Победители не уходят. Уходят проигравшие
Решение кабинета безопасности Израиля избежать войны, начатой в понедельник ХАМАСом, и принять «прекращение огня» разочаровывает и бесит.
В течение 24 часов ХАМАС выпустил около 500 снарядов по Израилю. Он уничтожил автобус противотанковой ракетой «Корнет». Шестьдесят израильтян ранены, несколько критически, один гражданский убит. Множество домов разрушено.
Израиль никогда не подвергался из Газы ракетному удару, хотя бы отдаленно похожему по интенсивности на то, что устроили ХАМАС и «Исламский джихад» в понедельник и вторник. И, тем не менее, вместо того, чтобы отреагировать равно, а лучше бы — гораздо интенсивней и преподать ХАМАСу и «Исламскому джихаду» надолго запомнившийся урок, кабинет безопасности позволил себе пару сотен точечных атак с воздуха, после чего принял совет армии о прекращении огня.
Жители южного Израиля при этом оставлены виртуальными заложниками ХАМАСа и исламского джихада, сохранившими возможность атаковать их по своему усмотрению.
Внезапная отставка министра обороны Авигдора Либермана в среду, возможно, поможет его малюсенькой партии Исраэль Бейтену переизбраться в Кнессет на следующих выборах. Но это будет означать, что Либерман политически выживет за счет Израиля. ХАМАС вполне оправдано представляет отставку Либермана в качестве доказательства того, что на этой неделе он победил Израиль. Победители не уходят. Это делают проигравшие.
В контекстеИллюзия, ставшая кошмаром В 1993 году израильское правительство лихорадочно искало кого-нибудь, кто взял бы на себя задачу по подавлению террора, развёрнутого ХАМАСом и «Исламским джихадом»... В качестве награды за борьбу с террором, предлагались полномочия властвовать над всеми живущими в этих районах арабами.
Но помимо разочарования и ярости, решение кабинета вызывает серьезную тревогу. Почему кабинет предпочел стушеваться под беспрецедентным ударом Хамаса?
Отставив на минуту опасную перспективу войны на севере с Ираном, «Хизбаллой» и Сирией, можно дать два объяснения решению кабинета министров. Во-первых, в рамках шутки, гуляющей сейчас в WhatsApp. Возможно, премьер-министр Биньямин Нетаньяху и его министры — кучка глупых цыплят. Фактически Либерман обвинил их в глупости и трусости на своей пресс-конференции во вторник, когда он объявил о своей отставке.
Но свидетельств тому, что Нетаньяху глуп, нет. Скорее наоборот. Что касается трусости, то если он и его министры и боялись, то теперь у них для этого есть веские основания.
Это подводит нас ко второй и более реальной причине, по которой решение кабинета следует рассматривать как красный предупреждающий сигнал. И источником озабоченности является Генеральный штаб.
Израиль не стремится свергать режим Хамаса в Газе. И не без причины. Цена войны по свержению ХАМАСа будет непомерной, как с точки зрения человеческих потерь, так и финансовых. И выгода, в лучшем случае, крайне сомнительна.
У Израиля нет армии такой численности, чтобы выделить три дивизии для контроля над сектором Газа после ухода ХАМАСа.
Другой вариант, рекламируемый крайне левыми, заключается в том, чтобы Израиль заплатил цену за свержение ХАМАСа и передал Газу ООП. Однако, ООП враждебна нам не меньше, чем ХАМАС. Израиль не заинтересован в расширении прав и базы ООП путем предоставления ему Газы.
Учитывая отсутствие лучшей альтернативы, чем ХАМАС в Газе, Израиль сосредоточил свои усилия на удержании ХАМАСа, как можно более слабым. Таким образом, после захвата ХАМАСом Газы в 2007 году, эффективная стратегия Израиля напоминает стрижку газона.
Как только ХАМАС слишком усиливается, Израиль вступает с ним в очередной раунд войны. Цель израильских операций — подстричь ХАМАС до нужного размера и удалиться до следующего раунда.
На этой неделе ХАМАС просигналил, что Израилю пора его подстричь.
Режим террора, способный выпустить 500 снарядов по территории Израиля менее чем за 24 часа и уничтожить автобус противотанковой ракетой, является слишком мощным.
Так почему же кабинет не приказал армии косить траву в Газе? Почему наши лидеры не приказали армии ликвидировать командиров ХАМАСа, Яхье Синвара и Исмаила Хания? Почему они не приказали армии уничтожить ракетно-пусковые установки и их экипажи, а также ракетные и прочие базы ХАМАСа?
Есть два возможных объяснения решению не отдавать эти приказы. Взятые порознь и вместе они указывают на острую проблему с высшим армейским эшелоном, требующим немедленного внимания.
Одно объяснение было высказано отставным командиром и военным комментатором Едиот Ахаронот, Йоси Йегошуа. Он утверждает, что решение кабинета было связано с отказом Генштаба принять меры, необходимые для стрижки ХАМАСа. Отказ Генштаба проистекает из роли, которую теперь играют юристы в решениях армии по выбору целей.
Начиная с операции «Литой свинец» в 2008-2009 гг., военные юристы прикреплены к боевым подразделениям вплоть до уровня батальона.
Якобы эти юристы запрещают осуществлять необходимые действия, заявляя, что действия, стратегически значимые и оперативно важные, типа ликвидации командиров ХАМАСа или ракетных расчетов, являются военными преступлениями.
В контекстеЗасада в Газе Израильская пресса ругает ЦАХАЛ за провальную разведоперацию. ХАМАС безудержно хвастается, что обратил в бегство врага и одержал великую победу. Взаимные обстрелы должны скоро сойти на нет при египетском посредничестве.
Начальник штаба, генерал-лейтенант Гади Эйзенкот, уже много лет демонстрирует, что он хочет подчинить тех, кто жмет на курок, адвокатам, не страдающим от последствий своего нежного толкования действий врагов.
Он продвинул военного юриста Шарона Афека в ранг генерал-майора. Он поддерживает обвинения против солдат в их якобы преступлениях на основе радикальных юридических толкований боевых действий. Посыл, который Эйзенкот пытается донести до сведения всех командиров, от взвода до дивизии, говорит, что они должны подчинять свои действия решению юристов, не имеющих ответственности командиров.
Стоит заметить, что «международное право», которому подчиняют армейских командиров посредством военных юристов, на самом деле не является писаным законом.
Это радикальная идеологическая интерпретация общих принципов.
Например, нет общепринятого определения того, что такое «пропорциональный» ответ на агрессию. Все это индивидуальные суждения. И решения, которые армия внедряет посредством своих адвокатов, принимаются антисемитскими комиссиями ООН и самопровозглашенными организациями «прав человека». А Израиль виновен всегда, если не сумел доказать свою невиновность. Излишне говорить, что эта фанатичное и глубоко ошибочное толкование международного права, наносит серьезный урон способности армии защищать страну от агрессии.
Второе, столь же тревожное объяснение решения кабинета министров о том, чтобы отступить, заключается в том, что Нетаньяху и его министры не доверяют оперативной компетенции армии. В течение семи месяцев в армии не смогли найти способа прекратить действия Хамаса вдоль границы
Спецподразделение, действовавшее в воскресенье в Газе, оказалось в засаде. Его прикрытие раскрыто, а армия позволила автобусу с 50 солдатами въехать в пограничный район, полностью открытый для огня противника.
Если армия так относится к ХАМАСу, то как она справится с Хезболлой, которая в десятки раз сильнее?
Какой вывод мы делаем из факта, что все службы безопасности и отделы армии единодушно поддержали свертывание операции перед лицом агрессии ХАМАСа? Если Нетаньяху и его министры опасались исхода более мощной операции против ХАМАСа и Исламского джихада, то их опасения вполне оправдались.
Возможно, Израиль — и страна инноваций, но армия не смогла выработать инновационные методы борьбы с ХАМАСом. Хотя безусловно, наши спецслужбы нанесли серьезные удары по ХАМАСу, о чем мы никогда не слышали.
Но тем не менее, террористический режим выпустил 500 снарядов и взорвал автобус менее чем за 24 часа.
Пограничные нападения никогда не прекращались. Вы не можете воевать с воздушными шарами посредством F-35. Керамические жилеты и батареи Железного купола не заменят импровизацию и изобретательность.
Ясно одно, что враги Израиля сидят на наших границах в Ливане, Сирии и Газе и наблюдают за нами и нашим Генеральным штабом.
Час "H" пришел, когда противотанковая ракета попала в автобус в понедельник.
Если мы не готовы сегодня косить газон в Газе и Ливане, то нам нужно сегодня же исправить то, что поломано здесь, дома.
Потому что завтра они снова атакуют. И завтра у нас, возможно, не будет варианта отступить.
* * *
Каролина Глик
«Трансляриум»
Перевод: Mark Appel
«JPost»