Карточный домик лжи рухнул
Вчера Испания подверглась вторжению. И назвать это иначе невозможно. Почти 50 тысяч иностранцев, преимущественно мужчин, хлынули на испанскую территорию, смеясь и глумясь на ходу.
В контекстеВеликобритания: кризис «внутренней империи» Великобритания, отказавшаяся от колоний и протекторатов в 1960-х, империей быть не перестала. Она превратилась в империю внутри метрополии... Поэтому один квартал превращался в маленький Пакистан, другой посёлок – в кусочек Нигерии, улица – в мини-Судан.
Любое поколение до нашего назвало бы это вторжением. И нам следует поступить так же. Эпоха эвфемизмов закончилась. Карточный домик лжи, возведённый левыми, рухнул. Теперь каждый может собственными глазами увидеть, как наши страны захлёстывают самоуверенные, нередко откровенно враждебные мужчины, прибывшие издалека.
Кадры из Сеуты поразительны: толпы иностранцев, главным образом мужчин из Марокко, силой ворвались в испанский анклав. Они перелезали через ограждения, выламывали ворота, захватывали пляж.
Некоторые вскидывали руки в победном ликовании, явно наслаждаясь успешным штурмом испанской территории.
Попробуйте теперь назвать это «поиском убежища».
После штурма Сеуты в руинах лежит не только суверенитет Испании. Вместе с ним рухнула и тирания эвфемизмов, под гнётом которой нас заставляли жить последние годы.
Европейские правители куда ревностнее охраняли язык, чем собственные границы.
Они набрасывались на любого правого политика, осмелившегося назвать нелегальную миграцию «вторжением» или «колонизацией». После событий в Сеуте подобное высокомерное морализаторство становится попросту несостоятельным.
Также по теме«Deutsche Welle» Что происходит в испанской Сеуте «Новая Газета - Европа» Море не забор «Haqqin» «Вторжение» в Европу: Италия закрывает границы, мигрантов возвращают…
Контроль над тем, что людям дозволено чувствовать по поводу массовой миграции, приобрёл поистине авторитарный характер. Следите за словами, поучал нас политический класс, который оказался не способен уследить даже за границами.
Возмущение британцев тем, что в нашу страну беспрепятственно проникают мужчины из далёких, архаичных обществ, объявлялось большим преступлением, чем само это проникновение.
Неважно, что к берегу причалила лодка с шестьюстами мужиками неизвестно откуда, — куда страшнее, что какой-то простолюдин из бывшего «Красного пояса» позволил себе высказать мнение по этому поводу.
И так продолжалось без конца. Было время, когда любую эмоциональную отповедь государству за неспособность защитить границы объявляли едва ли не фашистской риторикой.
Найджела Фараджа заклеймили за то, что он назвал поток нелегальных мигрантов «роем».
Организация Hope Not Hate дошла до того, что осудила таблоиды за употребление выражения «нелегальный мигрант». Подобная лексика, заявили там, «подпитывает» ультраправых.
В эпоху полицейского надзора за мыслями даже простое называние вещей своими именами стало почти грехом.
В контекстеФранция убивает себя С какой стати иммигранты должны уважать жителей Запада, если те не уважают самих себя?
Вспомните и бурю негодования, обрушившуюся на владельца «Манчестер Юнайтед» сэра Джима Рэтклиффа после его слов о том, что Великобритания, по его ощущению, «колонизируется мигрантами». «Отвратительные» заявления, возмущалась тогдашний министр финансов Рэйчел Ривз.
Будущие поколения будут с изумлением вспоминать, что это то самое правительство, которое фактически распахнуло страну для всех желающих, ещё имело наглость осуждать тех, кто открыто говорил об этом безумии.
Таковы правила игры: пожертвовать британским суверенитетом на алтарь глобализма можно, а вот резко высказываться по этому поводу — уже нельзя.
Новояз процветал. Нас заставляли говорить «проситель убежища», когда речь шла о крепких молодых мужчинах, явно приехавших по экономическим причинам.
Нас переучивали употреблять выражение «мигрант без документов» вместо «нелегальный мигрант» — циничная попытка скрыть очевидный факт нарушения закона.
Нас попросту пытались заставить усомниться в собственных глазах. Нам говорили, что в маленьких лодках приплывают женщины и дети, спасающиеся от войны, хотя каждый видел, что это не так.
Также по теме«BBC» Мадрид обещает выдворение нелегалов из Сеуты в Марокко, в ЕС призывают исключить Испанию из Шенгена RFI Десятки тысяч человек прорвались из Марокко в испанский анклав Сеута «Deutsche Welle» Мерц: Испания должна восстановить контроль в Сеуте
Эти навязчивые попытки контролировать не только то, что нам позволено говорить, но и то, что нам позволено думать о миграции, обнажили истинную сущность политкорректности. Она преподносит себя как систему общественной вежливости, призванную защищать меньшинства от оскорблений и насилия.
На деле же её задача — заставить замолчать большинство, задушить наше «невоспитанное» несогласие с государственной политикой и провалами государства.
Это система политической цензуры, искусно замаскированная под заботу о сохранении общественного блага.
Апогея этот языковой контроль достиг во время скандала с бандами насильников. Власти были настолько одержимы защитой меньшинств от «вреда», который якобы могла причинить критическая дискуссия, что предпочли преуменьшать угрозу, исходившую от пакистанских банд в отношении белых девушек из рабочих семей.
Без всякого преувеличения можно сказать, что инстинкт цензуры напрямую способствовал сексуальному насилию над беззащитными девочками.
Даже сегодня вы рискуете получить клеймо расиста, если напомните об ужасающих преступлениях, совершаемых молодыми людьми, которым вообще не было места в нашей стране - и которые при любом британском правительстве примерно до 1997 года были бы немедленно выдворены вон.
В контекстеПришли, чтобы остаться: джихад обосновался в Европе Мусульманские кварталы представляются итальянцам территориями, которые больше не принадлежат Италии: из-за леса вывесок на фасадах, одежды, уличных торговцев, арабских надписей в витринах, а на улице громко слышна арабская речь.
Кризис в Сеуте словно раскалённый нож разрезает эту диктатуру кастрированной речи. Кто теперь осмелится упрекнуть нас за слово «вторжение»? Кто назовёт «фашистами» тех, кто убеждён, что нация имеет право на суверенитет, а её граждане — на защиту от внешнего вторжения?
Любовь к своей стране — не расизм. Защита девочек — не фашизм. Патриотизм — не преступление.
И речь тут не только об Испании. За последние семь дней в Великобританию незаконно прибыли ещё почти полторы тысячи человек. И беспокоиться об этом отнюдь не означает быть ксенофобом. Как и назвать происходящее «вторжением проблемных мужчин» на нашу землю тоже не преступление мысли.
Простите, если кого-то это оскорбляет, но неприкосновенность нашего королевства и безопасность наших женщин и детей бесконечно важнее чувств буржуазной полиции речи.
* * *
Брендан О’Нил
- главный политический обозреватель журнала Spiked и ведущий подкаста Spiked
«The Spectactor»
Перевод: «Nautilus» / OpenAI