Возможность вновь услышать его голос
80 лет она искала инструмент убитого в лагере отца – и нашла его у немцев. Дорогая «игрушка» стоит теперь под миллион!
В контекстеСенат Франции одобрил возвращение 15 полотен, украденных в годы Холокоста Всего с 1951 года еврейским владельцам вернули чуть более 170 произведений искусства из 2200, находящихся во владении французского государства. Всего же, по данным министерства культуры Франции, 100 000 произведений искусства были похищены в этой стране в годы войны.
Виолончелиста Пала Херманна называли «венгерским Пабло Казальсом» – до начала Второй мировой войны он был известен всей Европе. К сожалению, Холокост он не пережил – погиб в концлагере.
Зато спаслась его дочь – десятилетняя Корнелия Херманн. И самым ярким воспоминанием об отце осталось у нее то, как он играл на виолончели.
Помнила Корнелия и сам изящный инструмент из ели и клена: на корпусе у него была выжжена надпись Ego Sum Anima Musica, «Я – душа музыки». После ареста отца родственники Корнелии некоторое время прятали виолончель дома – но затем, нуждаясь в деньгах, были вынуждены ее продать. Всю свою жизнь Корнелия пыталась найти потерянный инструмент.
И наконец недавно ей это удалось – с помощью одного британского историка и запросов в социальных сетях.
Британский историк, журналистка и музыковед Кейт Кеннеди заинтересовалась судьбой пропавшей виолончели несколько лет назад. В то время она писала очерки о судьбах разных музыкантов. Среди них была история Лизы Кристиани – первой профессиональной виолончелистки, которая в середине XIX века отправилась в эпическое турне по Сибири с виолончелью Страдивари.
Еще был очерк об Аните Ласкер-Вальфиш – еврейке, выжившей в Освенциме только благодаря игре на виолончели в лагерном оркестре.
Наконец, Кеннеди хотела написать о Пале Херманне – как на протяжении почти всей войны он играл в «кошки-мышки» с гестапо, но в конце концов был схвачен и убит.
Во время работы Кеннеди выяснила, что Херманн играл на очень ценном инструменте XVIII века.
Подобно детективу, исследовательница стала шаг за шагом искать его следы.
В контекстеЭкспериментальное подтверждение Чуткой душой художника Джонатан Глейзер очень остро ощущал непроизнесенные, но несомненные претензии к евреям, что ввели добрых европейцев во искушение, соблазнили их совершить Холокост и обрекли на нестерпимые муки совести.
Для начала нужно было понять, откуда сам Херманн получил виолончель. Он был известен и обеспечен – но вряд ли мог бы купить такой инструмент самостоятельно, писала Кеннеди.
Виолончель была сделана рукой итальянца Николо Гальяно: предположительно, тот сработал ее в Неаполе в промежутке между 1760 и 1780 годами.
Гальяно был самым ярким представителем семейной династии скрипичных мастеров – за что даже заслужил прозвище Николо Первый. Его работы нередко путали с работами Страдивари, а уже в XXI веке с одним из инструментов Гальяно произошла криминальная история.
В 2019-м скрипку его авторства украли из музыкальной школы в Берлине. Полиция смогла вернуть ее спустя три года – инструмент «всплыл» в одном из антикварных магазинов. Выяснилось, что воры продали скрипку всего за 200 евро – при том что ее реальная стоимость составляла больше 250 тысяч.
Сама скрипка попала в руки злоумышленников случайно: они планировали украсть велосипед у здания музшколы, но не справились с замком и решили посмотреть, что внутри здания. Дверь одной из аудиторий оказалась открыта, и там скрипка лежала без присмотра: к несчастью, именно в те минуты преподаватель школы отлучился в туалет.
Что касается виолончели Херманна, то тот получил инструмент в 1928 году в Лондоне. Дарителями оказалась богатая голландская чета. Пара предоставила виолончель Херманну, когда тот сломал свою собственную во время игры на танцах для высшего общества.
Отдавая инструмент, голландцы заключили с Херманном договор займа – тот должен был в течение нескольких лет отдавать деньги.
«Но все же во главе всего стояла симпатия голландских филантропов к еврейскому музыканту. Все в этой сделке знали, что у Херманна вряд ли получится вернуть долг»,
– пишет Кеннеди.
В контекстеХамас, Холокост и роль евреев в мире Если разразится новый Холокост, он коснётся всех евреев, без исключения, где бы они не находились, как бы громко они не осуждали Израиль и как бы страстно они не хотели мира с палестинцами! Евреям бежать будет некуда, кроме Израиля.
Пал Херманн родился в еврейской семье в Будапеште в 1902 году. Он учился в местной музыкальной академии имени Ференца Листа. Позже получил известность, давая концерты в Вене, а в 1923 году переехал в Берлин. Немецкая столица стала его «штабом» – отправной точкой для турне по Европе.
Его называли гением и прочили всемирную славу – помимо игры чужих произведений, Херманн сочинял и собственную музыку.
Теплые отношения с голландской четой филантропов привели виолончелиста в Амстердам, куда его пригласили с концертом. Одной из слушательниц была племянница филантропов Ада Виверс – сразу после концерта у них с Херманном закрутился бурный роман. В 1931 году пара поженилась, а через год у них родилась дочь Корнелия.
А времена тем временем становились все жестче. В 1933-м к власти в Германии пришли нацисты, и Херманн перевез семью в Нидерланды. Увы, в том же году его ждало еще одно потрясение: 25-летняя супруга музыканта погибла во время кораблекрушения в Северном море.
Виолончелист принял решение оставить дочь у родственников жены. Они не были евреями, и Херманн полагал, что это поможет годовалой Корнелии пережить наступающую катастрофу. Сам музыкант уехал в Брюссель, затем в Париж, а оттуда в 1940 году бежал на юг Франции.
До этого момента он, по некоторым сведениям, несколько раз навещал дочь в Нидерландах – и во время одного из визитов оставил там драгоценную виолончель.
Вплоть до 1944 года Палу Херманну удавалось избежать ареста. Он жил на ферме недалеко от Тулузы под французской фамилией Де Котиньи. Однако голод вынуждал его выходить из убежища.
Чтобы прокормиться, Херманн стал давать уроки музыки и выезжать в город. Во время одного из этих выездов, в феврале 1944 года, его схватили на улице.
Музыканта отправили в лагерь Дранси недалеко от Парижа, а затем в Освенцим. По пути в Польшу его следы потерялись. Вероятно, виолончелист умер в пути – в вагонах для скота, в которых перевозили изможденных еврейских узников.
В контекстеХолокост без евреев Концлагеря освобождались в ходе общего наступления Красной армии, а не в результате специальных усилий. Ни союзники, ни сам СССР никак не пытались предотвратить массовое уничтожение евреев. О том, что такое Аушвиц, было хорошо известно и до 1945 года.
Примерно в это же время исчезла и виолончель – после продажи инструмента опекуны дочери музыканта Корнелии ничего не знали о нем.
«Инструмент впервые “всплыл” только в 60-е годы: известно, что на нем сыграли несколько концертов в консерватории Кельна. Но после – снова полная темнота», – писала Кейт Кеннеди.
Отчаявшись найти виолончель, исследовательница опубликовала объявление о поиске в социальных сетях. И неожиданно получила ответ.
Ей написал китайско-британский виолончелист Цзянь Ван, который несколько лет назад был в жюри на конкурсе музыкантов в Лондоне. По его словам, один из участников, предположительно, мог играть на утерянной виолончели.
Ван сделал несколько запросов – и выяснилось, что до недавнего времени инструмент находился в Высшей музыкальной школе имени Роберта Шумана в Дюссельдорфе. И там его сдали «в аренду» для выступлений одному из талантливых студентов.
Тот ничего не знал о происхождении виолончели – кроме того, что она старая, ценная и дает невероятной силы звук.
В конце сентября виолончель Пала Херманна приняла участие в концерте в престижном лондонском зале Wigmore Hall. Среди прочего на ней сыграли одну из композиций еврейского музыканта.
«Херманн мог бы быть одним из величайших композиторов нашего времени, мог быть среди лучших. Но, увы, история обошлась с ним жестоко: мы по крупицам собираем остатки его великолепного творчества»,
– сказала Кейт Кеннеди.
Одну из случайно сохранившихся партитур ей передала Корнелия Херманн.
«То, что инструмент отца нашли, и то, что его музыка вновь выходит на сцену – это возможность для меня вновь услышать его голос»,
– сказала она.
* * *
Михаил Блоков
«Jewish.Ru»