Последствия китайской экспансии в Центральную Азию труднопредсказуемы
Старая казахская пословица «Черный китаец придет – рыжий русский братом покажется» известна довольно широко.
В контекстеПерегибы Шелкового пути Уехать куда-либо без ведома и разрешения госорганов сейчас в Синьцзяне невозможно. Это касается и передвижений даже внутри Китая. Чиновники местных администраций регулярно совершают обходы квартир, проверяя, на месте ли все прописанные.
Черноволосые китайцы весьма активно внедряются в Центральную Азию, в частности в Казахстан. Почти так же из региона уходят не только рыжие, но любые русские, украинцы, татары.
Китайская экспансия осуществляется с помощью экономики и демографии. Поэтому военный способ, вероятно, окажется излишним. Либо и он будет выглядеть мирно: в Таджикистане объекты НОАК с полного согласия официального Душанбе, по-видимому, уже имеются. Столь же мирно наступление может идти и дальше.
Армии Таджикистана и Киргизии («Потешная гвардия») да и российские войска на территориях этих стран («ВМФ болеет за Спартак») противостоять современной НОАК все равно не могут.
Тем не менее никакие варианты исключать нельзя. Готовность к сопротивлению может появиться хотя бы у Казахстана. Или, с другой стороны, Пекин в силу неких внутренних причин захочет ускорить процесс. И тогда возникнет вероятность того, что будет запущен полноценный военный сценарий.
В случае гипотетического вторжения НОАК в Центральную Азию Москва окажется в тяжелейшем положении. Все страны региона, граничащие с КНР, являются членами Организации Договора о коллективной безопасности («ОДКБ для России – музей Советского Союза»), то есть мы юридически обязаны их защищать в случае внешней агрессии (как, кстати, и они нас).
Кроме того, независимо от обязательств по ОДКБ захват Китаем Центральной Азии и выход НОАК на российско-казахстанскую границу от Астрахани до Барнаула станет для РФ геополитической катастрофой, поскольку в этом случае противопоставить армии Поднебесной уже будет нечего. С другой стороны, воевать с КНР совсем не хочется, тем более если напали не на тебя.
Можно взять пример с Вашингтона, который без малейшего напряжения совести сдает своих союзников во всех частях света, если заступничество за них грозит неприятностями и проблемами самим американцам.
Тем не менее отказ от защиты хотя бы Казахстана станет для России отсроченным (совсем ненадолго) геополитическим самоубийством. В этом наше принципиальное отличие от США, для которых предательство Грузии или курдов ни в коем случае не подрывает безопасность страны.
Поэтому воевать придется. Чтобы избежать немедленной эскалации конфликта, можно будет официально заявить, что ВС РФ станут вести боевые действия только на территориях стран Центральной Азии и не нанесут первыми удары по территории КНР.
В контекстеКак Шелковый путь стал резиновым Тот факт, что китайцы за пять лет несколько раз провели ребрендинг Шелкового пути, а также конкретные примеры провальных сделок с негативными последствиями для компаний из КНР объясняются не отсутствием стратегии, а тем, что китайцы в совершенстве владеют искусством маскировки.
Вполне очевидно, что силы только Западного командования и Синьцзяньского ВО НОАК значительно превосходят ВС Казахстана («Лицензия на стабильность») и группировки ЦВО и ВДВ ВС РФ, вместе взятые (киргизской и тем более таджикской армиями, как уже было сказано, можно пренебречь). На нашей стороне лишь рельеф вероятного ТВД («Появление НОАК в Европе – дело одной-двух недель»).
Условия местности позволяют организовать достаточно сильную оборону и нанести агрессору весьма ощутимые потери. И если казахская армия способна лишь задержать противника на своей восточной границе, но не остановить его, то с российской помощью можно будет «вцепиться» в горные проходы на этом рубеже всерьез.
Если удастся, то дальше основную роль будут играть логистика, способность сторон к наращиванию сил на ТВД за счет переброски подкреплений из других регионов своих стран.
Как для России, так и для Китая решать проблему будет непросто из-за больших расстояний до места конфликта. Даже если Москва и Пекин изначально договорятся воевать только в Центральной Азии, не затрагивая территории РФ и КНР, перебрасывать в Казахстан соединения ВВО Россия не сможет. Это, во-первых, неудобно в транспортном отношении, во-вторых, что гораздо важнее, недопустимо с точки зрения безопасности.
Если Москва уберет войска с Дальнего Востока, Пекин немедленно забудет о первоначальной договоренности. Поэтому группировку в Казахстане можно будет усиливать за счет войск ЗВО и в меньшей степени ЮВО.
Бояться удара в спину от НАТО не стоит. Не потому, что в альянсе в чести благородство, и уж тем более не потому, что он будет на нашей стороне (как это ни удивительно, в России есть определенное количество людей, считающих, что если мы «помиримся» с Западом, то он защитит нас от Китая), а потому, что они слабы и трусливы. Но группировку на границе с Украиной лучше не трогать.
Сдержать наступление НОАК в приграничных районах Казахстана сложно, но можно. Если это удастся, Пекин должен будет признать поражение. Но если НОАК вырвется на оперативный простор казахских степей, поражение должна будет признать Москва, поскольку больше «зацепиться» на территории Казахстана не за что (разве что за рубежи рек Иртыш на северо-востоке и Урал на северо-западе перед своей границей).
Первый вариант для Пекина весьма болезненный, но, видимо, не катастрофический. Хотя агрессия может сопровождаться некими очень сложными внутренними процессами в КНР.
Впрочем, проигравшая сторона (кто бы ей ни стал) может и не признать поражение. И пойдет на эскалацию конфликта. Для начала нанесет удары по территории противника. Это почти автоматически означает вступление в полномасштабную войну, в конце которой просматривается обмен ядерными ударами.
Разумеется, это не требуется ни Москве, ни Пекину. Но большинство войн в истории человечества были по большому счету ненужными ни одной из воюющих сторон. Тем не менее они начинались.
* * *
Александр Храмчихин
- заместитель директора Института политического и военного анализа
«Военно-промышленный курьер»