Реакция на фильм «Зулейха открывает глаза» как портрет российского общества эпохи коронавируса
После показа первых серий экранизации романа Гузель Яхиной в Сети заполыхали свирепые баталии. В чем только ни обвиняют картину Егора Анашкина, автора романа Гузель Яхину, как только ни оскорбляют исполнительницу главной роли Чулпан Хаматову, да и друг друга соотечественники.
В этом разноголосье едва слышны эстетические оценки картины, зато с шашками наголо несутся доносители, запретители, оскорбленные и кипящие возмущенным разумом.
Пасквиль на наше все
Бдительные «Коммунисты России» (КПКР) требуют сериал прекратить, а виновных наказать. «Любой пасквиль на советское прошлое — это плевок в лицо всему нашему российскому народу», — негодует председатель ЦК Максим Сурайкин. Он клеймит создателей картины «антисоветчиками». Он не видит различий между СССР и нынешним государством, которое «должно вмешаться».
Его незатейливую мысль продолжает автор «АиФ» Андрей Сидорчик, переживающий за головы зрителей: «И в голове у граждан возникает мысль: “Если тогда государство творило беззаконие и действовало исключительно из чувства ненависти к народу, то и нынешние ограничения, наверное, не попытка спасения от болезни, а тоталитарный произвол?”»
Бдительность деятелей КПКР не дремлет, это они в открытом письме наставляли на верную дорогу легкомысленную Мадонну, собравшуюся на гастроли в Питер: “Тут нельзя вертеть попой, быть легкомысленно одетой, крутиться на шесте и привечать лесбиянок. Необходимо одеться скромно, петь мелодично и помнить о нормах морали”».
Осквернители
В контекстеОн дал нам шанс Горбачев круто изменил траекторию XX века. Он похоронил мировой коммунизм. Он завершил холодную войну. Он дал свободу Восточной Европе. Он отказался от силы, как основного средства политики — внутри страны и вовне ее.
Твиттер и форумы на киносайтах бушуют. Критикуют за «осквернение истории» и русофобство. Призывают на голову создателей прокуратуру и Следственный комитет.
Фильм, в котором «энкавэдэшники выглядят мерзавцами», называют информационной диверсией в канун святого Дня Победы.
За «жирную морду гэпэушника Кузнеца» Романа Мадянова требуют отдельной расплаты. Ну правда, где авторы видели таких служителей ГУЛАГа? Да и с самими репрессиями еще надо разобраться.
Чему удивляться, ведь недавний опрос соотечественников показал рекордный уровень одобрения Сталина и его деятельности. Едва ли не половина населения оправдывают «жертвы ради достижения великих целей в короткий срок».
Мифологизация истории как национальная доктрина, принятая к действию на государственном уровне, не просто доминирует, но крепко усвоена. И вот уже «правдоискатель» с ником «Слово_дело» называет историю депортации татар, рассказанную в фильме и книге, выдумкой «тупой и наглой либероты».
Он уверен, что «раскулачивание — это когда семьи вывозили на поселение в Сибирь, где они работали в условиях мобилизационной экономики». «Никакого “геноцида” в процессе коллективизации не было, — поддерживает его взгляд на прошлое Arina Ws, — даже раскулаченные и переселенные должны были жить и трудиться на благо страны». Тех, кто с подобной точкой зрения полемизирует, приводя примеры из горького опыта своей семьи, быстро затаптывают.
Впрочем, есть и сторонники фильма, и даже призывающие включить его показ в школьную программу: «Чем раньше молодежь начнет понимать, что такое государство, и каково его отношение к народу, тем скорее эта несчастная страна начнет развиваться и становиться частью цивилизованного мира», — пишет @bad_rampagen.
Антитатарский
В контекстеЛживые фильмы про Украину По страшной иронии судьбы, реальное село Малиновка находится в Харьковской области — которая в 1933 году наиболее сильно пострадала от голода, устроенного советскими властями. Эхо Голодомора и советская нищета ощущалось ещё и в 1967 году, когда снимали фильм...
Подтянулась и тяжелая артиллерия из Татарстана — после жесткой критики романа в республике досталось и фильму.
Муфтия Камиля Хазрата Самигуллина возмутила постельная сцена в мечети,
«призванная нам напомнить о чудовищной политике воинствующего безбожия в недавней истории нашей страны, она была сделана в съемочном павильоне и затем добавлена в картину с помощью монтажа. Насколько оправданно наличие подобных кадров в художественном произведении и насколько достоверно в картине воссоздана историческая действительность — отдельный вопрос. И его мы должны задать прежде всего создателям сериала. Сам я однозначно считаю, что показ откровенных сцен по ТВ и не только — это аморально и омерзительно».
Татарская писательница Фаузия Байрамова тоже сочла сериал заговором, но уже против татарского народа: «Какой же грязный фильм сняли о татарах на деньги Татарстана! Под предлогом возвеличивания Зулейхи они унизили и растоптали целую нацию. Ни Вахши Муртаза, ни его мать не являются воплощением собирательного образа татар. Самые плохие, самые грязные и самые злые».
Татарскому зрителю в картине не хватает национального колорита.
«Особенно нас с женой позабавило, — пишет один из критиков фильма, — отсутствие у Зули обязательных к ношению женских штанишек под платьем».
«И, когда полы мыли, платье было подоткнуто под них, а не в зубах». Не хватает татарского языка (все оттого, что Хаматова плохо знает родной язык, вот все и говорят по-русски). Слишком злобная свекровь Упыриха («что, женщина-татарка хуже зверя какого-то? Какое оскорбление нашим матерям!»). Не хватает нарядной обстановки с вышитыми скатертями в доме Муртазы («Это неправда!»). Оскорбляет эпизод с убийством коровы («татарин-мусульманин без молитвы даже курицу не зарежет»).
«Да, это сделано на материале татарском, — еще перед премьерой отвечала критикам автор романа Гузель Яхина, — но это просто несчастная женщина, которая нелюбима мужем, которая нелюбима свекровью, которая живет в каком-то Средневековье. Вот об этом я писала, просто на татарском материале. Для меня эта история, с одной стороны, национальная, а с другой стороны, не национальная».
Картина может нравиться или не нравиться, раздражать тем, как она срежиссирована, насколько правдиво воспроизведена эпоха, одежда, интерьеры… Но зачем же ломать стулья о головы ее создателей?
Режиссер сериала Егор Анашкин сражен потоком ненависти, который обрушился на Чулпан Хаматову: «Мне очень жаль, что в людях столько негатива и нелюбви, что они позволяют себе так высказываться. Очень обидно за Чулпан. Я считаю, что это героический человек и гениальная актриса. Я надеюсь, что эти люди или не читали книгу, или высказываются по поводу фрагмента, не видя целого. Я считаю, что Чулпан делает огромное и важное дело — продвигает татарскую культуру».
В контекстеКапитализм и социализм: история двух семейных реликвий Когда агенты НКВД увидели документ со свастикой, они побледнели. После продолжительной немой сцены, в течение которой они благоговейно рассматривали документ, они извинились перед семьей русского «арийца», и испарились.
Критиковать фильм начали еще до первой серии. Меня эта исступленная реакция скорее изумила. Ведь наш фильм — это очень облегченная версия того, что на самом деле происходило в сталинские времена, и я опасалась, что нас раскритикуют за недостаточную жесткость. Думаю, в основе желания забелить прошлое лежат инфантилизм, необразованность, инертность: не хочется погружаться…
Но ведь хорошая литература — Солженицын, Шаламов, Гроссман, Горенштейн — никуда не делась. Она просто требует внутреннего труда. Сейчас все больше необразованных людей, дремучих. Ими манипулировать несложно, навязывать свою точку зрения легко. Они трагические вехи истории воспринимают как личную обиду. У меня дети-подростки так реагируют, когда указываешь им на ошибки.
Во время съемок был такой случай. Репетировали сцену раскулачивания. Режиссер предложил: я с вещами уезжаю из дома на своей же телеге. Стали с ним спорить. Я читала в мемуарах, что двигались телеги с барахлом, вокруг пешком шли люди. Спорили-спорили.
Отчаявшись, я позвонила Дмитрию Муратову. Так в моей жизни появился замечательный историк Андрей Зубов, который умеет все доказательно разложить по полочкам с конкретными примерами и ссылками.
У меня волосы встали дыбом.
Вспоминается, что после показа «Детей Арбата» была обратная реакция: «Да надоели вы со своим Сталиным. Хватит! Мы и так уже все поняли». Но в реальности в обществе дестализанизация так и не произошла. Не были очерчены причины, невнятно проговорены факты, не сделаны выводы. Так все и будет тянуться.
Несмотря на такую болезненную реакцию, мне представляется, что нам необходимо активно отстаивать свое видение, свою точку зрения. Обществу необходимо осознать, что
раскулачивание — это преступление, убийство, трагедия огромного числа людей. Это морально-этическая катастрофа, повлиявшая на историю страны.
Необходимо как минимум не впадать в беспамятство. Насколько кино решится это делать, будет зависеть от каждого конкретного режиссера.
В контекстеО политике Властной группе, вообще говоря, не нужны никакие изменения в Конституцию. Их появление – смесь обычной маскировочной работы, энтузиазма низовых членов иерархии, бюрократического экстаза и развлечения идеологов. Власть сохранится в неизменном виде
Что касается нападок из Татарстана, они были предсказуемы. Слишком горячие, в том числе возмущенные, отклики вызвал роман. Нападки на нас сыпались и во время съемок. Покрыта голова, не покрыта голова Зулейхи. У каждого свое преставление о том, как было. Я читала много отзывов на книгу. Каждый опирался на свои семейные истории.
И, судя по всему, никакого единого канона не было. С приходом советской власти были женщины, которые не сняли платок. Были и те, кто стригли волосы, снимали платки, при этом верили и молились.
Я не считаю, что эта травля направлена персонально против меня. Скорее, она демонстрирует то, насколько общество не готово образовываться и открывать правду о себе. Есть какая-то закономерность и в допущении агрессивного, хамского тона этих нападок за «осквернение истории». Все перемешано, взаимосвязано, в том числе и невежество — с варварством и агрессией, с неумением подбирать слова для описания своего чувства, нет: выплюнул и пошел дальше. Им невдомек, что не надо тратить время на то, чтобы ранить другого.
Но я подумала, что агрессия тоже защитный механизм, в том числе и от страха. А сегодня многим страшно.
Я тронута и лавиной поддержки: мне звонят, пишут знакомые и незнакомые люди. Спасибо вам.
За собственными заботами и страхом, за всей суетой этих изолирующих нас друг от друга дней легко забыть детей, родителей, которые оказались изолированными, на грани жизни и смерти. А при таких потоках агрессии ни о каком милосердии, соучастии говорить не приходится.
Я очень боюсь, что благотворительный сектор может рухнуть. Маленькие фонды уже закрываются. А мы так долго, так трудно общими усилиями настраивали эту систему. Милосердие, отзывчивость, сочувствие необходимы не только тем, кто сейчас болеет, страдает. Это необходимо нам. Чтобы остаться живыми.
* * *
Лариса Малюкова
«Новая газета»