«Глубокое государство» как оно есть
Глядя из Москвы, основное занятие Арашуковых и им подобных - «коррупция», «воровство» и т.п. Но вор - это тот, кто прячет украденное; джигиты же, напротив, жили публично на максимально широкую ногу.
Много и помпезно строили, в том числе мечети и храмы, оптом скупали певцов ртом и танцоров ногами, фестивалили и организовывали скачки на приз своего имени; короче, жили не как те, кто прячет достаток, а как те, кто из кожи вон его демонстрирует.
И, думаю, в своём семейном кругу они себя не числили какими-то там «ворами» или «казнокрадами».
Скорее наоборот - гордыми, сильными и влиятельными вождями своего небольшого народа, хозяевами жизни (а в некоторых случаях - и смерти). И, в свою очередь, в республике многими такой подход вполне воспринимался как должное.
А государственные ресурсы, к которым они получили доступ, понимались скорее как некое самоочевидное приложение к высокому статусу, символ доверия от московских покровителей.
В контекстеКоллективный Путин Окажется, что решение «проблемы Путина» — не самое трудная вещь. Что делать с 2 млн 200 тысячами госслужащих, которые привыкли функционировать в коррупционной среде? Что делать с 5 млн силовиков, заточенных на репрессии?
Я давно и довольно много времени провожу на Кавказе, порой жил месяцами - и в Грозном, и в Черкесске, и в Махачкале, и в Пятигорске. И за эти годы понял вот что. Есть институты и институты.
Официальные институты - Конституция, закон, суды, органы власти, парламенты, партии, силовые структуры и т.п.
И реальные институты, самый мощный из которых - семья. Из неё все растёт дальше - роды, тейпы, кланы, этносы и субэтносы. Это сообщества крови.
Ещё есть сообщества веры – начиная от разного рода специфических богословских течений вроде накшбандийцев и заканчивая радикальным исламистским подпольем. Они постепенно укрепляются, но пока все же намного слабее первых.
Короче, официальные институты - это некий коллективный спектакль, который нужно играть в рамках отношений с метрополией. Надо, чтоб все вступили в «Единую Россию»? Не вопрос. Надо целой республикой проголосовать как надо? Не вопрос.
Надо разбиться на десять партий и замутить конкуренцию? Отлично: вот вам Осетия, где местное отделение «Патриотов России» (кто знает такую партию?) чуть не выиграло выборы в республиканский парламент у ЕР; но на самом деле это не про ЕР и «Патриотов» - это про дигорские, иронские и кударские кланы.
Аналогичная аномалия, кстати, есть и в КЧР, где самая серьезная оппозиционная сила - это местные... «Коммунисты России».
Но на самом деле, конечно, это сообщество карачаевских кланов, играющих против Р.Темрезова, и их местный вождь КР Э.Маршанкулов - своего рода зицпредседатель. А известная с недавних пор Алина Чикатуева, кстати - это его племянница.
Похожие штуки есть и в Дагестане, и в КБР, и даже в Чечне.
Никогда не забуду, как в мою первую официальную поездку в Грозный ко мне подошёл один из недавно амнистированных масхадовских министров, в наказание за грехи отправленный... в депутаты парламента Чечни от Союза Правых Сил.
И очень настоятельно попросил порешать вопрос, чтобы ему позволили все же вступить в «Единую Россию», потому что ну перед людьми неудобно же.
В контекстеРамзан Кадыров, солдат Путина в Чечне Придя к власти в 2007 году, президент маленькой мусульманской республики обязан своим быстрым восхождением хозяину Кремля, который видит его «как сына». Их тандем работает и позволяет российскому лидеру отвлечь внимание от национальных проблем.
Идём дальше. Вот Осетия. Там от трети до двух третей бюджета любой среднестатистической семьи уходит на подарки родственникам по случаю разных важных семейных торжеств - будь то рождение ребёнка, свадьба или юбилей.
Такие мероприятия собирают тысячи самой разнообразной родни, и потому не проходит и недели, чтобы не пришлось опять идти к кому-то из родни и собирать конверт.
Зато когда такое событие происходит у тебя, то ты одномоментно становишься очень богатым человеком,
и можешь позволить себе купить сразу машину, квартиру, а то и дом только с одних этих подарков. Такая экономика.
Осетия крайний случай, но в какой-то мере это верно по отношению ко всем северокавказским народам, включая и местных русских, которые тут совсем не то же самое, что в русских регионах.
Семья, род, нация - институт подлинный, живой и единственно значимый; государство, закон, политсистема - институт формальный и ритуально-демонстративный.
И вот теперь Карачаево-Черкесия, откуда я сейчас вот это и пишу. Республика - порождение уже постсоветской эпохи (в советское время была автономной областью в составе Ставрополья, отдельной республикой стала только в 1990), и становление институтов, писаных и неписаных правил в ней происходило в 90-е, подчас трудно и кроваво.
В итоге выстроилась хрупкая, но более-менее работающая система, основанная на национальном квотировании.
Глава - карачаевец, премьер - черкес, спикер - русский (но обязательно из «местных» русских), депутат - карачаевец, сенатор - черкес, в Общественной палате - абазин и т.д. Национальный мир соблюдён, никто ни в кого не стреляет. Но...
Но дальше происходит очередная свадьба, рождение ребёнка или похороны, и на них в числе прочей родни в обязательном порядке приходит этот самый президент (премьер, спикер, сенатор, депутат и т.д.), и двоюродные-троюродные дядюшки и тетушки, хватив алкоголя на празднике, непременно подсядут к статусному племянничку и спросят его: ну вот ты президент (премьер, спикер, сенатор...), а нам-то что с того?
Что мы получаем от того, что эту должность занимаешь именно ты, а не грек из соседней Суворовки?
Он: а что я могу? Они ему: ну вот есть Расул, он как раз институт заканчивает, иди к нам, Расул (а Расул там же, на торжествах), он хороший, послушный; у тебя там место начальника департамента свободное...
Какой бы ни был кристально честный карачаевец (черкес, абазин, ногаец, даже русский из местных) - нет у него в этой ситуации способа сказать «я объявлю открытый конкурс и отберу самого способного».
А если вдруг есть, он тогда не то что не свой, он - предатель.
В контекстеЧем для Кремля ценен Кадыров? Кадыров – вассал, его сфера влияния – Чечня и весь Северный Кавказ. У него есть определенные обязательства, например, обеспечивать лояльность Кремлю населения республики и почти 100-процентное положительное голосование...
А что такое тогда государство? И все эти должности - газовые, дорожные, налоговые, прокурорские, партийные etc.? В этой картине мира - не более чем ключи абонентского доступа к ресурсам, которые надо сначала взять, а потом уже перераспределить внутри себя - не по дурацким правилам системы, а по многовековым, устоявшимся и почти священным правилам рода.
Государству с его правилами - 25 лет; этносу и его культуре - от тысячи до пяти, в зависимости от самомнения.
Понятно же, чьи правила правильнее.
И в этой логике - глазами местных - Арашуковы, при всем тянущемся за ними кровавом шлейфе – это не какие-то там жулики, а очень даже важные и полезные медиаторы. Взять деньги из системы, с ее дурацкими, мутными и беспонтовыми правилами, и сделать на них что-нибудь действительно хорошее - мечеть построить, праздник организовать, школу или больницу в ауле (своём, а не карачаевском, это важно!) отремонтировать и т.д.
При этом - характерная деталь - из пяти жертв заказных убийств нет ни одного не-черкеса: только соплеменники.
Потому что «закажи» они карачаевца или ногайца - была бы кровавая межнациональная война, а свои - ну, мешали им в борьбе за лидерство, как-нибудь внутри себя можно и порешать (и решали ведь!)
И очень большая ошибка валить все на пресловутую «кавказскую специфику». Отличие русских регионов в том, что роль «сообществ крови» как альтернативной институции менее значительна, но их роль с успехом выполняют «сообщества опыта» - всевозможные «бывшие сослуживцы», «земляки», «партнеры по спортивной секции» и т.п.формата «в одном дворе росли».
Достаточно посмотреть, сколько в сегодняшней элите какого-нибудь Томска «стрежевских», или Самары - «гребцов», список территорий и групп сами можете продолжать.
Короче, deep state по-российски это вот оно и есть. Сообщества крови, сообщества веры, сообщества опыта.
Это то, в частности, почему на вдруг ставшее вакантным место главы Ростуризма никогда не назначат никого из «Лидеров России», будь он хоть семи пядей во лбу: в системе координат нашего deep state он никто.
Собственно, лох - это тот, у кого нет своей стаи.
Это ты, блогер.
* * *
Алексей Чадаев
«Facebook»