89-я церемония вручения премий Американской киноакадемии обманула все ожидания
В этом году «Оскар» обещал быть беспрецедентно скучным в своей предрешенности: трудно было представить, кто способен помешать победе мюзикла Дэмиена Шазелла «Ла-Ла Ленд», собравшего рекордное количество номинаций — 14. Оптимисты, однако, верили, что вполне реальным конкурентом «Ла-Ла Ленда» в ключевых номинациях может стать выдвигавшийся в восьми категориях «Лунный свет» еще одного вундеркинда Барри Дженкинса (Шазеллу всего 32 года, Дженкинсу — 37).
И этот оптимизм был вознагражден, причем судьба сыграла с номинантами злую шутку. Можно лишь догадываться, случайно или из-за чьего-то дьявольского коварства оказались перепутаны конверты с именами победителей в разных номинациях, и создатели «Ла-Ла Ленда», уже протягивавшие свои тонкие музыкальные пальцы к золоченой статуэтке, вдруг услышали, что произошла ошибка: имелся в виду приз Эммы Стоун, сыгравшей в фильме Шазелла молодую актрису, которая начинает впадать в отчаяние и подозревать себя в бездарности после шести лет безрезультатных и унизительных проб на дурацкие телесериалы.
Душевное кино
Дэмиен Шазелл на «Оскаре» всего третий год, и вряд ли ему стоит отчаиваться — в 2015-м его дебют «Одержимость», драма из жизни юного барабанщика, попал в основную номинацию, где по традиции, кроме грандиозных блокбастеров и кассовых хитов, должен быть представлен какой-нибудь скромный на вид, но берущий за душу артхаус. «Ла-Ла Ленд» тоже взял многих за душу, но совсем по-другому — откровенным картонным примитивизмом, с которым автор, вынужденный утешиться призом за режиссуру, симулирует староголливудский винтаж.
Однако немного обиженному Шазеллу досталось в каком-то смысле поделом — он и сам в финале «Ла-Ла Ленда» довольно жульническим образом пытается запутать зрителя, подсовывая ему один хэппи-энд вместо другого. А у киноакадемиков в этом году нашлись интересы понасущней, чем эскапистские танцульки в стиле «Шербургских зонтиков» и «Поющих под дождем», и они предпочли объявить лучшим 140-минутный «Лунный свет», обстоятельно прослеживающий жизнь мальчика из бедной семьи в Майами, который на протяжении трех этапов жизненного пути — детство, отрочество, зрелость — осознает свою гомосексуальность, иллюстрируя печальную истину о том, как трудно в нашем мире быть геем, и вдвойне трудно, если ты при этом еще и афроамериканец, и мать у тебя наркоманка.
Торжество гуманизма
Вообще, киноакадемики уже не первый год чувствуют себя как бы вынужденными извиняться перед афроамериканцами, регулярно обижающимися на то, что их слишком мало среди номинантов и лауреатов. Когда в прошлый раз в актерских номинациях были одни белые, разразился форменный скандал.
Чтобы предотвратить обиды, в этом году в главной номинации фигурировали картины, попавшие туда из соображений не столько высокохудожественности, сколько политкорректности и гуманизма — или, если так можно выразиться, «По соображениям совести» (так называется военный эпос Мэла Гибсона, одого из аутсайдеров главной номинации, награжденного лишь за звук и монтаж).
Во-первых, демонстративно антирасистские — чтобы не сказать пропагандистские — «Скрытые фигуры» Теодора Мелфи, проливающие мягкий лунный свет на то обстоятельство, что если на счету NASA числятся какие-то космические успехи, то прежде всего благодаря трем женщинам-математикам, и совсем не белого цвета.
А во-вторых, «Ограды» Дензела Вашингтона, который играет в собственной картине мусорщика, борющегося за выживание в не слишком уютные для афроамериканцев 1950-е: хотя сам Вашингтон проиграл в номинации за лучшую роль Кейси Аффлеку, который порвал экран в драме «Манчестер у моря», однако «Ограды» принесли приз Виоле Дэвис за второстепенную роль жены героя.
Фига в кармане
89-я церемония сама по себе оказалась совсем не такой политизированной, как ожидалось, учитывая, какую жесткую позицию многие деятели кинобизнеса заняли по отношению к Дональду Трампу, чья администрация в первые же недели успела несколько попрать либеральные ценности, которые Голливуд традиционно отстаивает.
Обстановку подогревало и то, что за два дня до церемонии пятеро участников номинации «Лучший иностранный фильм» выступили с совместным политическим заявлением против нетерпимости и навязывания людям искусства всяческих границ, а также в поддержку иммигрантов и беженцев. Иранский победитель в этой номинации, автор фильма «Коммивояжер» Асгар Фархади, так и вовсе отменил свой приезд в Лос-Анджелес из-за трамповского запрета на въезд мусульманских мигрантов, и потому благодарил за награду в письменном виде.
Но в целом никаких особенных эксцессов в Dolby Theatre не произошло, и все разрешилось в самом лучезарном духе, как и положено в жизнерадостно целлулоидном «Ла-Ла Ленде». С помощью «Лунного света» киноакадемия блестяще убила нескольких зайцев, продемонстрировав последовательность в борьбе с нетерпимостью — по отношению к афроамериканцам, гомосексуалам и мусульманам. Махершала Али, награжденный за роль наркодилера в «Лунном свете», стал первым мусульманином среди лауреатов, таким образом, можно с удовлетворением отметить, что на толерантном оскаровском небосклоне наконец взошла не только голубая луна, но и исламский полумесяц.
Дэмиену Шазеллу досталось в каком-то смысле поделом — он и сам в финале «Ла-Ла Ленда» довольно жульническим образом пытается запутать зрителя, подсовывая ему один хэппи-энд вместо другого
* * *
Лидия Маслова
«The New Times»