Кого-кого? Ах, этого…
Иерусалим. (Фото: «Nautilus»)
По юридическому заявлению, поданному Роненом Баром в Высший суд справедливости в связи с иском, оспаривающим законность его увольнения с поста директора Общей службы безопасности (ШАБАК), можно с достаточным основанием судить о мотивах, которыми Бар руководствовался в роковую ночь с 6 на 7 октября 2023 года.
В контекстеБар: «Я узнал о нападении ХАМАСа в 3:03» Всю ночь Бар действовал вопреки данным, вопреки процедурам, несмотря на всё растущее понимание, что приближается мега-атака. Если бы убили всего 80 человек — это был бы беспрецедентный провал. Но в ночь 7 октября случилось нечто совсем иное. Случилась катастрофа.
По собственному признанию Бара, подключение израильских сим-карт, находившихся в распоряжении многих полевых командиров ХАМАСа, было расценено им в ряду «неординарных, но неоднозначных признаков», указывавших на непосредственную подготовку террористической атаки, частью которой станет проникновение сил ХАМАСа на территорию Израиля. Пусть появившиеся тогда признаки будут «неоднозначными», Бару виднее.
Отметим, однако, что директор ШАБАКа ставит себе в заслугу то, что уже с появлением этих признаков, «в ранние ночные часы и даже раньше», он разбудил «всю систему».
Что именно Бар подразумевает под «всей системой»? По всей видимости, на раннем этапе это был только ШАБАК. Во всяком случае, «вся система» не включала тогда командира 143-й территориальной дивизии АОИ, несущей службу по охране пограничного периметра сектора Газы, разведотдел штаба этой дивизии и разведку Южного военного округа.
Данный вывод следует из того, что об их телефонном оповещении относительно «неординарных признаков» происходящего в Газе Бар, согласно его заявлению, распорядился в 23.00, то есть никак не «в начале ночи» с 6 на 7 октября и, тем более, не «даже раньше».
Что именно, кем из заместителей Бара и в каких выражениях было доведено до сведения вышеупомянутых армейских инстанций? Этого мы из заявления Бара не узнаем.
Какой реакции от военных требовало произведенное за час до полуночи оповещение? Очевидно, никакой, разве что «проявляйте бдительность», и об этом мы можем судить по тому, что никакой реакции с их стороны не последовало. Люди себе не враги, и если бы полученное предупреждение требовало от командования 143-й дивизии поднять по тревоге вверенные ему силы, это было бы сделано хотя бы из общих соображений, именуемых на иврите словом «кистýах» (акроним выражения, означающего «необходимость прикрыть свою задницу»).
В 1.33 Бар исходил из того, что ХАМАС вероятно готовит «точечный рейдовый теракт». Полтора часа спустя, в 3.03, ШАБАК разослал предупреждение о «возможном наличии у ХАМАСа наступательных намерений», однако сам Бар признает, что степень серьезности данной угрозы недооценивалась ШАБАКом (то есть им самим в первую очередь).
Возможно, именно этим объясняется отсутствие практической реакции в ЮВО и в 143-й дивизии на разосланное в 3.03 предупреждение. Зная о воспоследовавшем, мы хотели бы, чтобы военные предприняли тогда чрезвычайные меры, несмотря на успокоительный тон предупреждений ШАБАКа, чтобы они «поднялись над собой» и додумали за Бара то, чего тот не захотел или не оказался способен увидеть, но такое случается далеко не всегда. В нашем случае нужных для этого людей в АОИ не нашлось.
В контекстеСтул недоверия И все это будет происходить на глазах у всего народа. Теракты один за другим, люди гибнут, а Ронен Бар с пафосом твердит, что, держась за кресло, спасает демократию. Интересно, сколько времени он согласится исполнять роль шута?
В 4.30 уже и сам Бар созывает в своей канцелярии срочное совещание, участниками которого признаки производимых в Газе приготовлений рассматриваются «в связи с другими [вероятными] театрами военных действий… в случае скатывания к широкой эскалации». Это уже не «точечный рейдовый теракт», но Бар по-прежнему не пытается отыскать начальника военной разведки.
Информация, переданная часом раньше начальнику Генерального штаба (об этом мы знаем не из юридического заявления Бара, а из иных источников) не создала у НГШ впечатления о готовящемся крупномасштабном вторжении террористических сил, и если сам Бар уже допускал к 4.30 такую возможность, Герци Халеви, кажется, не был оповещен о его новых тревогах.
Но когда же директор ШАБАКа, теперь уже всерьез допускавший, что дело идет к широкомасштабной военной конфронтации на нескольких ТВД, проинформирует о происходящем главу правительства, своего непосредственного начальника?
Кого-кого? Ах, этого… «В 5.15, в числе прочих отданных мною распоряжений, я распорядился поставить в известность военного секретаря премьер-министра».
Бар не сообщает, кому именно было отдано, «в числе прочих», это распоряжение и каков был его характер. Требовало ли оно срочно проинформировать о происходящем главу правительства? Насколько драматичную оценку сложившейся ситуации следовало довести до его сведения? Складывается впечатление, что Ави Гиль, занимавший в то время пост военного секретаря премьер-министра, получил сообщение, в котором все еще говорилось о «неординарных, но неоднозначных признаках». Так или иначе, об атаке ХАМАСа – не о признаках ее подготовки, а уже о начавшейся атаке – Нетаниягу был проинформирован лишь в 6.29, когда под прикрытием беспрерывных ракетных ударов израильская граница с сектором Газы была атакована во многих местах.
В поведении директора ШАБАКа кто-то усмотрит наличие зловещих тайных мотивов, руководствуясь которыми Бар (и иже с ним) желал(и) допустить атаку ХАМАСа, пусть и не в том виде, в каком она состоялась, и не с теми чудовищными результатами, к которым она привела. Лично я затрудняюсь представить себе вариант пропущенной атаки ХАМАСа, который обеспечил бы таким злоумышленникам нужный им профит (смещение Нетаниягу с минимальными карьерными последствиями для них самих), и не понимаю, как сочетается с таким умыслом то, что премьер-министра держали в неведении (для демонстрации его вины было бы желательно, чтобы роковые решения в ночь на 7 октября принимались при его непосредственном участии). На мой взгляд, дело тогда обстояло намного проще.
В контекстеСтул недоверия И все это будет происходить на глазах у всего народа. Теракты один за другим, люди гибнут, а Ронен Бар с пафосом твердит, что, держась за кресло, спасает демократию. Интересно, сколько времени он согласится исполнять роль шута?
Сам Бар является отменным образчиком того типа, который со времени выхода известного документального сериала израильские СМИ именуют שומרי הסף («хранителями порога»), требуя от нас, чтобы мы произносили этот неформальный титул с придыханием священного трепета.
Отмеченными стараниями СМИ и в силу собственного самомнения эти люди внушили себе, что именно они, а не демократически избранная власть, призваны вершить судьбу государства.
Выказывая откровенное презрение к гражданскому большинству, они видят в правительстве, формируемом голосами этого большинства, нелепую декорацию, с существованием которой они вынуждены мириться, не признавая в душе ее правомочий и блокируя, по возможности, ее доступ к реальному отправлению власти всеми доступными им средствами.
Подобной мотивации было с лихвой достаточно для того, чтобы в ночь на 7 октября 2023 года Ронен Бар вел себя именно так, как он описывает в своем заявлении (и я даже не стану выискивать в его описании признаки заведомого вранья). В Газе что-то происходило, полной уверенности в оценке происходящего не было, Бару все еще казалось возможным, что «само собой рассосется», а поднимешь премьер-министра, и тот вдруг примет решение, которым вероятное столкновение с ХАМАСом превратится в необратимую данность.
Да и вообще, кто он такой? Дело это серьезное, такие дела в пору разруливать взрослым мальчикам, вроде самого Бара, так зачем тут политикам под ногами болтаться? Совершенно незачем.
В контекстеПопытка переворота в тени 7 октября Глава военной разведки генерал-майор Аарон Халива, начальник Генштаба генерал-лейтенант Херци ХаЛеви и директор Шабака Ронен Бар не поделились этими предупреждениями или перехваченными планами вторжения с премьер-министром Биньямином Нетаниягу.
Мы, конечно, не можем определенно утверждать, что Нетаниягу принял бы в ночь на 7 октября правильные решения, будь он своевременно поставлен в известность о наблюдаемом в Газе.
Такие решения, несомненно, были возможны, ведь даже просто подняв по тревоге скромные наличные силы 143-й дивизии можно было не допустить прорыва границы на всем ее протяжении и, как следствие, не позволить террористам ХАМАСа убить более тысячи израильтян, многие из которых оказались в совершенно беспомощном положении, и угнать в Газу две с половиной сотни заложников.
Были бы жертвы, но их могло быть на порядок меньше, чем оказалось в действительности, даже при минимальных мерах предосторожности, будь таковые предприняты в ранние утренние часы 7 октября.
Как повел бы себя в ту ночь Нетаниягу, мы можем только гадать, но фактическую ответственность за совершившуюся трагедию приняли на себя «взрослые мальчики», решившие тогда порулить самостоятельно, без докучливого присмотра политиков.
По характеру занимаемой им должности и по природе связанных с ней полномочий Ронен Бар является ключевой фигурой в этой компании «взрослых мальчиков».
Ко многим в военной разведке, в ЮВО и в Генштабе могут быть предъявлены серьезные претензии в связи с событиями той роковой ночи, но вина и ответственность Бара - максимальны.
К счастью для него самого, он не способен даже приблизиться к реальному осознанию своей вины и ответственности. Большое человеческое счастье.
* * *
Дов Конторер
«Facebook»