Методы лечения и вакцины еще появятся, но не раньше, чем через несколько месяцев. До того времени политики должны будут работать с некоторыми основополагающими вещами.
Через несколько дней общее число зафиксированных смертей от covid-19 преодолеет отметку в один миллион. Возможно, к этому следует добавить еще миллион неучтенных случаев.
Девять месяцев назад, в начальный период распространения пандемии коронавируса, количество заражений, зарегистрированных Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ), очень медленно увеличивалось, но в течение семи дней перед 20 сентября это количество впервые превысило 2 миллиона. Коронавирус активно распространяется в развивающемся мире. В Индии фиксируется свыше 90 тысяч заражений в день. Некоторые европейские страны, которые полагали, что уже смогли справиться с этим заболеванием, ощутили на себе удар второй волны. В Америке официальное количество смертей превысило на этой неделе отметку в 200 тысяч, а еженедельное количество заражений увеличивается в 26 штатах.
Приведенные цифры свидетельствуют о масштабной трагедии. Примерно 1% выживших получают долговременные осложнения, в числе которых упадок сил и покрытые рубцами легкие. Особенно в развивающихся странах ситуация усугубляется из-за бедности и голода. Северные зимы заставят людей больше находиться дома, тогда как эта болезнь более активно распространяется на открытом воздухе. Сезонная простуда может стать дополнительной нагрузкой на систему здравоохранения.
На фоне подобных мрачных данных следует помнить о трех вещах. В статистике содержатся как хорошие новости, так и плохие. Применяемые методы лечения и лекарства делают covid-19 менее смертоносным заболеванием: новые вакцины и лекарства тоже начнут оказывать влияние на ситуацию. А общество сегодня имеет в своем распоряжении инструменты для того, чтобы контролировать эту болезнь. Но именно здесь, на базисном уровне системы здравоохранения, слишком многие правительства все еще не способны должным образом защитить своих людей. Covid-19 будет представлять угрозу в течение нескольких месяцев, или, возможно, нескольких лет. Правительства должны сделать свою работу более эффективной.
Начнем с цифровых показателей. Увеличение количества положительных тестов в Европе отражает реальную ситуацию, однако подобный глобальный эффект является артефактом дополнительного тестирования, и в результате добавляется то количество заражений, которые в противном случае остались бы неучтенными. Как отмечается в разделе Briefing этого номера журнала Economist, наше моделирование свидетельствует о том, что общее количество реальных заболеваний значительно сократилось после пика в 5 миллионов в день, который был зафиксирован в мае. Дополнительное тестирование, в частности, создает впечатление, что коэффициент смертности сокращается. Кроме того, в таких странах как Индия, где средний возраст составляет 28 лет, фиксируется меньше летальных случаев, поскольку этот вирус легче переносится молодыми людьми, чем пожилыми.
Снижение смертности также является отражением медицинского прогресса. Врачи сегодня понимают, что помимо легких уязвимы такие органы, как сердце и почки, и поэтому начинают лечение при раннем появлении соответствующих симптомов. В британских отделениях интенсивной терапии 90% пациентов находились на искусственной вентиляции легких в самом начале пандемии, тогда как в июне их стало всего 30%. Лекарственные препараты, в том числе дексаметазон (dexamethasone), дешевый стероид, сокращает количество смертей среди тяжелых больных на 20-30%. Показатель смертности в Европе сегодня на 90% ниже, чем весной, однако этот разрыв будет сокращаться по мере повторного роста числа зараженных среди уязвимых групп населения.
Следует ожидать большего прогресса в области лечения. Моноклональные антитела (Monoclonal antibodies), нейтрализующие коронавирус, могут появиться уже в конце нынешнего года. Хотя это дорогой препарат, он обещает быть эффективным при заражении, а также может быть использован в профилактических целях среди групп высокого риска. Вакцины, конечно же, появятся, и, возможно, уже скоро. Поскольку различные лекарственные препараты имеют различную терапевтическую направленность, их применение может иметь кумулятивный эффект.
Однако даже в лучшем из всех возможных вариантов пандемия коронавируса продолжит оставаться частью повседневной жизни в течение нескольких месяцев 2021 года. Даже если вакцина появится, никто не ожидает, что она будет на 100% эффективной. Ее защита может быть временной или слабой для пожилых людей, у которых иммунная система является менее отзывчивой. Процесс создания, а затем и использования миллионов доз вакцины займет большую часть следующего года. Первые вакцины, вероятно, потребуют проведение двух инъекций, а еще нужно будет создать сложную «холодильную цепочку» (cold chains) для того, чтобы она не портилась. Могут возникнуть проблемы с поставками медицинского стекла. Могут также возникнуть конфликты по поводу того, кто получит первым вакцину, и в результате очаги инфекции сохранятся среди тех, кто не смог проделать себе локтями путь в начало очереди. Проведенные в нескольких странах опросы показывают, что четвертая часть взрослых людей (в том числе половина россиян) могут отказаться от вакцинирования — еще одна причина того, что это заболевание может продолжить свое распространение.
Поэтому в обозримом будущем первая линия обороны против covid-19 будет по-прежнему состоять из тестирования и установление контактов (tracing), социального дистанцирования и четко выраженной политики государства. Ни для кого не секрет, что все это означает. Однако такие страны, как Америка, Британия, Израиль и Испания, продолжают катастрофически неверно оценивать ситуацию.
Одна из проблем — это желание избежать компромисса между тем, чтобы запереть людей в четырех стенах, и тем, чтобы ничего не закрывать для того, чтобы жизнь продолжалась. Правые нахваливают Швецию за то, что она, судя по всему, позволила этому вируса дозреть до конца, и при этом приоритетами оставались экономика и отсутствие ограничений. Однако коэффициент смертности в Швеции составляет 58,1 на 100 тысяч человек, а ее ВВП только во втором квартале нынешнего года сократился на 8,3%, и эти показатели хуже, чем в Дании, Финляндии и Норвегии. Левые превозносят Новую Зеландию, в которой все было закрыто, чтобы сберечь жизни людей. Индекс смертности там составляет всего 0,5 на 100 тысяч человек, однако во втором квартале экономика сократилась на 12,2%. Тайвань, напротив, оставался более открытым, однако индекс смертности там составил 0,03 на 100 тысяч человек, а ВВП сократился всего на 1,4%.
Полная самоизоляция, как это происходит в настоящее время в Израиле, является свидетельством того, что избранная ранее политика оказалась провальной. Однако подобного рода меры обходятся дорого, и устойчивыми их назвать нельзя. Такие страны, как Германия, Южная Корея и Тайвань, использовали хорошо продуманные варианты тестирования и установления контактов для того, чтобы определить главные очаги распространения коронавируса, а для замедления его распространения вводился карантин. В Германии выяснилось, что эти очаги находились на скотобойнях, тогда как в Южной Корее появление вспышек было предотвращено за счет введения ограничений в барах и в церквях. Если тестирование внедряется медленно, как это происходит во Франции, то все усилия будут обречены на провал. Если данные относительно контактов не вызывают доверия, как это происходит в Израиле, где подобного рода работа досталась разведывательным службам, люди будут избегать обнаружения.
Правительства должны определить те компромиссы, которые имеют наибольший экономический и социальный смысл. Маски дешевы и удобны, и они работают. Открытие школ, как в Дании и в Германии, должно стать приоритетом; открытие таких шумных и неуправляемых заведений, как бары, напротив, в приоритете стоять не должно. Те правительства, которые, как и британское, публикуют все новые и отличающиеся друг от друга указания, сводимые на нет безнаказанностью их собственных чиновников, обнаружат, что мало кто выполняет их инструкции. А есть еще Британская Колумбия, где сформулированы определенные принципы, а также предлагается отдельным людям, школам и предприятиям разработать свои собственные планы для их реализации, и там такого рода усилия можно будет поддерживать в течение многих месяцев.
Когда началась эпидемия коронавируса, правительства были застигнуты врасплох и стали применять экстренное торможение. Сегодня у них уже нет такого оправдания. В своем стремлении к нормальной жизни Испания отодвинула на второй план бдительность. В Британии не работает тестирование, но,тем не менее количество заражений с июля увеличивается. Американский Центр по контролю и профилактике заболеваний (Centres for Disease Control and Prevention), который раньше считался наиболее уважаемой организаций в области здравоохранения, сегодня совершает много ошибок, плохо управляется и подвергается нападкам со стороны президента. Израильские лидеры стали жертвой собственного высокомерия и внутренней борьбы. Пандемия коронавируса еще весьма далека от завершения. Постепенно она будет слабеть, однако правительства должны взять под контроль этот процесс.
* * *
Редакция
«ИноСМИ»
«Economist»