...военно-техническое сотрудничество России и Индии снова набирает обороты
Завершившаяся 24 февраля авиационная выставка в индийском Бангалоре не принесла России внушительных контрактов. Казалось бы, это обстоятельство должно добавить аргументов тем, кто со скепсисом оценивает перспективы сотрудничества России и Индии в военной сфере.
Действительно, взаимодействие двух стран на этом направлении знавало лучшие времена. Однако на самом деле все далеко не так плохо и маятник качнулся в нужную Москве сторону.
Золотой век
В контекстеИндия и ее «старомодные» вооруженные силы Если завтра начнутся интенсивные боевые действия, то Индия, согласно правительственным данным, будет способна обеспечить свои войска боеприпасами лишь в течение десяти дней. Кроме того, военная техника на 68% настолько старая, что официально признана «старомодной».
В 1990-е Индия была самым ценным импортером российских вооружений. Индийцы покупали не так много, как китайцы, но те приобретали стандартные системы вооружений, что позволяло обеспечить загрузку серийных заводов, однако не давало работы конструкторским бюро. Индийцы же требовали создания эксклюзивных систем вооружения по своим индивидуальным требованиям.
Причем требования эти зачастую находились на пределе технологических возможностей российской оборонной промышленности. Например, в 1994 году россияне предложили ВВС Индии закупить истребитель Су-30 К, почти ничем не отличавшийся от серийного Су-27УБ.
Индийцам в принципе понравилась платформа, но они сразу и решительно потребовали полностью изменить состав бортового оборудования.
В результате ОКБ «Сухого» создало необыкновенно успешный в коммерческом отношении истребитель Су-30 МКИ с новым современным радаром «Барс», двигателями с управляемым вектором тяги, французскими дисплеями и навигационной системой и израильским подвесным контейнером и индикатором на фоне лобового стекла.
Машина оказалась настолько востребованной, что производится для ВВС Индии до сих пор. Модификации Су-30 МКИ без израильских и индийских систем были закуплены Малайзией и Алжиром, и на его базе был создан Су-30 СМ, который закупили российские ВВС, Казахстан, Мьянма, Армения и Белоруссия.
Также по индийским требованиям на базе советских сторожевых кораблей проекта 1135 были спроектированы фрегаты типа Talwar с использованием технологии «стелс», с новейшим на тот момент ракетным комплексом Club, зенитной системой «Штиль-1» и новой артустановкой АК-100. Индийские ВМС заказали тремя партиями восемь кораблей этого типа, и еще два будут построены на индийской верфи в Гоа.
Подобно тому как на базе индийского Су-30 МКИ был разработан российский Су-30 СМ, Talwar послужил основой для проектирования сторожевых кораблей проекта 11356 Р для российского ВМФ.
Три таких корабля были построены для Черноморского флота и стали известны благодаря их ракетным ударам по террористам в Сирии.
По индийским заказам был доведен до ума противокорабельный ракетный комплекс «Уран», создан палубный истребитель МиГ-29 К (через некоторое время 24 такие машины были закуплены Морской авиацией ВМФ России), на старые подводные лодки «Варшавянка» интегрировано ракетное вооружение (ВМФ России купил 12 подобных ракетных лодок для Черноморского и Тихоокеанского флотов).
Кроме того, разработаны новый поисково-прицельный противолодочный комплекс «Морской змей» и проект модернизации авианесущего крейсера «Адмирал Горшков» в авианосец Vikramaditya. Наконец, совместно с Индией реализован проект создания тяжелой сверхзвуковой многоцелевой ракеты BrahMos.
То есть главное отличие сотрудничества с Нью-Дели состоит в том, что индийские заказы стимулировали инновационную активность и спасли многие российские КБ в период, когда наши военные не имели средств для финансирования полномасштабных НИОКР.
Более того, когда в рамках Государственной программы вооружения на период 2011–2020 годов ресурсы на модернизацию вооруженных сил были наконец выделены, российское Министерство обороны начало закупать модификации вооружений, первоначально разработанных для Индии. Таким образом, до некоторой степени индийские заказы 1990-х детерминировали российскую военно-техническую политику во втором десятилетии нынешнего века.
Но ценность Индии как заказчика была не только в качестве закупок, но и в их количестве. До 2007 года индийцы были вторыми после КНР получателями российских вооружений. В 2007-м стоимость индийских контрактов превысила китайские закупки, после чего Нью-Дели почти десять лет прочно удерживал позицию крупнейшего импортера нашей военной техники.
Доля Индии в общем портфеле заказов отечественных экспортеров доходила по половины, а стоимость на максимуме достигала $16 млрд.
Количество закупленной индийцами техники поражает: 290 истребителей Су-30 К и Су-30 МКИ, 45 палубных истребителей МиГ-29 К, крупнейший за всю мировую историю построенный на экспорт корабль – авианосец Vikramaditya, шесть фрегатов класса Talwar, десяток построенных и модернизированных подводных лодок, почти две сотни транспортно-десантных вертолетов Ми-17, сотни танков Т-90 С, противолодочные самолеты и самолеты дальнего радиолокационного дозора и управления.
Самым ярким символом исключительности индийско-российских связей стала помимо постройки для индийских моряков авианосца передача ВМС этой страны в аренду многоцелевой атомной подводной лодки К-152 «Нерпа» проекта 971 И. До сих пор в истории был только один такой прецедент, когда в 1988 году СССР также сдал индийцам в лизинг атомную подводную лодку предыдущего поколения – К-43 проекта 670, оснащенную крылатыми ракетами.
В 1990 году срок аренды закончился, и, хотя ВМС Индии горячо желали его продлить, Москва настояла на возврате субмарины (ее тут же отправили в отстой). Последовала двадцатилетняя пауза, и лишь в 2012 году Индия вновь получила подводный атомоход.
В декабре 2012 года в Нью-Дели был подписан очередной крупный пакет контрактов стоимостью более $5,4 млрд на поставку в Индию 73 вертолетов Ми-17 В-5, 42 технологических комплектов для лицензионного производства новой партии истребителей Су-30 МКИ на заводах корпорации HAL и на совместное производство более 200 ракет BrahMos. А затем наступила мучительная шестилетняя пауза.
Черная полоса
В контекстеБыть ли европейской армии? Бельгия в конце октября, обновляя свой парк истребителей, предпочла французскому Rafale или франко-немецкому Eurofighter американский F-35. Макрон выразил «сожаление» таким выбором, который, по его словам, «противоречит европейским интересам».
При всем этом Москва никогда не была монополистом на открытом и высококонкурентном индийском рынке. В 1980-е Франция получила крупные заказы на поставку индийским ВВС более 50 истребителей Mirage 2000, а Германия продала четыре подводные лодки проекта 209. В 1990-е произошло стремительное сближение Индии с Израилем, у которого Нью-Дели купил массу разнообразного военного оборудования.
Сегмент учебно-тренировочных самолетов был захвачен британскими Hawk. Наконец, с середины двухтысячных годов началось проникновение на индийский рынок американцев. До некоторого момента все это выглядело как более-менее обычная диверсификация поставщиков, такую политику проводят многие импортеры вооружений, особенно крупные. Индийцы вообще имеют склонность к формированию чрезвычайно разнотипного парка вооружений и военной техники.
Более того, даже покупая у одного производителя авиационную или морскую платформу, они нередко требуют интегрировать на нее системы других экспортеров. Это не самая рациональная военно-техническая политика, но такова индийская особенность. При этом индийские военные чувствуют себя в такой гетерогенной технической среде вполне комфортно. Но то, что происходило после 2012 года, не могло не вызвать подозрение, что имеет место уже не просто диверсификация, а полная переориентация Индии на закупку западных систем вооружения.
Для российских экспортеров в Индии началась черная полоса неудач.
Первым ударом стал вылет МиГ-35 из индийского мегатендера на закупку и лицензионное производство 126 средних многоцелевых истребителей.
Конкурс под разными названиями фактически тянулся с начала 2000-х, стоимость потенциального заказа за это время выросла с $4,5 млрд до более чем $10 млрд.
За лакомый пирог боролись практически все представленные на рынке истребители четвертого поколения. Фаворитами периодически становились то французский Rafale, то американские F-16 и F-18. Одно время рассматривалась возможность раздела заказа между россиянами и одним из западных производителей. Но чем дальше, тем понятнее становилось, что российские шансы победить в этом конкурсе стремятся к нулю.
Помимо чисто технических аспектов основным негативным фактором для МиГ-35 стал, как ни странно, успех Су-30 МКИ. Закупив почти три сотни «суховских» машин, ВВС Индии не желали и далее наращивать долю российской техники в своем парке. К тому же в это время активно развивался проект совместного российско-индийского истребителя пятого поколения FGFA.
В сентябре 2011 года был обнародован шорт-лист победителей первого этапа тендера, в котором остались два европейских кандидата – французский Rafale и панъевропейский Typhoon. Российская машина даже не вышла во второй тур соревнования.
Следующим неприятным сюрпризом стало замораживание индийского участия в совместном проекте истребителя пятого поколения FGFA, который должен был создаваться на базе российского перспективного авиационного комплекса фронтовой авиации Т-50. После 15 лет вялого развития был прекращен проект разработки российско-индийского военно-транспортного самолета среднего класса, и ВВС Индии закупили американские С-130J Super Hercules.
Неудачей для россиян закончилась попытка продать боевые и транспортные вертолеты, в обоих случаях индийцы предпочли американские машины Apache и Chinook. Наконец, южные корейцы нанесли русским поражение в тендере на закупку самоходных артиллерийских орудий – отечественной «Мсте» индийская армия предпочла К-9 Thunder.
В результате объемы поставок в Индию российской продукции военного назначения упали с $4,8 млрд в 2014 году (что составляло 28–30% российского экспорта) до двух–двух с половиной миллиардов в 2017–2018 годах. С позиции крупнейшего покупателя российских вооружений Индия опустилась на пятое место. В 2016 году на Индию пришлось всего 16% общего портфеля контрактных обязательств российских экспортеров вооружений. При этом Индия оставалась наряду с Саудовской Аравией крупнейшим мировым импортером военной техники.
Снижение индийских закупок в России объясняется сдвигом индийского спроса в более высокую ценовую нишу, а также общей геополитической переориентацией Индии на США. Этот феномен проявился, в частности, в закупках астрономически дорогих американских военно-транспортных и патрульных самолетов (стоимостью от $150 млн до $400 млн за единицу) и в приобретении недешевого французского истребителя Rafale, цена которого составляет от 91 млн до 94 млн евро за самолет.
Для сравнения: построенный корпорацией HAL (также далеко не самым дешевым производителем) истребитель Су-30 МКИ обходится ВВС Индии в $55 млн.
Развитие склонности к закупкам высокотехнологичных, но очень дорогих западных систем стало следствием головокружения, возникшего у индийской военно-политической элиты на волне экономических успехов и фантазий о незаменимости Индии для США в условиях усиливающихся американо-китайских противоречий. Однако в условиях объективно сохраняющихся ресурсных ограничений такая политика привела к срыву программ модернизации вооруженных сил.
Например, из-за слишком высокой цены истребителей Rafale ВВС Индии пока вынуждены ограничиться прямой закупкой 36 таких машин вместо первоначально планировавшегося по программе MMRCA приобретения и производства 126 средних истребителей. Закупка французских истребителей фактически заблокировала доступ Индии к российским технологиям пятого поколения, поскольку на проект FGFA банально не хватает ресурсов. Более того, потратив на закупку Rafale 8 млрд евро, индийские ВВС оказались не в состоянии противостоять сокращению парка истребителей.
Вместо необходимых 41 эскадрильи индийцы с трудом сохраняют 31 боевую эскадрилью, причем почти половина из них оснащены устаревшими машинами МиГ-21, МиГ-27 и Jaguar. К тому же закупки американских и французских самолетов не сопровождаются передачей технологий и не создают рабочих мест. Это сильно контрастирует с практикой сотрудничества с русскими: например, программа Су-30 МКИ уже 15 лет дает работу заводам индийской самолетостроительной корпорации HAL.
Огромная стоимость западных систем и отсутствие передачи технологий вынудили Индию вновь обратиться к России.
Новый разворот к России
Почти шестилетняя пауза закончилась в прошлом октябре, когда Индия разместила первый с 2012 года крупный контракт на закупку российских вооружений. Индийцы приобрели пять полков зенитных ракетных систем С-400 на сумму более $5 млрд. Причем потребность в современных системах ПВО была столь велика, что переговоры прошли с невиданной для индийцев скоростью.
Почти одновременно был подписан также контракт на закупку в России двух фрегатов Talwar и подготовку строительства еще двух кораблей этого типа в Гоа.
Тогда же стало известно о российской победе в тендере на поставку переносных зенитных ракетных комплексов и о решении построить завод по производству российских автоматов АК-103. По всей видимости, близится также подписание контракта на организацию производства в Индии вертолетов Ка-226 Т. Наконец, появились сообщения о намерении Индии закупить еще одну партию технологических комплектов для постройки истребителей Су-30 МКИ.
Кроме того, чтобы остановить сокращение парка истребительной авиации, ВВС Индии собираются осуществить прямую закупку в России 21 истребителя МиГ-29 – официально эту информацию во время выставки в Бангалоре подтвердил замдиректора ФСВТС Анатолий Пунчук.
Если хотя бы часть этих проектов претворится в жизнь, Индия вновь станет крупнейшим покупателем наших вооружений, а Россия, в свою очередь, восстановит утраченные позиции на индийском рынке.
* * *
Константин Макиенко
«Профиль»