«Мировое большинство» доложилось президенту Путину на «Валдае», а сам он дал понять: многополярность мира — это очень личное
Замок «Ласточкино гнездо» (Ялта). (Фото: «Nautilus»)
В России — время форумов. Сначала БРИКС, потом научно-фантастический (это официальная характеристика) форум «Создавая будущее», затем такого же, в сущности, характера сочинский Валдайский форум.
Потому что построение альтернативной, причем конфронтационно альтернативной системы, заведомо противостоящей Западу (почти исключительно об этом толковали в Сочи), пока выглядит фантастикой, хотя и с элементами научности.
В той же степени, в какой была научной дисциплина «научный коммунизм».
В контекстеРазглядеть реальность Экстенсивное развитие, внешняя экспансия - залог выживания этих империй. Вспомните Халифат - когда там начались центробежные процессы? Когда он не смог больше расширяться. Да, распад был медленным и продолжался века, но первым толчком стала битва при Пуатье, когда франки Карла Мартела разбили вторгшихся мавров.
«Мировое большинство» — во многом идеологический конструкт, под который подгоняется реальность и существование которого пока не подтверждается голосованием в ООН по разным вопросам.
И уж точно оно не может быть больше того «большинства», которое Советский Союз считал зоной своего влияния — в том числе за пределами территорий Восточной Европы, которая охватывалась «доктриной Брежнева», описывавшейся глубоко народной формулой «курица не птица, Болгария (Венгрия, ГДР и проч.) — не заграница».
Сама конструкция уже 21-го Валдайского форума претерпела изменения. Он стал похож не на Бильдербергский клуб, на что, возможно, претендовал, а на отчетно-перевыборное собрание:
участники в буквальном смысле отчитывались перед Путиным о проделанной работе.
Некоторые заседания, как было сообщено, проходили в формате Chatham house, то есть без цитирования источника (господи, было бы что цитировать). Но Chatham house — официально нежелательная в России организация!
И здесь возникало два вопроса. Первый — кто все эти люди, в смысле участники? 22 западных эксперта — ну экстравагантные персонажи есть и в этих странах. Из сколько-нибудь знакомых лиц мелькнул британец Ричард Саква. Зачем он здесь — магнетизм российской власти столь неодолим?
Попадались и товарищи в национальных костюмах. Не перепутали ли они сочинскую встречу с саммитом БРИКС, напоминавшим выставку достижений зоны влияния бывшего СССР?
Второй фундаментальный вопрос следует задавать в интонации великого теннисиста Джона Макинроя в моменты его споров с судьей по поводу того, попал мяч в линию или нет: «Are you serious?» Вы это серьезно — совсем похоронили западную цивилизацию?
Ее хоронил еще Шпенглер, более ста лет назад — а она все закатывается, все загнивает, и все никак…
Объявили — устами Путина — универсальные ценности «либеральным тоталитарным фашизмом». Переписали историю мира, конфигурация которого строилась в 1945 году ради того, чтобы человечество избежало новых войн.
В контекстеООН в современном виде - слепок ушедшей эпохи Нынешнее международное право - продукт только западной политической культуры и мысли. Это не хорошо и не плохо, просто исторический факт. В данном случае мы говорим... о признававшихся всеми правовых нормах.
Основная масса участников Валдайского форума была одета по-европейски, сидела в европейском конференц-зале, говорила в микрофоны, которые изначально принесены в мир западными технологиями и, если угодно, евроатлантическим миром, превосходным образом сотрудничающим и торгующим с миром восточным и миром южным.
Объявленная битва многополярного мира с однополярным — это вчерашняя война, ее уже давно нет, потому что, да, мир многополярен. И, как выразился Путин, «полифоничен». Никто с этим не спорит и никто не пытается его сделать менее полифоничным, скорее, наоборот.
Народы мира не нуждаются в опеке и защите нового полюса — путинской России, они действительно суверенны, самодостаточны и многовекторны в своей политике, включая страны СНГ.
Проблема колониального господства снята в 1960-е, вопрос разделения мира — в 1980-е. Это не западноцентричность, это действительно универсальность. Как и некоторые иудеохристианские, если угодно, «традиционные» ценности звучат так: не убий, не укради и далее по описи.
К этим ценностям сегодняшние российские политические и церковные иерархи делают сноски и формулируют исключения…
Реальная же проблема состоит в том, что путинская Россия хотела бы стать единственным полюсом мира, имитируя многополярность. Отказ от блокового мышления?
Но что как не блоки пытается строить в рамках своих имперских галлюцинаций и фантомных болей Кремль, хотя бы путем БРИКСостроительства.
И именно блоковое мышление, точнее, мышление XX века — сферами влияния (это ваше, а это наше — и вы сюда не лезьте, иначе возьмем силой) привело к «украинскому кризису».
Приоритет суверенитета? Так Украина и есть суверенное государство, самостоятельно выбравшая себе власть. Или ротация власти это тоже навязанная «англосаксами» деструктивная ценность?
Из выступления Путина следовало, что Запад весь мир «строил под себя», и даже Ялтинскую систему, когда сталинский СССР был в союзе с «англосаксами», тоже под себя.
Но потом этот мир, избавленный от угрозы ядерной войны, стал реальностью, не разделенной Берлинской стеной, на рубеже 1990-х — и кому это мешало?
В контекстеДефект «имперской массы» Как империя, Россия не развалилась и здравствует - по сему и читаем о «подвигах» чеченцев и бурятов в Украине. Ничего не изменилось - ни с 1917-го, ни с 1991-го. Мы большие, и тем гордимся - а чем ещё?
Путин в последние годы предельно откровенен. И не скрывает, что в нем говорит обида на Запад, который осуществлял «ползучую интервенцию» в его владения (а российскому лидеру свойственно именно вотчинное, ветвь от имперского, мышление).
Обида на расширение НАТО, на заход в зону его влияния (а сама зона влияния позволила себе роскошь стать суверенным государством), на снисходительное похлопывание по плечу в рамках «Восьмерки», которая казалась все той же «Семеркой», на размещение ПРО. Все происходящее — очень личное.
Именно этого — личного, а не институционального — фактора боялись страны бывшего СССР и экс-зоны влияния экс-Советского Союза. Все перипетии расширения НАТО хорошо описаны в мемуарах замгоссекретаря во времена Билла Клинтона Строуба Тэлботта.
В 1993-м Леннарт Мери, президент Эстонии, откровенно говорил Тэлботту о совершенно в то время невообразимом: «…единственная гарантия, что Россия снова не вторгнется к нам, когда Ельцин уступит пост более традиционному русскому вождю, — вступление Эстонии в НАТО».
Это было сказано за семь лет до первой инаугурации Путина. Клинтон не хотел навредить Ельцину, но и не мог предотвратить вступление стран Восточной Европы и Балтии в альянс — это дело добровольное.
Российские руководители все время повторяют, и в Сочи это было сказано еще раз: безопасность неделима, нельзя делать так, чтобы безопасность одних подрывала безопасность других.
По этому поводу в тех же мемуарах Тэлботт заметил: «Похоже, русские не способны чувствовать себя в безопасности, если в безопасности остальные».
Слишком широкое обобщение. Русские — очень даже способны. А вот некоторые режимы, которые приходят к власти в стране и доминируют годами, — безусловно нет. Они строят Россию, у которой, согласно известной шутке Путина, ставшей слоганом и содержимым билбордов, нет границ.
Шутки шутками, но это и есть доктрина Кремля. А Ялтинская система… Она сходила под себя. Ее больше нет.
* * *
Андрей Колесников
«Новая газета»