения, даже теоретически невозможно. А равно нельзя представить палестинского лидера, который согласится отказаться от этого требования, — его тут же убьют.
То есть причина обреченности попыток урегулирования не в доброй воле и политической сознательности лидеров – как израильских, так и палестинских, — в чем пытается нас убедить все мировое сообщество, включая наших друзей в Белом доме, на Капитолии и в европейских столицах. А в самом существовании проблемы палестинских беженцев и в ее масштабах.
Пока есть она, урегулирования палестино-израильского конфликта не может быть в принципе.
Все выглядит, будто это проблема объективная, а раз она существует, надо воспринимать ее как условие задачи, часть реальности – и смириться с ней.
Но это не так. На самом деле проблемы палестинских беженцев нет. Она создана и раздута искусственно – известно кем и как.
БАПОР – не инструмент, а мотор
В контекстеКто спасает БАПОР? Структура БАПОР активно используется террористами ХАМАСа в Газе при явном попустительстве сотрудников агентства ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ. Так, в 2014 году в ходе операции «Нерушимая скала» ракеты ХАМАСа были обнаружены в школьном здании, управляемом БАПОР.
В начале 2000-х эксперты американского института «Ближневосточный форум», возглавляемого известным востоковедом проф. Даниэлем Пайпсом, взялись выяснить, сколько палестинских беженцев на самом деле существует в мире. При подсчете пользовались нормами американского законодательства по беженцам.
В 2010 году итоговая цифра вышла — 150 тысяч (сейчас их уже меньше — самому молодому беженцу 1948 года сегодня 75).
Узнав, что БАПОР завысил число подопечного контингента почти в сорок раз и для чего это сделал, Трамп в 2018 году распорядился прекратить финансирование жульнического агентства из американского бюджета и пообещал в качестве следующего шага отменить предоставление статуса беженца по наследству.
45-й президент США в то время активно продвигал свое детище — план ближневосточного урегулирования с участием основных арабских стран и Израиля. Он верно понял, какая проблема является главной помехой этого процесса, и поспешил устранить ее, как до этого устранил другую безнадежную для компромисса проблему – о принадлежности Иерусалима.
Поскольку корень зла заключался не в самом БАПОР, а в пролоббированном им способе обеспечения себя работой за счет бесконечного увеличения числа официально обездоленных, Трамп ухватился именно за корень и больно его сжал.
Но вырвать не успел: через два года он проиграл выборы и утратил президентский пост. Так БАПОР уцелел, а с ним и его ноу-хау — наследный статус беженца для палестинцев, который делает проблему палестинских беженцев глобальной, а ее саму – неразрешимой.
Цель — достижима
Это не значит, что время ушло безвозвратно. Новый шанс покончить со всемирным подлогом возникает именно сейчас, и им необходимо воспользоваться.
Отказ важнейших спонсоров БАПОР от финансирования его дает нам надежду. Израилю стоит приложить все усилия и возможности, чтобы это решение не было временным.
Если Агентство лишится денежных вливаний – оно прекратит свое существование. Функционеры UNRWA отнюдь не альтруисты.
Закрытие этой преступной организации станет большим благом для всего мира и дела мира, для палестинского народа, который БАПОР подсадил на свою иглу навязчивой благотворительности, для налогоплательщиков стран-доноров, само собой, а для Израиля — стратегическим достижением, сравнимым с военной победой, и даже превосходящим ее по долговременным результатам.
И эта цель вполне достижима в сегодняшних условиях.
Из-за войны в Газе во главу приоритетов мирового сообщества неожиданно выдвинулся вопрос о послевоенном переустройстве сектора и в связи с ним – перспективы урегулирования палестино-израильского конфликта на постоянной или, по крайней мере, долговременной основе.
ХАМАС, Аббас, Хизбалла, Иран, а вслед за ними слово в слово известная своим миролюбием и уступчивостью в территориальных вопросах Россия повторяют как мантру старую формулу урегулирования конфликта, предусматривающую полную капитуляцию Израиля, выраженную в более политкорректной форме: создание палестинского государства в границах 1967 года со столицей в Иерусалиме и правом на возвращение палестинских беженцев. Якобы это обеспечит удовлетворение национальных чаяний палестинцев и безопасность еврейского государства.
Другими словами: пусть оно исчезнет – и мы тогда его трогать не будем.
Мало того, что пока существует Израиль, такая формула мира его не устроит. Так что о мирном урегулировании на ее основе палестинцам и согласной с ними части мирового сообщества придется договариваться без одной из сторон конфликта, пока еще довольно значимой.
Но даже Джо Байден, который в панике от потери арабских и левацких голосов из-за его поддержки Израиля после 7 октября, заговорил о необходимости создания палестинского государства до урегулирования и ради него, не решается повторять палестино-иранскую формулу и выдавать ее за гарантию безопасности Израиля. Он понимает, что это формула безнадежной утопии.
Сейчас американская администрация вернулась к идее общерегионального урегулирования на основе нормализации отношений и сотрудничества между Израилем и умеренными арабскими государствами, среди которых сегодня на повестке дня самая влиятельная из них – Саудовская Аравия. Ведущие страны Запада поддерживают этот процесс.
Саудовцы стремятся к нормализации с Израилем. Но в качестве условия для заключения соглашения выдвигают продвижение решения палестинской проблемы. Не Иерусалим, не право на возвращение. В отличие от палестинских лидеров, чья настоящая цель – уничтожение Израиля, они прагматики и не настаивают на невыполнимых требованиях. Поскольку хотят заключения соглашения, а не срыва его.
Саудовская Аравия заинтересована в сближении с Израилем больше, чем в благодарности палестинцев, которой еще вряд ли дождется.
В контексте99 процентов «палестинских беженцев» беженцами не являются БАПОР имеет долгую историю зла: подстрекательства против Израиля, поддержки насильственных нападений на евреев, коррупции и увековечения (а не окончания) проблемы беженцев. Не удивительно, что Конгресс предпринял многочисленные попытки сократить его финансирование.
На пути к этому сближению стоит знакомая нам несокрушимая стена в виде проблемы палестинских беженцев.
Саудовцы, а равно другие вменяемые арабы, хотели бы, чтобы этой проблемы не было – она им давно надоела, а сейчас еще и явно мешает. Американцы – на уровне Белого дома и даже не очень благосклонного к Израилю Госдепа – тоже заинтересованы, чтобы ее не было или хотя бы она была не так остра, поскольку перекрывает возможность ближневосточного урегулирования. Израиль, само собой, заинтересован в этом в первую очередь. А теперь еще и целый ряд ведущих западных стран, отказавших UNRWA в довольствии.
Кто же за сохранение этой придуманной проблемы и придание ей вселенского значения? Палестинские политики и чиновники, главари и функционеры террористических организаций типа ХАМАСа, которые за счет проблемы беженцев существуют, жируют, воюют и воруют. И БАПОР, которая тоже за счет нее кормится и только на ней держится.
То есть прямо материально и ментально заинтересованные в проблеме паразиты, чье предвзятое мнение мало что значит, поскольку оно не может быть честным и объективным.
И агентство ООН, которое тоже из-за личной корыстной заинтересованности действует вопреки уставным целям ООН, — организации, созданной для сохранения и укрепления мира и решения гуманитарных проблем, тогда как UNRWA занимается прямо противоположным ради обслуживания и обогащения себя самой.
Если первыми – прямыми бенифициарами аферы – можно просто пренебречь, то вторую – единственную лоббистскую структуру проблемы палестинских беженцев, действующую на высшем международном уровне, под эгидой ООН, – ликвидировать довольно просто. Надо только довести до конца уже начавшийся процесс – перекрыть финансовый кран, подпитывающий UNRWA, полностью и навсегда.
Не будет БАПОР – не будет проблемы палестинских беженцев, по крайней мере, на том уровне, который, благодаря его стараниям, существует сегодня.
Одна только отмена наследного статуса беженца, введенного, вопреки международной юридической практике, нормам самой ООН и нормальной логике, низвергнет эту проблему с глобальных высот до частного случая.
Когда выяснится и будет осознано миром как очевидный факт, что палестинских беженцев не постоянно увеличивающиеся с геометрической прогрессией миллионы, а всего несколько десятков тысяч, и стресс изгнания они перенесли аж 75 лет назад, взвинтить этот исторический казус до вселенской проблемы настоящего и будущего окажется достаточно сложно. А поставить в зависимость от него настроения в мире и судьбу целого региона – вообще невозможно.
Устранить самое непреодолимое препятствие к палестино-израильскому урегулированию, оказывается, довольно просто. Надо лишь ликвидировать инженерно-строительный корпус этого препятствия – UNRWA. Что тоже довольно посильная задача в сегодняшней обстановке, когда негативная роль этой структуры понятна большинству основных игроков на международной арене.
Израиль, что бывает с нами крайне редко, сегодня в составе мирового большинства. Мы как самая заинтересованная сторона в разрешении проблемы должны инициировать процесс закрытия UNRWA и стимулировать его до логического конца – отмены наследования беженства для палестинцев.
Эта задача для политиков и дипломатов не менее важная, чем для военных и сотрудников спецслужб – ликвидация Синвара. А по стратегическим последствиям – даже более значимая.
Не будет UNRWA – лопнет вся концепция ХАМАСа о том, что его дело – лишь воевать с Израилем, а организацией гражданской жизни в Газе, спасением и обеспечением населения сектора должно заниматься агентство ООН, Израиль и международное сообщество, поскольку две трети обитателей анклава – беженцы, и о них надо заботиться.
ХАМАСу не за кого будет спрятаться – его банкротство как власти завоеванной территории станет очевидным и собственному населению, и миру. Иждивенчество арабских жителей Газы, Иудеи и Самарии утратит привычные основания.
Израильский политический истеблишмент обязан сформулировать и поставить цель отмены наследственного беженства как важнейшую национальную задачу и мобилизовать для выполнения ее все возможности государства и общества.
Как уже предупреждал Герцль по поводу куда более сложной цели, «если захотите, это не будет сказкой».
* * *
Владимир Бейдер
Авторский сайт