Чем скорее Исламская Республика исчезнет…
Ночь. (Фото: «Nautilus»)
Это воинственное, стремительное к геноциду государство-изгой уже слишком долго терроризирует Ближний Восток — и собственный народ.
В контекстеДва месяца с начала восстания в Иране Могут пройти недели, месяцы, а то и годы, но поезд под названием «Свобода» уже ушел. Когда она доберется до места назначения, в каком состоянии, и сколько трупов останется после этого - знает только Аллах.
Вот уже десятилетиями агрессивное, квазиимперское государство остаётся постоянным очагом конфликтов на Ближнем Востоке. Оно систематически провоцирует соседей и в ряде случаев угрожает самому их существованию. Через свою теневую сеть военных агентов оно пытается навязать свою волю как союзникам, так и врагам.
Речь идёт об Исламской Республике Иран. Это государство и есть всё то, чем западные леволиберальные круги воображают себе Израиль.
Его правительство действительно радикальное, по-настоящему «государство-изгой». Режим, который с помощью прославленного Корпуса стражей исламской революции и хорошо вооружённых прокси-сил стремится проецировать свою власть по всему региону. В отличие от Израиля, у него есть подлинная геноцидальная цель — уничтожение еврейского государства, или, как предпочитают выражаться его лидеры, «сионистского образования». Сам верховный лидер аятолла Али Хаменеи в 2020 году назвал Израиль «раковой опухолью», которую «неизбежно вырвут и уничтожат».
Именно поэтому перспектива появления у Исламской Республики ядерного оружия всегда вызывала у израильского руководства панический страх. Ведь для режима, идеологически одержимого уничтожением Израиля, ядерное оружие — это не средство сдерживания, а путь к окончательному решению «еврейского вопроса».
Именно поэтому ранним утром в пятницу Армия обороны Израиля нанесла воздушные удары по ядерным объектам Ирана, по учёным, стоящим за ядерной программой, и по нескольким высокопоставленным генералам.
Израильское руководство обоснованно опасалось, что Тегеран вот-вот получит ядерные боеголовки.
В контекстеМАГАТЭ: Иран производил уран по качеству близкий к оружейному Когда в прошлые выходные агентство Bloomberg сообщило, что Иран, возможно, обогащает уран до 84%, высокопоставленные дипломаты из европейских стран заявили, что, если информация подтвердится, это будет «беспрецедентным и крайне серьезным событием».
В четверг Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ), следящее за соблюдением Договора о нераспространении ядерного оружия, объявило, что Иран нарушил свои обязательства.
По его данным, Иран накопил 400 килограммов высокообогащённого урана — идеального для военного применения.
Спустя несколько часов после заявления МАГАТЭ Израиль начал операцию, целью которой, как выразился премьер-министр Биньямин Нетаньяху, стало «отбрасывание иранской угрозы, нависшей над самим существованием Израиля».
А ведь всё могло быть иначе. До исламской революции Иран вовсе не представлял собой «угрозу существованию» Израиля. После провозглашения государства Израиль в 1948 году шахский Иран поддерживал с ним вполне доброжелательные отношения.
Израиль рассматривал Иран как посредника, а временами и как союзника. Иранский писатель и критик Запада Джалал Але Ахмад даже посетил Израиль в 1963 году и затем высоко отзывался о коллективистском духе сионизма.
В то время как в 1950–60-х годах в арабских странах — Египте, Ираке, Ливии и Сирии — свирепствовал антисемитизм, в Иране не было ни погромов, ни чисток. Хотя примерно 60 тысяч иранских евреев эмигрировали в Израиль в первые десятилетия его существования, к 1978 году в Иране по-прежнему оставалась процветающая община численностью около 85 тысяч человек — крупнейшая в регионе за пределами Израиля.
В контекстеСтоит ли войны генерал Сулеймани? Трудно ожидать жесткой реакции Тегерана, несмотря на декларативно пугающий тон заявлений. Кроме того, иранцы никогда не принимают необдуманных и скоропалительных решений. Вряд ли нынешняя ситуация заставит их отойти от этого принципа.
Но в 1979 году всё изменилось. Исламская революция, приход к власти аятоллы Хомейни и его клерикальной клики привели к резкой враждебности в отношении Израиля. Новый исламский режим, охваченный религиозным антисемитизмом, превратил уничтожение Израиля в свою основную цель, а жизнь евреев в Иране — в невыносимое существование. Сегодня в стране осталось лишь около 9 тысяч евреев.
Несмотря на периодическое появление так называемых «реформистов» у власти, враждебность Ирана к Израилю лишь усилилась.
Бывший президент и отрицатель Холокоста Махмуд Ахмадинежад с 2005 по 2013 год открыто заявлял, что «сионистское образование» должно быть «стерто с лица истории».
Эти угрозы никогда не были просто словами. На протяжении более сорока лет Иран выстраивал сеть могущественных прокси-групп — исламских военизированных формирований, каждая из которых имела свои локальные цели, но все они служили одной стратегической задаче — уничтожению Израиля. Эти силы поддерживались военной мощью самого Ирана, включая Корпус стражей исламской революции, насчитывающий около 200 тысяч бойцов.
7 октября 2023 года влияние иранской теократии было обнажено перед всем миром. Прокси Ирана — ХАМАС — перешёл границу с Газой и совершил крупнейшее массовое убийство евреев со времён Холокоста.
Вслед за этим к атаке присоединились и другие иранские сателлиты: Хезболла в Ливане, хуситы в Йемене, а также боевики в Сирии и Ираке. В октябре прошлого года сам Иран нанёс удар, выпустив по Израилю почти 200 баллистических ракет.
То, что мы наблюдаем последние 20 месяцев, — кульминация многолетней кампании Исламской Республики против Израиля. Это не просто война с ХАМАС. Это война Израиля за выживание перед лицом иранского исламистского натиска.
В контекстеПроигнорировав Запад, Израиль был прав Враги Израиля пытались его уничтожить на протяжении всего последнего года. Как, впрочем, и раньше. Но в пыль превратились именно они, и единственное, что пока еще существует, - это режим аятолл в Тегеране.
Но эти же 20 месяцев вскрыли и другую сторону — не только тайную агрессию иранского режима, но и его слабость. Почти все прокси-силы Тегерана — от самого ХАМАС до Хезболлы — понесли огромные потери. Асадовский режим в Сирии, поддерживаемый Ираном, практически распался. Сам Иран также оказался в военном плане ослаблен. Разгром иранской системы ПВО в результате израильских ударов осенью прошлого года открыл путь к нынешней воздушной атаке.
Но слабость режима проявляется не только в военной сфере. В условиях краха экономики, растущей безработицы и жесткой репрессии население всё сильнее выражает недовольство.
В 2019 году Иран потрясли массовые протесты под лозунгом «Смерть диктатору!», обращённым к Хаменеи. Женщины в стране с отвагой продолжают сопротивление, особенно после убийства Махсы Амини в 2022 году.
И самое важное — антиизраильская война, которую ведёт режим, вовсе не пользуется широкой поддержкой иранцев. Им нужны работа, инвестиции, перемены. А не теократия, сливающая миллиарды на поддержку антисемитских боевиков, в то время как в стране — хронические проблемы.
Показательно, что за 20 месяцев конфликта подавляющее большинство иранцев демонстрирует безразличие к войнам в Газе и Ливане. В Тегеране прошли лишь немногочисленные, явно срежиссированные антиизраильские митинги — и те не собрали и нескольких тысяч человек.
В контекстеИран: «Женщина, жизнь, свобода» Иранская молодёжь не желает жить, как дедушки и бабушки в деревнях, а хочет одеваться, как в Европе, устраивать вечеринки, пить алкоголь, танцевать, слушать музыку – а всё это запрещено. В результате сомнению начинают подвергаться сами фундаментальные устои…
Один из популярных лозунгов недавних протестов в Иране — «Ни Газа, ни Ливан — моя жизнь за Иран!» — говорит сам за себя. Иранцы требуют лучшего будущего, а не «Смерти Америке» и не законов о хиджабах. Можно даже сказать, что сторонников ХАМАС больше сегодня в западных университетах, чем в самой стране, финансирующей этих фанатиков.
Нет сомнений, что атака Израиля вызовет прилив патриотизма у части иранцев — пусть даже не в поддержку режима, а ради национального достоинства. Но Исламская Республика остаётся всё более непопулярной теократией.
А это делает разворачивающийся конфликт особенно опасным. Оказавшись загнанной в угол, униженной и военной, и морально, Исламская Республика будет вынуждена ответить.
Это может обернуться новым ракетным и беспилотным ударом по Израилю — ещё более масштабным, чем в прошлом году. Или чем-то куда более отчаянным. Особенно важно, чтобы западные ястребы, давно мечтающие о прямом столкновении с Ираном, не воспользовались этим моментом. Если этот отвратительный режим и должен пасть — то только изнутри, под давлением собственного народа.
Так или иначе, жалеть теократов, сидящих на груди великой иранской цивилизации, не приходится. Они засиделись там слишком долго.
Чем скорее Исламская Республика исчезнет — и иранцы обретут свободу, — тем лучше.
* * *
Тим Блэк
- заместитель главного редактора «Spiked»
«Spiked»
Перевод: «Nautilus»/OpenAI