Традиционное решение
Сеул, Южная Корея. (Фото: «Nautilus»)
Итак, судебный процесс по делу бывшего президента Юн Сок Ёля завершился вполне ожидаемо и предсказуемо: Юн Сок Ёль приговорен к пожизненному заключению.
В контекстеХотели власть, но получили корейскую капусту Президент Республики Корея Юн Сок Ёль принял отставку министра национальной обороны Ким Ён Хёна. А ранее Ким извинился перед согражданами, заявив, что несет ответственность за ситуацию с военным положением, и подал в отставку.
Что же значит этот приговор? Честно говоря, ничего особенного. Юн - далеко не первый южнокорейский президент, который после завершения своего срока оказывается в тюрьме.
Прецедентов более чем достаточно, и прецеденты эти однозначно говорят:
в южнокорейской политической культуре возникли вполне определенные традиции по поводу того, как следует поступать с президентом, который после окончания своего срока оказывается под судом.
В таких случаях в Корее президенту обычно выносится очень суровый приговор (в некоторых случаях речь может идти даже о высшей мере наказания).
Однако на практике эти грозные сроки значат очень мало, ибо по установившейся традиции согрешившего президента полагается через пару лет освободить по амнистии.
Пока рекордный срок, который кто-либо из бывших президентов провел за решеткой, составляет четыре года, а обычно речь идет о куда более коротком периоде заключения.
Нет никаких оснований думать, что случай Юн Сок Ёля станет исключением.
Скорее всего, он проведет в тюрьме два или три года. Правда, сидеть Юн Сок Ёль будет на общих основаниях, в условиях, скажем прямо, весьма тягостных.
В контекстеЮжная Корея: что будет после фиаско с военным положением Возможно, у южнокорейского президента Юн Сок Ёля были законные претензии к оппозиции, но его провал с введением военного положения дал обратный эффект, воскресив в стране память о военных диктатурах.
Тем не менее, продлятся эти лишения недолго. Более того, учитывая некоторые личные особенности Юн Сок Ёля, я рискну предположить, что освободят его относительно быстро.
Дело в том, что Юн Сок Ёль является личностью, скажем так, шумной и несколько неуемной. Он, кажется, действительно верит в то, что он говорит, и считает, что его безумное решение о введении военного положения декабре 2024 года, были вполне обоснованными действиями, направленными на то, чтобы спасти страну от злодейских заговорщиков.
Фактически, если Юн окажется на свободе, то он своей энергией и неуемностью неизбежно вызовет раскол в правом лагере.
Понятно, что находящимся ныне у власти левым такой раскол пойдет только на пользу.
* * *
Андрей Ланьков
«Telegraph»