Выбор, который предстоит в ноябре
Скульптурная группа в Рашморе. (Фото: «Nautilus»)
...А этот знаете? Античный Рим. По улицам идет демонстрация рабов империи. Натруженные руки, сжатые кулаки. Им нечего терять, кроме своих цепей. На суровых лицах решимость покончить с ненавистным рабовладельческим строем. Над головами полотнище: «Да здравствует феодализм – светлое будущее всего человечества!»
Анекдот бородатый, но юмор его и сегодня не лишен актуальности: будущее не обязательно получается таким светлым, как того хотелось бы, и всегда есть, что терять, кроме цепей и цепочек. Я это к тому, что слишком часто подтверждается правота простенькой речевки «за что боролись, на то и напоролись».
В контекстеПанвандализм захлестывает Америку Законодатели-демократы калифорнийского графства Ориндж, куда входит Лос-Анджелес, требуют переименовать находящийся там аэропорт имени легенды американского кино Джона Уэйна и убрать все его изображения за «расистские и фанатичные заявления», которые он успел сделать при жизни.
Говорят, на ошибках учатся – совершать новые ошибки. Вдумайтесь, уважаемые, в смысл гамлетовской фразы «Распалась связь времен...» Тонко чувствующий юноша, Принц Датский, нам дает понять, что нормальное развитие людей и цивилизаций возможно только тогда, когда времена связаны – то есть когда настоящее не просто вытекает из прошлого, но несет в себе все его лучшие признаки, все опытом проверенные стратегии выживания, ценности и правила межчеловеческих отношений.
Распад и обрыв этой связи – верный признак конца цивилизации. Заодно и культуры – она всегда оказывается надежным эхолотом, замеряющим глубину стихии под нами.
Поражаюсь тем, кто с дрожью нетерпения приветствует наступление антикультурной революции в Соединенных Штатах. Именно антикультурной, потому что она, еще ровным счетом ничего занимательного не произведя, уже отменяет достижения своих предшественников, по идейным, разумеется, соображениям.
Несмотря на весь пузырящийся и булькающий заумный интеллект этих людей, они в упор не видят реальности, с видимым удовольствием приближая трагедию. Их сознание ослеплено не меньше, чем у прогрессивных римских рабов. Защитные инстинкты в них пробуждаются лишь тогда, когда угроза становится осязаемой и затрагивает их собственное существование. Тогда крик, рвущийся из их горла, начинает сильно напоминать украинское «Рятуйте!».
Таким криком о помощи, собственно, и является открытое письмо 153 североамериканских интеллектуалов. Оно опубликовано недавно в не самом читаемом журнальчике Harper’s Magazin – скорее всего, потому, что более респектабельные издания не решились «дразнить ядовитую змею босой ногой».
Среди подписантов все, кого вы уважаете, если вы либерал: от Джоан Роулинг и Маргарет Этвуд до Фрэнсиса Фукуямы и Фарида Закария. Есть среди авторов воззвания и вездесущий буревестник революции Ноам Хомски, есть литераторы, профессора социологии и научные фантасты, Есть и представитель бывших россиян Гарри Каспаров.
Короче, полный состав законодателей интеллектуальной моды, повелителей дум и инженеров человеческих душ. Их мировой призыв – это жест предупреждения и тревоги, указующий перст, воздетый к небу, крик отчаяния.
Если кто подумал, что они тем самым отрекаются от своих передовых идей, тот заблуждается.
Напротив, в первых же строках письма-воззвания они напоминают читателю о своих немалых заслугах в деле социального прогресса, божатся, что и сейчас сочувствуют глубоким реформам, имеющим место в американском обществе, вроде радикального пересмотра компетенций силовых структур, сведения роли полиции до минимума, тотальной позитивной дискриминации по расовому признаку, повсеместного выкорчевывания институционального расизма. Но главное, они акцентируют свое безоговорочное согласие с тем фронтальным наступлением прогрессивных сил на идеологию трампизма, представляющую собой главную угрозу демократии.
Именно отчаянное сопротивление президента Трампа железной поступи прогресса и объясняет, по мнению авторов воззвания, опасное распространение авторитарных тенденций в мире.
В контекстеПисатели и ученые написали открытое письмо в защиту свободы слова
Авторы обращения, приветствуя движение за гражданские права, выразили свою обеспокоенность по поводу того, что оно может породить и уже порождает новые примеры цензуры и самоцензуры.
Сами понимаете, что ради тысяча первой констатации своей преданности идеалам подлинного, а не буржуазного гуманизма замечательные мыслители современности поднимать бучу не стали бы. Они прекрасно понимают, что такой манифест был бы нечитабельным и никому не интересным.
Он оказывается интересным только потому, что авторы признаются в своей тревоге и озабоченности некими побочными явлениями, сопровождающими процесс триумфального наступления светлого будущего.
Конечно, речь идет о неких турбулентных завихрениях по обочинам основного потока, но все же. Чуткие мыслители, которые слышат, как растет трава, с прискорбием отмечают, что их прогрессивные идеалы на глазах «затвердевают в новую догму», становятся общественной нормой, обязательной к исполнению.
Вот уж чего они никак не ожидали, так это того, что революция первым делом утвердит диктатуру единственно правильной точки зрения, запретит любое свободное обсуждение острых тем, введет запрет на профессию для инакомыслящих и повсеместные кадровые чистки несознательных, станет даже научные достижения оценивать в зависимости от того, насколько их авторы разделяют правильные убеждения или противятся им пусть даже в душе.
Застигнутые врасплох этими перегибами на местах, замечательные повелители дум перечисляют многие поразительные проявления практической реализации своих благородных исканий: журналистов увольняют из редакций даже не за вольнодумство в собственных писаниях, а за халатность, с которой они пропускают в печать тексты предосудительного содержания (уже несколько подобных случаев приключилось в редакции партийного рупора, газеты «Нью-Йорк Таймс»).
Яркой прикладной формой прогресса стало почему-то иконоборчество, снос памятников, пересмотр истории с правильных расовых позиций.
Опять основополагающим становится принцип ответственности потомков за дела дальних пращуров, сведения самых архаических межрасовых счетов.
Самое поразительное это то, что подобных незапланированных проявлений прогресса никак нельзя было предвидеть. Для профессоров общественных наук и знатоков психологии масс это была неприятная неожиданность, прискорбный сюрприз, которого ну совершенно невозможно было предусмотреть.
Неожиданность настолько невероятная, что именитые специалисты даже не пытаются найти этому явлению название, вставить его в контекст научного опыта.
В контекстеБари Вайс покидает «Нью-Йорк таймс», затравленная коллегами из-за ее взглядов. «Они называли меня нацисткой и расисткой» Fox News рассказывает историю с громкой отставкой из либеральной New York Times женщины-колумнистки. Ее травили даже не за правые, а за центристские взгляды. Оказывается, журналисты NYT живут в страхе, боясь нарушить правила политкорректности. А для публикации бездарной статьи достаточно, чтобы она ругала Трампа.
Этой беспомощностью уважаемые лауреаты самых почитаемых премий расписываются в собственной интеллектуальной недостаточности. В наших краях им любой выпускник начальной школы подсказал бы, что все ими перечисленные тревожные синдромы присущи обществу победившего тоталитаризма.
Они что, не умеют считать до пяти? На полном серьезе полагали, что джин, выпущенный из бутылки, будет беспрекословно повиноваться им и работать на благо человечества как сказочный старик Хоттабыч?
Думали, что сходящую лавину можно заставить остановиться в середине косогора, если выговорить ей строго и в голос? Всю свою жизнь они старательно долбили ценностные опоры и никогда им в голову не приходило, что рано или поздно крыша может упасть им на голову?
Сейчас она падает стремительным домкратом, и это главная причина того, что они без страха и упрека возносят к небу свой страстный голос несогласия. Они без устали критиковали действительность за то, что та никак не соответствует идеалу, и предлагали на месте уродливого строя осуществить наконец-то сон Веры Павловны. Но «сон разума порождает чудовищ» - не мной первым сказано...
Кому же, хотелось бы узнать, адресуют свой пронзительный вопль обеспокоенные пролетарии умственного труда? Ведь не тем же, кто и вызвал к жизни все эти пренеприятнейшие перекосы.
Уж не к Трампу ли апеллируют они с просьбой о неотложной помощи?
Они и сегодня готовы призывать всех «униженных и оскорбленных» к свержению кровавой диктатуры при условии, конечно, что ненавистный режим обеспечит им комфорт, необходимый для нелицеприятной критики.
Они уже по-своему победили, добившись того, что за четыре года правления людоедский трамповский режим не сумел сгноить в тюрьме ни одного политического противника, не закрыл ни одной боевой редакции, не лишил государственных дотаций ни один прогрессивный университет, не разогнал обушками ни одну демонстрацию протеста.
Сравните эффективность и посмейтесь вместе с нами: за каких-нибудь пару месяцев народные массы во всеоружии революционного правосознания смогли расправиться с сотнями противников прогресса и их институтами. И цифры врагов, пораженных в правах, растут ударными темпами!
В контекстеБремя «прогрессивного» человека Им нужна некая смесь аристократии, когда никем не избранные органы «лучших людей» устанавливают «правильные правила поведения», в купе с охлократией, когда решения будут проталкиваться орущей толпой, которую спонсирует какой-нибудь очередной Сорос.
Если бы корифеи всех наук были не только идейно подкованными, но еще и элементарно образованными, они бы знали, что проблематике революционных перекосов и перегибов посвящены многие труды основоположников: ленинская «Детская болезнь левизны в коммунизме», сталинское «Головокружение от успехов». Везде и всегда были люди «поспешавшие поперед батьки в пекло».
Может быть, тогда бы они лучше поняли глубинный смысл Оруэлловской утопии. Проницательный британец ведь не просто так придумал остроумный новояз, изобилующий такими убойными парадоксами, как «Война – это мир» и «Свобода – это рабство».
Весь его новояз, ежедневные две минуты ненависти и Министерство любви естественно обслуживают потребности перманентной войны, которую Океания ведет против своих вековечных врагов - Евразии (понимай, России, покорившей Европу) и Истазии (то есть Китая, подчинившего себе остальную Азию).
И главный сюрприз Оруэлловской геополитики – нигде, в буквальном смысле слова нигде, авторитарным диктатурам не противостоит хоть какая-нибудь захудалая демократия!
Все три противника являют собой торжество тоталитаризма в его абсолютном выражении! Любые различия между ними носят чисто фольклорный характер. Светлое будущее везде на планете было успешно достигнуто и стало беспросветным настоящим.
Выбор, который предстоит в ноябре сделать американскому обществу – это не комичный выбор между харизматиком и маразматиком, между туповатым Трампом и блистательным Байденом.
Это судьбоносный выбор между строем, где демократия будет вечно хранима и вечно под угрозой, и режимом, к которому демократия уже не будет иметь никакого касательства.
Между географической картой, где в месте, где ныне еще находится Статуя Свободы, будет воткнут звездно-полосатый флажок, и картой, где будет обозначен большой и сильно загаженный пустырь, на котором будет написано «Здесь была Америка».
* * *
Ефим Фиштейн
– международный обозреватель «Радио “Свобода”»
Статья любезно прислана автором