Что это было
Золото, потраченное на украшение гроба, проплывшего среди рыдающих толп по американским городам, не будет потрачено зря, если станет дополнительным поводом задуматься: Что это было? Откуда это? К чему это приведет?
Кто не успел, тот опоздал
В контекстеСтрана потерянных кроссовок Полицейские, подчинённые левым мэрам городов, превратились, на фоне проходивших грабежей и погромов, в приведения. В том же состоянии оказалась Национальная гвардия, находящаяся в распоряжении левых губернаторов штатов.
Пролетарскую революцию в передовых, промышленно развитых странах Западной Европы, о которой так мечтали коммунисты, надо было устраивать раньше. Гораздо раньше. Самое позднее — лет за десять до написания «Манифеста».
В те голодные времена новорожденный капитализм, охваченный лихорадкой первоначального накопления, не мог создавать высокооплачиваемые рабочие места.
Да и низкооплачиваемых не хватало на всю ту толпу разорившихся / разорённых крестьян, которые безнадежно толпились у закопченных фабричных ворот.
Счастливчиком считался тот, кому представилась возможность работать по 12 часов за миску еды (впрочем, и в этой милости многим было отказано — погуглите «восстание Национальных мастерских 1848 года в Париже»).
В те баснословные (для коммунистов) времена понятия «рабочий» и «пролетарий» — абсолютно несовместимые по своему исходного смыслу — парадоксальным образом слились и обозначали одного и того же человека. Вот тут-то и надо было ловить момент! Но не срослось. Не будем отвлекаться на осуждение вопроса — почему. Не смогли. Не успели. Пытались, но не получилось.
Последняя отчаянная попытка была предпринята в 1918-19 годах, когда на фоне нищеты и всеобщего озверения, вызванного многолетней кровопролитной войной, в Западной Европе заискрило. Конкретно так заискрило (Бавария, Венгрия, Финляндия — впрочем, последнюю в те годы трудно отнести к разряду «передовых»), но и на этот раз «красные» проиграли.
Всё дальнейшее было отчаянной попыткой запрыгнуть в давно ушедший поезд.
Курица в холодильнике и бюджетный «Фордик» во дворе собственного домика окончательно и бесповоротно развели понятия «рабочий» и «пролетарий».
Во второй половине XX-го века европейские компартии превратились в ходячий анекдот, а после прекращения финансовой подпитки из Москвы и вовсе обратились в пустое место.
Новые пролетарии
В контекстеБудьте готовы! А вот теперь те, кто поставил НАШУ страну «на уши» год назад, смотрят по ящику на то, что происходит ТАМ, и учатся: «делай с нами, делай как мы, делай лучше нас!» И я не сомневаюсь, что сделают.
И вот тогда, когда последняя надежда ушла из сердца последнего борца за диктатуру пролетариата, учение Маркса доказало, что оно всесильно. Потому что верно. Как и обещали классики, «капитализм сам выковал своего могильщика». Правда, выглядит он как-то не так…
Это не мускулистый рабочий, 2-метрового роста, с квадратной челюстью, озаренной пламенем доменной печи. Нынче — это сутулый задрот с пачкой чипсов в одной руке, банкой пива в другой (для США — скорее с «косяком» в зубах), навсегда прилипший к продавленному дивану перед телевизором.
Знакомьтесь — вот он, новый пролетарий. Пролетарий в самом что ни на есть исходном (древнеримском) смысле этого слова: потомственный бездельник, живущий на государственном пособии.
Работать ему и негде, и неохота, а государству проще платить ему ежемесячную подачку, нежели наставлять «на путь истинный». Их много, а будет еще больше. Их и не может не быть в обществе, где 2 человека, занятых в агро-промышленном секторе, способны прокормить 98 едоков.
Все мы знаем имена ученых товарищей Маркса, Энгельса, Ленина, Троцкого… Кажется, никто не знает имени политтехнолога, который первым догадался объединить две фундаментальные идеи:
а) «Один человек — один голос»
б) «Один ящик — двадцать бутылок»
Действующие правила эксплуатации избирательной урны таковы, что голос главного конструктора «Боинга» и голос спившегося бомжа имеют одинаковый вес. Вес-то одинаковый, но цена — разная!
Чтобы убедить главного конструктора поставить «галочку» в желаемой (для убеждающего) графе избирательного бюллетеня, надо много-много говорить, так и этого будет мало — надо еще что-нибудь хорошее для всей страны сделать.
20 голосов 20 бомжей покупаются за 1 ящик водки.
И это еще не всё! Современное социальное государство устроено так, что саморазрушение может быть поставлено на самофинансирование: «левые», прорвавшись в парламент, голосуют за увеличение налогов на работающих и пособий для пролетариев; пролетарии в восторге голосуют за «левых», те увеличивают своё представительство в парламенте и проводят новое увеличение налогов и пособий…
И так до финальной точки, до победы на выборах новых коммунистов по старой, печально известной формуле: «Один человек, один голос, последний раз».
Пациент может проснуться
Также по теме«Spletnik» Лос-анджелесский бунт в 1992 году: погромы и «черная революция» в США «Big Picture» Лос-Анджелесский бунт: как происходило самое разрушительное восстание в истории США
«Красные», безнадежно приунывшие после распада СССРовской кормушки, встрепенулись, как пробудившийся орел. «Наше время пришло!» TheTimeIsNow. Не поленитесь, посмотрите этот агитационный ролик Бёрни Сандерса. До последней секунды. Включите громкость на максимум — это же митинг. Прочувствуйте… Их время пришло.
Казалось бы, игра беспроигрышная. Без единого выстрела, не вставая с дивана, новые пролетарии занесут «красных» к вершинам власти. Ни один политик ни в одной стране евро-атлантического мира не осмелится поставить принцип «один человек — один голос» под сомнение. Эта корова священная и неприкосновенная.
Пролетарская же масса в обществе неуклонно нарастает — как в результате общего роста производительности труда, так и в следствие выноса реального производства в страны «третьего мира».
И все же, всё же, всё же… Червячок страха и сомнения гложет душу: «А вдруг они опомнятся?» Корова-коровой, но люди, оказавшиеся на необитаемом острове, скорее съедят священную корову, нежели согласятся помереть с голода или жрать друг друга…
И тут-то «красные» вводят в бой Резерв Главного командования — черных.
Why Blacks Matter
В контекстеДонбасс в Нью-Йорке Что страшного в том, чтобы громить лавки и бить копов кирпичами, а если, не дай бог, коп в ответ наставит на тебя пистолет — то мэр Нью-Йорка немедленно потребует копа уволить? И дочка мэра — среди протестующих. Если это протест против системы, то что же тогда система?
Негры в США — это гораздо больше, нежели крепко подсевший на бюджетную халяву электорат, готовый голосовать за рост налогов и пособий. Негритянская община США — разумеется, не вся поголовно, но её значительная часть — это силовой резерв «красных». Их готовят к тому, к чему сто лет назад в Германии «коричневые» весьма успешно подготовили свои «штурмовые отряды».
Разумеется, не цвет кожи делает человека наркоманом и бандитом. Готовность громить, поджигать и даже убивать возникает не сама собой. За всем этим стоит огромная работа: многолетняя дрессировка белых, многолетняя дрессировка черных.
Одним прививают чувство «вечной вины» и «неоплатного долга» перед теми, на кого покажут СМИ, практически полностью захваченные «левыми».
Другим прививают инстинкты вечно обиженного, злобного люмпена.
Из великого множества примеров дрессировки приведем один, свежий и весьма примечательный. Журналист Е.М. Альбац рассказывает о том, как в Дни Великой Скорби по убиенному Флойду она посетила митинг прогрессивных анти-расистов. Цитирую слово в слово:
«Ведущий довольно резко, напористо сказал: «Белые мужчины, подойдите сюда». И те белые мужчины среди протестующих, которые были, все пришли туда. И он обратился к ним и сказал: «Вы любите чернокожих американцев?» И те ответили дружно: «Да». И он сказал: «А теперь скажите это вслух: «Мы любим чернокожих американцев». И я смотрела и сфотографировала этих людей, я это все опубликую на сайте журнала «The New Times». И у многих ребят там, мужиков, слезы были на глазах».
Главная прелесть этой истории — место действия. Детройт.
Город, когда-то бывший символом индустриальной мощи Америки, ныне превращенный в уголок Зимбабве на американской земле:
самая высокая безработица, самый высокий процент семей живущих за чертой бедности, число убийств на 1000 чел. населения в десять раз выше, чем в беспокойном Нью-Йорке, 30 тысяч пустующих домов, поголовная наркомания. 83% населения сегодняшнего Детройта — негры; из
1,6 млн. белого населения за последние 30 лет уехало 1,4 млн.
Евгения Марковна в своих чувствах не одинока. В XXI-м веке американский университет превращается в университет XIII-го века, где главными дисциплинами были богословие и схоластика. Дискуссия неуместна. «Мы в вечном долгу перед этими бедными людьми».
Это догмат веры. Всякий, кто посмеет усомниться в нем, получает ярлык «расист», а на это слово положено реагировать так, как в средневековой Европе реагировали на слово «еретик»; да, пока еще не сжигают, но увольнение без шансов вернуться в академическую среду гарантировано.
Единого бога нет, но есть святые великомученики. Сегодня это Джордж Флойд. До него был Родни Кинг.
Парень коротал время своего условно-досрочного освобождения после совершенного ранее грабежа. 3 марта 1992 год, разогревшись алкоголем и наркотиками, Родни с ветерком (188 км/час) прокатился по Лос-Анжелесу, игнорируя сигналы светофора.
При задержании оказал буйное сопротивление полиции. Суд рассмотрел действия полицейских и признал их правомерными.
Негритянскую общину (включая темнокожего мэра прекрасного Города Ангелов) приговор суда возмутил. Правды ради отметим, что к погрому быстро присоединилось криминальное «дно» самых разных оттенков цвета кожи. Результат: 63 убитых, 2.383 раненых, разграблено порядка 5 тыс. коммерческих помещений, похищено 1150 ед. огнестрельного оружия, общий ущерб городу оценивался в 1 млрд. долларов.
Родни Кинг получил — нет, не новый срок, а компенсацию в размере 3,8 млн. долларов; на эти деньги он купил шикарный дом с бассейном, в котором и утонул, находясь в состоянии наркотического опьянения.
Этот текст был написан 10 июня 2020 года. За день до этого городской совет Миннеаполиса — города, охваченного массовыми беспорядками — принял решение о роспуске департамента полиции.
11 июня в Сиэтле, при полном попустительстве контролируемых Демпартией властей города и штата, начался полноценный мятеж.
Революция на марше. Исход противостояния зависит от того, как скоро «белые» (во всех возможных смыслах этого слова) поймут цену вопроса.
* * *
Марк Солонин
«Радио “Эхо Москвы”»