Возьмем заложников и поговорим
В аэропорту «Бен-Гурион». (Фото: «Nautilus»)
В начале недели в аэропорту Шереметьево задержали восьмерых израильских бизнесменов. Их спросили о цели визита — они сказали, что приехали на переговоры по бизнесу, а им ответили, что в таком случае им необходимо разрешение на работу в России.
В контекстеМинистр, которым говорит Москва Второй скандал оказался куда серьезнее. Речь идет почти о 500 килограммах кокаина, который был обнаружен в здании школы при посольстве России в Аргентине. Нашли наркотик еще в 2016 году, но стало об этом известно лишь зимой 2018 года.
Это было для них новостью: никогда ничего такого в жизни не было. Бизнесменов продержали ночью в аэропорту и отправили обратно. Их коллеги, услышав о происшедшем, сдали свои билеты.
В среду в аэропорту Домодедово задержали уже 46 человек, прилетевших рейсом Эль Аля.
Как полагается, по-российски, их держали 10–12 часов в скотских условиях, без еды и воды, и в итоге пустили всех, кроме одного. Задержанные рассказывали, что молодые пограничники не могли объясняться по-английски, и поэтому то и дело в комнате появлялись «консультанты» — старшие товарищи, которые превосходно говорили по-английски и которым оказывали большой почет.
Это, вероятно, были сотрудники ФСБ.
Причина этих массовых мини-репрессий тут же стала известна и не только не скрывалась, но и подчеркивалась российским посольством.
Поскольку между двумя странами безвизовый режим, множество россиян из стремительно нищающей России поехали на подработки в Израиль. Мужчины — на стройки, а женщины — домашней прислугой (они, кстати, приобрели большую популярность и весьма ценятся).
Въезжают эти люди по туристической визе, работают без разрешения, налогов не платят, и израильтяне принялись решать проблему привычным для бюрократии способом: заворачивать на границе тех, кто подозрителен.
Согласно данным российского посольства, за прошлый год в Израиль не пустили 5771 россиянина. Очевидно, среди них были и те, кто мог обидеться.
Вообще, эту сценку легко вообразить тем, кто когда-либо летал в Израиль. Девочка из «Бетахона» докапывается до какого-нибудь воцерковленного казнокрада, приехавшего приложиться с верующей женой и детками к храму Гроба Господня, тот начинает лезть в бутылку, девочка ставит ему отказ. И пошло-поехало.
Надо сказать, что в этой ситуации Израиль был не прав. В Сети легко найти массу действительно возмутительных случаев, когда совершенно честные туристы по неопытности или из-за волнения (иные первый раз были за границей) получали от ворот поворот. И обращались с ними, как со скотом.
Проблема с нелегальными рабочими должна решаться не так, как удобнее государству, а как удобнее людям.
Не надо задерживать людей на границе, надо находить нелегальных рабочих и высылать.
Но вот ответная российская реакция была классической: вы делаете гадость, давайте сделаем гадость и мы. Возьмем заложников и поговорим — накануне, кстати, визита московских эмвэдэшных чинов в Израиль.
Такая же история была с Наамой Иссахар. В Израиле задержали хакера Алексея Буркова и хотели экстрадировать его в США. Мы в ответ захватили израильтянку Нааму Иссахар, которая летела из Индии в Израиль транзитом через Москву и везла с собой в багаже 6 граммов гашиша для личного пользования.
В другое время Наама отделалась бы штрафом, а тут ее посадили в СИЗО и предложили прямым текстом поменять на Буркова.
Когда Буркова выслали в США, Иссахар дали 7,5 лет.
В контекстеРоссия наращивает усилия для защиты своих хакеров от экстрадиции в США В итоге стало ясно, что судьбы Иссахар и Буркова связаны. Россия пыталась вовлечь Израиль в обмен заключенными, чтобы вернуть одного из своих, утверждают люди, знакомые с этим делом.
Заметим, что все это делается в отношении одной из немногих дружественных нам западных стран. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху ходил в составе «бессмертного полка» перед Путиным на 9 мая (правда, на следующий день после этого израильская авиация грохнула всю русскую противоздушную рухлядь в Сирии), а сам Путин где-то через месяц поедет в Израиль открывать памятник советским солдатам, освободившим мир от нацизма.
Учитывая, что в остальных освобожденных от нацизма странах освободителей сносят, такой памятник (уже второй по счету, первый стоит в Нетании) дорогого стоит.
Вообще, видимо, израильтянам удалось подобрать ключик к кремлевскому сердцу, и они смело могут ставить по памятнику в обмен на С-300.
Грохнули российскую С-300 в Сирии — ставим памятник. Грохнули «Бук» — ставим монумент.
Никаких сомнений, что к высочайшему визиту в Израиль все эти мелкие недоразумения будут улажены, и Наама Иссахар в качестве подарка будет привезена в багажном отсеке президентского лайнера, упакованная и с ленточкой.
Но я о принципе. Российская внешняя политика все больше и больше заключается во взятии заложников для приглашения к переговорам.
В случае с Украиной взяли Савченко и Клыха, Сенцова и моряков. Из американцев взяли в заложники самодеятельного авантюриста Пола Уилана, выгнанного из морпехов за воровство и страдавшего неизлечимым любопытством по поводу всего военного и секретного; теперь вот у Израиля — Иссахар.
Никакой пользы нам заложники не приносят. Моряков, например, пришлось отпустить перед встречей Нормандской четверки, иначе бы встречи никакой не было, с Савченко огребли несмываемый позор и тоже отпустили, Уилана никто в США не собирается менять ни на оружейного барона Виктора Бута, ни на перевозчика кокаина летчика Константина Ярошенко.
Страны, которые ведут внешнюю политику путем взятия заложников, в мире существуют, и они хорошо известны.
Любил брать заложников покойник Каддафи. Когда в 2008 г. швейцарские власти арестовали его сына за избиения слуг, то Каддафи немедленно тут же посадил в зиндан двух швейцарских граждан. Любит брать заложников и Ким Чен Ын.
Самое удивительное заключается в том, что с теми странами, которые брали наших заложников, у нас отношения неплохие.
К примеру, тот же Каддафи взял в свое время в заложники инженера «Лукойла», и когда Каддафи и Путин договорились по бабкам, то инженера прислали в Россию бортом премьер-министра.
Батька Лукашенко брал в заложники директора «Уралкалия» Баумгертнера — пригласил в страну на переговоры, да и принял.
Так вот, самое удивительное, что когда все эти страны нас публично унижали, — Баумгертнера, к примеру, специально показали по всем каналам белорусского телевидения с заломленными назад в наручниках руками, то мы нисколько не обижались.
Обижаемся мы ровно наоборот — на те страны, которые заложников не берут, а арестовывают преступников, — каковыми являются, к примеру, Бут и Ярошенко.
Обижаемся мы потому, что механизма обмена преступников на заложников в приличном мире просто не существует, а в Кремле этому не верят и считают отказ поменять заложника на преступника признаком злой воли.
Просто в нормальных странах привыкли к тому, что требования обменять преступников на заложников обыкновенно выдвигают террористы.
* * *
Юлия Латынина
«Новая газета»