И откупиться от них не получится
О Боже! Я, раненый насмерть, играл,
Гладиатора смерть представляя.
(Г. Гейне)
Наверняка они считают себя очень хитрыми и умными, сокращенно – хитроумными.
Лучше всех смотрится, конечно, Нэнси Пелоси, фигурка – для ее возраста… дай Бог каждому на пасху.
Вся прочая демократоаристократия просто исчезла, выцвела на ее фоне, неспортивные какие-то, заметно, что такая поза им стоит физических усилий. Чего же ради так стараются?
В контексте«Выставить Трампа из Белого дома, а дальше посмотрим» В случае чернокожей Америки мы часто видим реакцию, которая имеет тенденцию не различать плохих и хороших. Прежде всего это свой, его надо защитить, а потом уже — плохой или хороший.
Официальная версия: солидарность выражают с невинно убиенным обдолбанным гопником, то бишь с правом беспрепятственно унижать белых за перенесенные в прошлом от них унижения. Полуофициальная (непроизносимая, но не секретная): предвыборный трюк, чтоб перетянуть черных на свою сторону, а белых убедить, что Трамп не в силах навести порядок и прекратить погромы.
Вот и все, никакого другого значения этой сцене участники ее не придают, но, по-моему, совершенно зря.
Эта комедия вполне может обернуться трагедией и для участников, и для тех, кто имеет наивность воспринимать ее всерьез.
Подсказкой послужит заметка о заявлении представительницы славной когорты борцунов Black Lives Matter из Торонто, что меланин, темный пигмент кожи, дает черным интеллектуальное и физическое превосходство над белыми, так что белые, строго говоря, недочеловеки. Знакомый термин, правда? Но что он означает на самом деле?
Вспомним, что библией Гитлера были знаменитые «Протоколы сионских мудрецов», т.е. он действительно верил, что евреи выиграли все войны, подчинили себе все правительства, завладели всеми науками и даже наглядное обучение в школах выдумали тоже они. Такое всемогущество недочеловекам свойственно быть не может, напротив, оно есть свойство сверхчеловеческое. Где же тут логика?
Логика у Гитлера (кстати, такая же и у Достоевского!) заковыристая: фактически евреи – сверхчеловеки, но это – неправильно.
Изначально при сотворении мира для этой должности предназначены были мы (немцы или, соответственно, русские), потому что у нас правильный угол черепа, или правильная вера, или этот… как его… меланин (ах, пардон, это уже Black Lives Matter). «Недочеловек» – не данность, но проект, место, на которое надлежит низвести того, кто возмутительным образом занимает мое исконное место сверхчеловека, иными словами – декларация о соперничестве, в какой-то мере объявление войны.
Знают ли о таких идеях коленопреклоненные демократы? Им, правда, в голову не приходит, что с ними можно (хотя бы мысленно) обращаться как с какими-то евреями, но… я бы не стала выдавать именно антисемитам патент на изобретение исторического, расового, классового и какого угодно «права» на то заманчивое, чем владеет другой.
Вспомните хотя бы про карго-культы. К чести их адептов надо признать, что завидовали они по крайней мере реальному, а не вымышленному превосходству.
Карго-культ, или культ самолетопоклонников, связан с распространенной в примитивных племенах верой в магическую сущность самолетов и грузов, которые они доставляют. Расцвет своеобразной религии пришелся на Вторую мировую войну. Японцы, а после союзники вели активные боевые действия в этом регионе, строили военные базы и буквально закидывали острова грузами, которые спускались с неба на белых парашютах и шокировали не видевших ничего подобного туземцев. Солдаты удивляли местное население зажигалками Zippo, фабричной одеждой, оружием, медикаментами, алкоголем.
Само собой, у аборигенов было довольно смутное представление о современном производстве, поэтому объяснение у них было одно: контейнеры в небе — это дары богов и духов, потому что ни у одного человека, конечно, не хватит могущества создать подобные чудеса. Белые люди, по мнению дикарей, просто научились приманивать и перехватывать послания, которые на самом деле предназначались местным жителям. Делали они это с помощью специальных ритуалов: люди шли друг за другом, крича что-то непонятное, размахивали яркими флажками и зажигали фонари вдоль длинных дорог, по которым взлетали и садились металлические птицы.
В контекстеКрасные и черные Знакомьтесь — вот он, новый пролетарий. Пролетарий в самом что ни на есть исходном (древнеримском) смысле этого слова: потомственный бездельник, живущий на государственном пособии.
Обратите внимание: открывая Достоевского, или Гитлера, или записанные этнографами декларации туземцев с островов Тихого океана, мы слышим голос только одной стороны – стороны завистника. Мнение того, кому он завидует, остается за кадром.
Известно, что белые всяко пытались туземцев разубедить, даже на какие-то заводы в Австралию их возили, но безуспешно.
Евреи столь же безуспешно что-то антисемитам доказывают, случаются, правда, среди нашего брата отто вейнингеры и шломо занды, но в еврейской среде авторитетом они не пользуются и убедить никого не могут, кроме антисемитов, что убеждены и без них.
У вышеупомянутой борцуньи из Торонто ситуация принципиально иная.
Она с полным основанием может опираться на признания самих белых: все их достижения в технике и экономике – результат ограбления и эксплуатации черных, за что они и обязуются платить последним пожизненную дань. Белые сами объявляют себя «не по праву сверхчеловеками», т. е. потенциальными «недочеловеками», и не на что тут обижаться.
Что за чертовщина? Того, кто, побуждаемый завистью, утверждает, что дважды два – стеариновая свечка, понять не трудно, хотя и противно, но как понять того, кто, став объектом зависти, с готовностью подтверждает заведомую ахинею, которая к тому же смертельно опасна для него самого?
Вероятно, наиболее убедительно эта психологическая позиция представлена у Айн Рэнд, «Атлант расправил плечи».
Миллионер Джим Таггарт женится на нищей продавщице из захудалой лавчонки, и привлекла она его отнюдь не красотой или сексапильностью, но исключительно тем, что с раскрытым ртом внимает его рассказам о собственной значимости и жалобам на бездушное окружение, не понимающее его мятущуюся душу.
Таггарт доволен, покуда она продолжает верить ему, а все газеты трубят об его открытости и демократичности, покуда на светских раутах он выступает в роли защитника и покровителя «выскочки», не имеющей ни вкуса, ни манер, которую с наслаждением травят благовоспитанные дамы.
Но… «золушка» вопреки ожиданиям с энтузиазмом принимается за нелегкое обучение, и в конце концов ее-таки принимают как равную, сплетницы замолкают, газетчики теряют интерес, зато у нее появляются собственные представления о рассказываемых им баснях. Таггарт… разочарован.
Она-то, прилагая отчаянные усилия, старалась глубже понять его ситуацию, не позорить его, стать достойной статуса жены миллионера, а он-то рассчитывал на то, что несоответствие этому статусу сделает ее навеки зависимой от его покровительства.
Зависимой не просто материально – Таггарт не скуп, супруга его не расточительна, а жизнь за счет мужа по тем временам норма – но психологически. Что не только и не столько деньгами, но прежде всего достоинством, самоуважением обязана она будет ему одному, что будет всю жизнь смотреть ему в рот, тем самым, в свою очередь, поддерживая его самоуважение, подорванное профнепригодностью – он-то знает, что на самом деле неспособен управлять железной дорогой, что все делает и решает его сестра, которую от за это от всей души ненавидит.
В контекстеСтрана потерянных кроссовок Полицейские, подчинённые левым мэрам городов, превратились, на фоне проходивших грабежей и погромов, в приведения. В том же состоянии оказалась Национальная гвардия, находящаяся в распоряжении левых губернаторов штатов.
Айн Рэнд совершенно точно указывает на опасность, какую представляют для Америки люди типа Джима Таггарта:
будучи сами бездельниками и бездарями, они изо всех сил стараются умножать число бездельников, зависящих от их подачек, ожидая от них поддержки своему пошатнувшемуся самоуважению.
Именно таких людей автоматически возносит наверх всякая бюрократическая система – от «глубинного государства» до громадных международных корпораций и «неправительственных организаций» на бюджетном корму.
Ни одной из составляющих ныне Америку этнических групп галушки сами в рот не прыгали. Еще прежде чернокожих рабами были ирландцы, много написано о том, как начинали итальянцы или евреи, о китайцах в Сан-Франциско Игорь Юдович пишет:
Реальная жизнь китайских общин в 1860-1920 годах мало чем отличалась от жизни рабов в южных штатах до Гражданской войны. Китайцы не могли стать гражданами США, не могли выступать свидетелями в суде, не могли жениться на белой женщине. В СФ им не разрешалось жить за пределами Чайнатауна – закон был отменен только в 1914 году. Большинство рабочих профессий, практически все, где существовали профсоюзы, были недоступны.
И тем не менее, все они к моменту «забюрокрачивания» общества уже выплыли, утвердились, нашли свою «экологическую нишу» в стране. Проблематичной осталась только ситуация чернокожих и новоприбывающих южноамериканцев. Вот в них-то и надеются наши джимы таггарты обрести свою суженую – королеву нищенской лавчонки, что будет вечно зависеть от их милости и собачьими глазами смотреть им в рот.
Денег – не своих, конечно, – налоговых – им на это не жалко: пенсию пожизненную за правильный цвет кожи, аттестат при полной безграмотности, дипломы, диссертации и профессорские оклады на специально изобретенных кафедрах заборостроительно-арбузолитейных наук, квоты и процентные нормы от правительства до кафе-мороженного.
А теоретическая база, что подводится под все эти халявные чудеса – неоплатный долг за красивую жизнь, которую белые себе якобы построили за счет черных.
В контекстеОбыкновенный антифашизм Пока сложно сказать, как нынешние погромы повлияют на мнение американских избирателей. Вероятно, они испугают людей и оттолкнут от демократов, но, может статься что они создадут обратный эффект, распространяя ощущение, что стоит уступить...
Такую вот благостную картинку рисуют они, раздавая халяву за чужой счет и красиво опускаясь на колени. Им и в голову не приходит, что черные их не глупее и прекрасно просекли смысл этой игры, где им уготована роль объекта для проявления высокоморальности белых господ, стремящихся понадежней возвыситься в собственных глазах. Какова же их реакция?
Некоторые идут по пути миссис Таггарт: незаурядные способности плюс отчаянные усилия помогают им из объекта стать субъектом, не нуждающимся в чьей-то благотворительности, но путь этот не из легких, а человек – что белый, что черный – в большинстве своем скотина довольно-таки ленивая, а тут – такая возможность на грош пятаков купить, странно было бы, если бы никто не воспользовался.
Слово «недочеловеки» прозвучало, и последствия нам знакомы. И кстати, понимаете ли вы теперь, почему они упрекают евреев в «двойной белой привилегии»?
Если они завидуют белым, а белые сами евреям завидуют, то… все логично.
Логично и поведение ассимилированных евреев Америки – духовных (а то и биологических) потомков немецких евреев тридцатых годов, примерно также (не)реагировавших на нацизм.
И все эти белые – от Нэнси Пелоси до хозяев Гугла и Фейсбука – не могут вместить того, что на словах декларируют 24 часа в сутки: черные на самом деле такие же люди, и мозги у них могут работать с тем же самым опасным уклоном.
И откупиться от них не получится, ибо тот, от кого систематически откупаются, постоянно повышает цену и, в конце концов, просто забирает все.
И на демографическое превосходство тем более рассчитывать не стоит, в параллель прекращая рожать детей.
Ну, про Нэнси-то все понятно, ее и иже с ней интересуют прежде всего близящиеся выборы, ну еще перспектива судебных процессов над ворами из клана Клинтонов, по максимуму – (не)удобства для бюрократии «глубинного государства», все, что вне этих рамок, их занимает не более, чем жизнь на Марсе.
Удобства и даже физическое существование «полезных идиотиков», равно как и будущее США, кругом их интересов не охватываются, не укладывается в умной их голове, что это, собственно, и есть не чье-то, а их собственное будущее, и на колени поставят их не понарошке уже, а всерьез.
* * *
Элла Грайфер
«Живой журнал»