Сначала они пришли за Ханукой. Потом придут за Рождеством
Сидней. (Фото: «Nautilus»)
Пляж Бондай — не оккупированная территория. И всё же еврейский праздник там закончился кровью.
Это не военная зона, не спорная земля и не «открытая тюрьма под небом», но среди мирных людей, в день, предназначенный для радости, евреев снова убивали — целенаправленно, хладнокровно, отец и сын-мусульмане, действовавшие так, словно убийство было их богоданным правом.
Кадры с Бондая уже врезались в общественную память, однако формирующаяся политическая реакция лишь подтверждает: наши лидеры по-прежнему не понимают, с чем имеют дело.
В контекстеВеликобритания бросила евреев на милость варварства Ужас в Крампсолле случился после многих лет, в течение которых антисемитизм поднимал голову, а «великие и благородные» делали не больше, чем распыляли «словесный дезодорант»: произносили красивые словеса о солидарности с еврейской общиной, но на деле не делали абсолютно ничего!
Война не закончилась. Она просто сменила место. Снимки из Бондая, появлявшиеся по мере разворачивания ужаса, были фронтовыми донесениями из войны, которая уже идёт. Это война без официальных объявлений, без танков и договоров.
Она распространяется через идеологию, сети обид и цифровую пропаганду, через импортированные нарративы; вербует в мечетях и на форумах, в маргинальных группах и активистских толпах.
Врагам Запада больше не нужны батальоны — им достаточно нескольких вооружённых людей, толпы, готовой запугивать, и государства, слишком робкого, чтобы дать отпор.
В этой войне первыми целями становятся евреи, но мы — не единственные жертвы и не главный «враг».
На прошлой неделе в Лондоне толпа собралась у популярного ресторана в Ноттинг-Хилле лишь потому, что его владелец — израильский шеф-повар Эяль Шани. Полиция не сочла нужным их разогнать, оставив эту работу небольшой группе порядочных неевреев, которые регулярно противостоят подобным уличным акциям. Один из основателей этой группы ушёл с подбитым глазом после того, как толпа вызвала «подкрепление», чтобы его запугать. Напавшие были частью кампании, именующей себя «солидарностью» и прикрывающейся риторикой добродетели.
Наши политические лидеры давно научились выражать скорбь без последствий, путая символизм с государственной ответственностью.
После бойни в Бондае Кир Стармер выложил фотографию, на которой он с женой зажигает ханукальную свечу. «Свет всегда побеждает тьму», — написал он через несколько часов после нападения.
Задержка была показательна, содержание — ещё хуже. Стармер, допустивший месяцы маршей ненависти по британским городам, так и не обозначивший чёткой красной линии в отношении антисемитского подстрекательства, демонстративно «признавший» фантомное палестинское государство, предложил свечи вместо действий.
А всего несколько недель назад двое людей были убиты в ходе исламистского теракта в манчестерской синагоге. И почти ничего не изменилось.
Также по темеRFI Антисемитский теракт в Сиднее: нападавшие вдохновлялись идеологией ИГ «EuroNews» Запись с камеры наблюдения: супруги пытались остановить террориста на пляже Бонди и были убиты «Cursor» Израильтянин, переживший теракт в Сиднее, раскрыл жуткие детали атаки
Ни один серьёзный политический ответ не может строиться на метафорах — визуальных или словесных.
Однако нами управляют люди, убеждённые, что таких пустых жестов достаточно перед лицом организованной идеологической агрессии.
Они призывают евреев «сохранять спокойствие», словно проблема в нехватке спокойствия. Они зажигают свечи, пока синагоги баррикадируются.
Они произносят слова солидарности, не обеспечивая соблюдение закона.
Многие евреи делают единственно логичный вывод: их государства, возможно, так и не собираются по-настоящему их защищать. Они строят планы — не из истерики, а из реализма.
Разговоры об эмиграции больше не табу. Об Израиле. Об Америке. Об альтернативах. Готовиться к выходу, когда твоя позиция оставлена сверху, — не трусость. Это работа памяти.
Преследование, направленное против нас, и угроза, с которой мы сталкиваемся, — результат схождения нескольких сил.
Исламисты обеспечивают богословский двигатель. Крайние левые — идеологическое прикрытие. Анархисты и враждебные режимы используют трещины. Мейнстримные левые могут заламывать руки, когда всё идёт наперекосяк, но молчаливо кивают в процессе.
В итоге возникает нечестивый союз — расплывчатый, но скоординированный, чья общая цель — дестабилизировать Запад изнутри.
Их мишени — не только евреи, но и нормы, на которых держится западная цивилизация: общественная безопасность, правовое равенство, свобода слова, гражданское доверие.
В контекстеЭто - не другие Выросший по всему миру антисемитизм? Атаки на евреев, которые шли по улице, пришли в музей, приехали в школу? Убийство прекрасной влюблённой молодой пары в центре столицы США только за то, что они евреи? Это не то, не те. А мы просто критикуем Израиль. Ну при чём тут антисемитизм? Мы за права палестинцев. Мы объективны.
Такие силы процветают в слабых обществах. Когда слабы лидеры, когда слаба коллективная идентичность, когда слабы защитные механизмы — они расцветают. Они нащупывают самые уязвимые места и смотрят, что поддаётся.
Как крошечное меньшинство, евреи — одна из таких точек давления, но мы будем не последними. В этот раз они пришли за Ханукой. В следующий раз придут за Рождеством.
Евреи воплощают свободы и ценности Запада не потому, что существуют благодаря им, а потому что многие из этих ценностей — изначально наши, принятые и усвоенные христианством и более широкой светской культурой.
Именно поэтому враги цивилизации так нас ненавидят и именно поэтому их атаки на нас — лишь малая часть их общего наступления на весь Запад.
Места, когда-то считавшиеся нейтральными — рестораны, кампусы, пляжи, — превратились в спорную территорию. Поле боя сместилось туда, где люди живут, собираются и считают себя в безопасности.
Меры безопасности, прежде предназначавшиеся для иностранных посольств, теперь требуются в начальных школах.
Это ненормально. И всё же именно нормализация и происходит. Таков современный еврейский опыт. Моральная ясность, необходимая для противостояния этому, уступила место моральной путанице. Результат — паралич.
Государство, вместо того чтобы решительно защищать своих граждан, начинает договариваться с теми, кто им угрожает.
Оно управляет рисками, а не устраняет их. Так праздник превращается в место преступления. Так демократическое государство начинает терять легитимность в глазах своих самых лояльных граждан.
Трагедия не только в том, что евреев снова преследуют, но и в том, что общества, некогда гордившиеся нашей защитой, больше этого не делают. Время всё ещё есть, но нужен поворот не риторики, а позиции.
Отец и сын, напавшие в Бондае, посылали сигнал не только евреям. Они проверяли оборону Запада. Теперь мы знаем, что именно они там обнаружили.
* * *
Джонатан Сакердоти
«The Spectactor»
Перевод: «Nautilus» / OpenAI