Потеря проектов в Иране может стоить бизнесу десятки миллиардов долларов
Антииранские санкции США вступили в силу. Дональд Трамп поставил ультиматум: никто не сможет вести бизнес одновременно с США и Ираном. Так, по его версии, выглядит борьба за мир во всем мире.
В контекстеЗакат иранской теократии? В силе протестного движения одновременно кроется и его слабость: при отсутствии явных лидеров власти не могут просто арестовать предположительных зачинщиков. В то же время призывы к улучшению положения в социальной сфере сопровождаются не конкретной программой, а лишь противоречивыми требованиями.
Евросоюз бунтует: он ввел в действие блокирующий регламент, который фактически запретит европейским компаниям подчиняться американским требованиям. Потеря проектов в Иране может стоить бизнесу десятки миллиардов долларов.
Но не экономический ущерб беспокоит Брюссель. Европа, как говорят эксперты, не хочет сдавать многострадальную ядерную сделку.
При этом часть аналитиков предупреждают: европейский бизнес может не услышать доводов Брюсселя в пользу Ирана.
«Иранские санкции официально вступили в силу. Это самые жесткие санкции из когда-либо введенных, и в ноябре они будут усилены до следующего уровня», – сообщил на своей странице в Twitter президент США Дональд Трамп.
Он поставил ультиматум: «Всякий, кто ведет дела с Ираном, не будет вести бизнес с Соединенными Штатами». «Я прошу о мире во всем мире, не меньше!» – добавил Трамп.
Первая часть американских санкций касается, в частности, автомобилестроительного сектора Ирана, купли-продажи золота и ряда металлов.
Вторая часть, как ожидается, вступит в силу в начале ноября этого года и затронет прежде всего энергетическую отрасль Ирана, сделки, относящиеся к нефти, а также транзакции с Центральным банком Ирана, передают информагентства.
Забота США о мире привела к дальнейшей эскалации конфликта. Европа взбунтовалась из-за американских требований.
Во вторник вступил в силу обновленный блокирующий регламент, который позволит Евросоюзу обходить антииранские санкции США. Имеется в виду Блокирующий статут ЕС от 1996 года.
Этот регламент «позволит всем европейским организациям в судебном порядке компенсировать ущерб от выполнения санкций, он также объявляет юридически ничтожными (недействительными) на территории ЕС любые решения иностранных судов в поддержку санкций», заявила на брифинге в Брюсселе официальный представитель Еврокомиссии (ЕК) Мина Андреева.
И самое главное, как пояснили эксперты Еврокомиссии, – теперь европейским компаниям нужно будет получить особое разрешение ЕК, которое будет выдаваться для каждого отдельного случая и только в исключительном порядке, если компания подтвердит и докажет, что «невыполнение санкций может нанести серьезный ущерб интересам европейских компаний или Евросоюза в целом», передает ТАСС.
Получается, этот блокирующий регламент призван даже не столько защитить европейский бизнес, сколько принудить к сотрудничеству с Ираном.
За невыполнение статута страны ЕС смогут вводить наказания в отношении компаний, не доказавших свое особое положение.
Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини призвала европейские предприятия активизировать торговлю и иное экономическое взаимодействие с Исламской Республикой.
«Мы делаем все, что в наших силах, чтобы Иран не вышел из сделки Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по иранской ядерной программе, чтобы Иран продолжал получать экономическую выгоду от этого соглашения, поскольку мы убеждены, что это отвечает интересам в сфере безопасности не только нашего региона, но и всего мира», – пояснила она.
В контекстеЕвросоюз шантажирует Швейцарию санкциями Многие годы Брюссель пытается заставить Берн подписать так называемый «рамочный договор», который сделал бы Конфедерацию фактической колонией Евросоюза. По нему, Швейцария, в первую очередь, была бы обязана признать главенство права ЕС и Суда ЕС над своими собственными.
Но уже поступают новости, что некоторые европейские компании предпочитают не дожидаться штрафов от США. Немецкий автомобилестроительный концерн Daimler заявил о приостановке «и без того ограниченной деятельности в Иране – в соответствии с примененными санкциями».
«Мы продолжаем внимательно следить за политическими событиями, особенно в отношении будущего ядерного соглашения», – цитирует заявление компании РИА Новости. При этом в концерне подвели под свое решение экономическое обоснование: «Иранская экономика и, следовательно, автомобильные рынки развились значительно слабее, чем ожидалось».
Ранее уже высказывались о возможном выходе из Ирана многие европейские (и не только европейские) гиганты в сфере атомобиле- и авиастроения, нефтегазового сектора, грузоперевозок и т.д.
«Европейские компании и банки могут предпочесть следовать эмбарго Вашингтона в отношении Ирана, поскольку те штрафы, которые могут быть наложены на них США за продолжение бизнеса с этой страной, асимметричны возможностям ЕC в плане финансовых компенсаций», – считает дипломатический источник РИА Новости в Брюсселе.
Ввод санкций США против Ирана стал «тестом Евросоюза на готовность оставаться вассалом США», – пояснил в интервью Интерфаксу руководитель Центра Ближнего и Среднего Востока Российского института стратегических исследований Владимир Фитин. Как он замечает, пока трудно судить, почувствуют ли европейские компании защиту Евросоюза.
По его мнению, обещанная поддержка актуальна скорее для малого и среднего бизнеса, но «крупные компании, такие как Total или Peugeot, не будут рисковать потерей бизнеса в США ради Ирана».
Отметим, что доля Ирана в европейском товарообороте несопоставима с долей США. По данным Евростата, в 2017 году на США приходились почти 17% от всего товарооборота Евросоюза, речь идет о более чем 630 млрд евро. Главный торговый партнер Евросоюза – именно Штаты. Им дышит в спину Китай. На третьем месте с заметным отрывом Россия.
А на долю Ирана, судя по официальным данным и экспертным оценкам, приходится менее 1% всего товарооборота ЕС, речь идет чуть больше чем о 20 млрд евро.
Эти цифры недвусмысленно дают понять, с кем Евросоюзу было бы экономически целесообразно сохранять дружественные отношения.
«Масштаб бизнеса в Иране на несколько порядков ниже, чем масштаб бизнеса в США. Поэтому большинство компаний без всяких сомнений откажутся от бизнеса с Ираном», – ожидает доцент Академии при президенте (РАНХиГС) Сергей Хестанов.
Хотя, конечно, отказ от иранских проектов трудно назвать абсолютно безболезненным решением для европейских компаний. Судя по оценкам опрошенных экспертов, вынужденный выход из Ирана может стоить бизнесу десятки миллиардов долларов. Более точно оценивать совокупный ущерб эксперты пока не берутся.
«У европейских компаний с иранскими партнерами заключены многомиллиардные контракты», – говорит аналитик компании «Алор» Алексей Антонов. Их одностороннее расторжение будет означать недополученную прибыль, потерю вложенных инвестиций и финансовую ответственность за несоблюдение договора.
«Для сравнения приведем Total, которая еще в прошлом году, как сообщалось, заключила с иранской NIOC контракт стоимостью 4,8 млрд долл., из них 1 млрд долл. уже на первом этапе реализации, то есть это средства, которые Total уже не сможет вернуть», – говорит Антонов.
Лидирующие позиции в сфере транспортировки иранской нефти на европейский рынок занимает датский Maersk, «чьи танкеры активно курсируют между европейскими и иранскими портами, обеспечивая значительную часть иранского экспорта, а это ни много ни мало 2 млн барр. в сутки», продолжает эксперт.
Точные суммы потерь европейского бизнеса в Иране мы скорее всего вообще не узнаем, обращает внимание Хестанов. Потому что компании не заинтересованы в привлечении внимания к этому факту, «они примут все разумные меры, чтобы это не получило большой огласки».
«Главная сфера взаимодействия Ирана и ЕС – нефтегазовая, на нее приходится почти 90% импорта из Ирана в 2017 году. Наибольшую долю в экспорте из ЕС в Иран занимало оборудование – 51%, во многом это оборудование, необходимое для нефтегазовой промышленности. То есть суммарно почти 70% товарооборота ЕС и Ирана связано с нефтью», – добавляет аналитик компании «Фридом Финанс» Ален Сабитов.
Так что остро стоит вопрос отказа ЕС от иранской нефти.
«Иран – один из крупнейших экспортеров энергоресурсов на европейский рынок. В условиях выполнения условий сделки в формате ОПЕК+ участники рынка не смогут, даже если захотят, компенсировать 2 млн барр. в сутки», – предупреждает Антонов.
В контекстеИран бушует Администрация Обамы к мнению Нетаниягу не только не прислушалась, но и высмеяла его, публично унизив перед аятоллами. Санкции с режима были частично сняты, авуары на сумму 150 миллиардов долларов разморожены, европейцы с прытью застоявшегося коня кинулись заключать торговые сделки с Ираном и закупать нефть и газ.
При этом часть экспертов полагают, что все же европейские компании могут попытаться найти способ обойти санкции США – особенно если учесть, что им угрожает наказаниями Брюссель.
«Все будет зависеть от того, насколько эффективной будет недавняя инициатива перевести расчеты за иранское сырье в евро вместо долларов и как европейские компании смогут «оптимизировать» работу с Ираном. Это может быть, например, создание новых юридических лиц, которые начнут работать только с Ираном и никак не будут связаны с европейским бизнесом в США», – говорит директор Института актуальной экономики Никита Исаев.
Между тем, как следует из объяснений экспертов, Брюссель обеспокоен вовсе не экономическим ущербом европейских компаний, имеющих бизнес в Иране, и даже не поиском новых поставщиков нефти. У него иной мотив.
«Речь идет скорее о политическом сигнале Вашингтону о возможности проведения независимой политики в моменты принципиальных расхождений с Трампом. Ядерная сделка, которая вынашивалась около десяти лет, очень важна для всех ее участников, и стороны не намерены от нее отказываться за один день из-за предвыборных обещаний Трампа», – поясняет Сабитов.
Российский МИД прокомментировал ситуацию с Ираном, США и Евросоюзом. «Продолжаем совместно с другими ответственными участниками СВПД выработку коллективных решений, направленных на реализацию задач по сохранению и расширению международного торгового и финансового сотрудничества с Ираном, – сообщил МИД. – Подтверждаем нашу приверженность СВПД».
Эксперты также рассказали о некоторых последствиях для России из-за конфликта стран. «Изоляция Ирана – возможность занять место европейских компаний, вернуть себе статус посредника, и, конечно, не стоит забывать о том, что рост цен на нефть, который станет неотъемлемой частью сценария, полностью отвечает интересам России», – говорит Антонов.
Бунт же Евросоюза дает Москве надежду на «вероятность сближения с Европой по вопросам развития экспорта газа».
Ведь тогда возникнет вопрос: «Если ЕК может игнорировать санкции Вашингтона в отношении Ирана, что мешает аналогичным образом поступить в отношении перспективных экспортных проектов «Газпрома?»
Замгендиректора компании «Финам» Ярослав Кабаков добавляет: «Россию пока эта ситуация напрямую не затрагивает, тем более что большинство российских компаний, которые рискуют подпасть под санкции за сотрудничество с Ираном, уже и так в списках».
* * *
Анастасия Башкатова
- заместитель заведующего отделом экономики «Независимой газеты»
«Независимая газета»