«Спят в каске»
Нынешние управленцы всегда и ко всему готовы. (Фото: «Nautilus»)
Постоянная готовность управленцев и бизнесменов к внешним потрясениям защитила народное хозяйство РФ от западных санкций.
Но сейчас основной экономической угрозой стали мании и фетиши правителя, а от них в России не защититься.
К концу 2023-го декламации властей РФ на экономические темы из оптимистичных стали триумфальными.
«Мы доказали, что способны отвечать на самые сложные вызовы, — объявил Путин 7 декабря. — Валовый внутренний продукт России… сегодня уже выше, чем был до санкционной атаки Запада. Ожидается, что по итогам текущего года ВВП прибавит не менее 3,5 процента. Россия — крупнейшая экономика Европы и по темпам роста сейчас опережает все ведущие страны Евросоюза».
Тщательно приукрашенное процветание
В контекстеАльтернатива Все они, и Франко, и генерал Корнилов, и Пиночет, и корейский генерал Пак Чжон Хи, и Салазар искали пути выхода страны из кризиса, пути спасения из того тупика, куда её пытались загнать «прогрессивные силы».
Хвастливые слова правителя совпадают с казенной отчетностью. Точнее, эта отчетность совпадает с его словами.
Министерство экономического развития утверждает, что за январь-октябрь 2023-го российский ВВП вырос на 3,2% по сравнению с теми же месяцами прошлого года и продолжает набирать ход, а Росстат докладывает, что промышленное производство за тот же отрезок времени поднялось на 3,5%, а реальные зарплаты даже на 7,4%.
Правда, часть экспертов этим цифрам не верит. «Чушь, конечно, полная. Игры с дефляторами в производстве военной продукции… По году (т.е. по итогам 2023-го. — «Полигон медиа») могут выкатить любую цифру».
Телеграм-канал MMI, один из основных российских публикаторов финансовой аналитики, считает, что статведомство просто подтасовывает коэффициенты перевода прошлогодних цен в нынешние (дефляторы).
И в самом деле. Хорошим индикатором положения в промышленности и строительстве считается грузооборот транспорта. За те же 10 месяцев 2023-го он понизился на 0,8%. При формальном росте строительства на 8,1%, ввод жилья в кв м сократился на 1,8%, в том числе индивидуальных домов на 7,6%. Судя по всему, реальный ВВП на несколько процентов меньше отчетного и еще не достиг довоенного уровня.
Но российская экономика и в самом деле оказалась более устойчивой к санкциям, чем ждали, и к концу второго года войны во многом преодолела их воздействие.
Конечно, подхлестывание хозяйственного роста имеет свои границы. К середине этого года он затормозился. Промышленное производство, скорректированное на сезонность, перестало увеличиваться еще летом. В октябре выпуск в промышленности был на 0,6% ниже, чем пятью месяцами раньше. Но в милитаризованных отраслях, производящих машины и оборудование, среднемесячные объемы были на 14% выше, чем в предвоенном 2021-м.
Персонал предприятий, работающих на войну, процветает. «С темпами, превышающими 10% (первое полугодие 2023-го к тому же периоду 2022-го — «Полигон медиа»), реальная заработная плата росла в таких отраслях, как производство электрического оборудования (+18%), производство компьютеров, электронных и оптических изделий (+16%), производство одежды и производство транспортных средств и оборудования (+15%)», — сообщает околоправительственный аналитический центр ЦМАКП.
Берут реванш несколько больших промышленных областей глубинки, которые быстрее прочих освоили военные заказы. Сравнивая типичный регион этой группы, Нижегородскую область, с Москвой, видим, что с 1999-го по 2021-й реальная зарплата у нижегородцев выросла в 3,4 раза, а у москвичей — в 5,7 раза. Все это время в Москве безработицы почти не было, а в Нижегородской области она держалась на среднероссийском уровне.
Но с началом войны эти правила перестали работать. К третьему кварталу 2023-го безработица в Нижегородской области стала ниже, чем в Москве (соответственно 1,5% и 1,7%). А реальные заработки нижегородцев в январе–сентябре 2023-го были на 9,3% выше, чем годом раньше, в то время как у москвичей они поднялись только на 2,6%.
Но даже и в гражданских отраслях — в медицине, образовании, розничной торговле — реальные зарплаты, по крайней мере по официальному счету, тоже увеличиваются, хотя и гораздо медленнее, чем в ВПК. Эта адаптация к принципиально изменившимся внешним условиям смотрится как явное достижение и требует объяснения.
Надо просто спать в каске
В контекстеВ борьбе с бедностью без экономического роста не обойтись Китай улучшил свои позиции во многом за счет увеличения доходов изначально крайне бедного сельского населения: в 2008 году среди 20% самых бедных жителей мира насчитывалось 200 млн китайцев, а в 2018-м уже только 75 млн, отмечается в докладе.
В чем тут секрет, Путин невольно дал понять сам: «Экономика России эффективно справляется… Залогом стал фундаментальный, как оказалось, запас прочности, который мы формировали последние 20 лет».
Дело действительно в необычно большом «запасе прочности».
Андрей Яковлев, исследователь взаимоотношений бизнеса и власти, пишет о результатах многолетней дрессуры российских предпринимателей:
«Многочисленные экономические потрясения последних 15 лет выработали у российского бизнеса специфический психологический настрой.
Постоянно сталкиваясь с внезапными проблемами, необусловленными их собственной деятельностью, предприниматели стали жить в постоянном ожидании «черных лебедей»…
В нормальных условиях все время ходить и тем более спать в каске неудобно. Но если ваш опыт показывает, что в любой момент вам на голову может упасть кирпич — лучше ходить и спать в каске. В итоге в 2022 году на голову российским компаниям прилетел очередной кирпич. Однако благодаря выработавшейся привычке к любым неожиданностям большинство из них смогло отделаться лишь вмятинами на своих касках…»
Финансовый эксперт Александра Прокопенко добавляет, что со времен кризиса 2008-го «спят в каске» не только коммерсанты, но и высшие чиновники калибра Эльвиры Набиуллиной и Антона Силуанова:
«Последние 15 лет власть управляла экономикой в кризисном режиме, даже когда она не была в кризисе. Постоянная готовность страны к потрясениям и череда кризисов, с которыми столкнулась российская экономика, породили привычку к ситуативным методам управления».
Перманентное ожидание нештатных ситуаций и катаклизмов давно стало нормой жизни для госуправленцев, предпринимателей и рядовых россиян.
Появление очередного дезорганизующего фактора — это именно то, чего они всегда ждут. Отсюда и быстрота их приспособления к жизни под санкциями.
Такая экономика, нацеленная только на выживание, а не на развитие, не может нормально расти, но и развалить ее трудно.
Однако, в последнее время главными среди тех кризисных факторов, которых чиновники и предприниматели России должны бояться и к которым они обязаны приспосабливаться, стали импровизации их правителя.
Путин кидается кирпичами
В контекстеРоссияне не находят привычных товаров Это касается шампуней и других средств для волос, дезодорантов, средств для бритья – судя по приведенным экспертом данным, речь идет о падении выпуска в первом полугодии на 20–30% в годовом сопоставлении.
Не успела экономика РФ более или менее привыкнуть к санкциям, как правитель устроил ей новую встряску.
В конце лета и начале осени 2023-го Путин потребовал от подчиненных, чтобы взлет военных трат сопровождался также и подъемом уровня жизни, и чтобы рубль при этом не падал, а цены перестали расти.
Но эти задачи не поддаются одновременному решению.
За последние три года суммарные военные траты РФ выросли в несколько раз. В последнем мирном 2021-м они составляли $66 млрд. В 2022-м и 2023-м — поднялись до 8,4 трлн руб ($125 млрд) и 13,3 трлн руб ($160 млрд) соответственно.
В плане на 2024-й только официальная их величина составляет 10,4 трлн руб, а фактическая может быть раза в полтора больше в рублях, да и в пересчете на доллары тоже, видимо, превысит уровень нынешнего года.
Если принять, что в 2024 г они составят 40%, то от общих плановых расходов бюджета в 36,7 трлн рублей это будет почти 15 трлн руб.
Даже при сохранении общего размера экономики, такой всплеск военных расходов подразумевает крупную урезку гражданских трат и снижение уровня жизни для всех, кто не связан с ведением войны.
Приказ Путина отложить затягивание поясов, победить инфляцию и укрепить рубль противоречил управленческой целесообразности и потребовал от государственной машины отчаянных мер, действие которых не может быть долгосрочным и которые противоречат одна другой.
Ради борьбы с инфляцией Центробанк за четыре месяца поднял учетную ставку вдвое — с 7,5% до 15%. И она, похоже, будет повышаться и дальше. Ведь действия других ведомств, которые по приказу Путина продолжают раздавать деньги лоббистам и получателям всех разновидностей льготных кредитов перечеркивают любые старания ЦБ.
«Мы можем войти в порочный круг, когда есть искушение на высокую ключевую ставку реагировать расширением льготных программ, — жалуется Набиуллина. — Они расширяются, мы еще поднимаем ставку, и еще расширяются льготные программы. Мне кажется, это путь в тупик».
Но «путь в тупик» — это вся сегодняшняя экономическая политика, которая вращается вокруг странных и противоречивых путинских предписаний.
Его любимые фетиши
В контекстеДипломатия табакерок Мы можем констатировать: за время своего правления Путин отбросил Россию на двадцать лет. Он отбросил ее лет на триста. Путин разрушил то, что сделали Богдан Хмельницкий, Петр I и Екатерина Великая.
После введения обязательных продаж валютной выручки экспортерами ее чистые продажи поднялись со средних $8,4 млрд в месяц в январе–сентябре до $13,9 млрд в ноябре.
Но, ценой такого крупного подрыва доверия к себе, власти смогли лишь слегка усилить курс рубля — со 100 руб за доллар в октябре до 90 руб в ноябре, и то ненадолго.
Курс начала 2023-го (70 руб за доллар) остался недосягаемым.
Малоудачны и старания остановить рост цен. Инфляция SAAR (пересчитанная на год вперед и очищенная от сезонности) практически не менялась с июля (10,1%) и в ноябре составила 10,5%.
Искусственно раздуваемый спрос перегретой экономики на рабочую силу привел к невиданному ее дефициту. Число зарегистрированных безработных упало до символических 400 тыс.
«За кадры просто драка идет… Кадровый ресурс в большой степени исчерпан, причем исчерпан и локально, и стратегически» (Василий Осьмаков, первый замиминистра промышленности и торговли).
«Человеческий ресурс стал самым дефицитным… Это уже точно тормоз для развития экономики, а не какой-то плюс» (Максим Решетников, министр экономического развития).
При общей нехватке работников, конкуренция военных отраслей с гражданскими приводит к оттоку кадров из предприятий, производящих гражданскую продукцию, сужению рынка потребительских товаров и услуг, росту цен и опережающему подъему зарплат.
Средний реальный заработок в РФ сейчас примерно на 7% выше предвоенного при том, что ВВП с тех пор вряд ли увеличился. Это еще одна нагрузка на финансовую систему, и без того теряющую равновесие.
«По итогам 2023 года российская экономика удивит всех рекордами, — отмечает Александра Прокопенко. — Но парадоксальным образом эти цифры говорят не о здоровье, а о болезни экономики России. О перегреве, возникшем в результате ставки Кремля на войну на истощение… Все успехи сегодняшнего дня достигаются за счет вычета из будущего».
Российская государственная машина ведет войну и тратит на нее все больше ресурсов. Раскачивать в дополнение к этому собственную лодку и дорогой ценой изображать экономическое благополучие, для нее просто лишняя работа.
В ход часто идет объяснение, что это делается ради того, чтобы не спугнуть народ перед так называемыми президентскими выборами. Однако, в реальности народные массы сейчас выводит из равновесия только то, что касается мобилизации.
Представить уличные беспорядки из-за роста цен на яйца или на авиаперелеты довольно сложно, а расклады поданных голосов никто считать и не собирается.
Все это устраивается лично для Путина, обслуживание маний которого является важнейшим занятием российской госмашины. «У президента инфляция — это фетиш, — анонимно объясняет чиновник путинской администрации, — и курс валюты ему не нравится».
В отличие от своих чиновников и от народа, Путин серьезно относится к «выборам» и требует провести их в атмосфере благолепия и экономического процветания в том виде, в каком он его понимает.
Этот спектакль российская хозяйственная система для него сейчас и разыгрывает, не обращая внимания на издержки и не заглядывая вперед.
От своей роли главного дестабилизирующего фактора российской экономики Путин явно не откажется. А когда «выборы» пройдут, он прикажет играть другой спектакль, заботу о народе свернут и на россиянах затянут пояса.
* * *
Сергей Шелин
«Полигон»