Президент Китая Си Цзиньпин встретился с канцлером Меркель, президентом Франции Макроном и президентом Еврокомиссии Юнкером
Во время встречи с китайским президентом Си Цзиньпином Макрон, Меркель и Юнкер подняли вопрос о равновесии в экономически связях с Китаем. Наивности по отношению к Поднебесной приходит конец.
Едва лишь три европейских лидера Эммануэль Макрон (Emmanuel Macron), Ангела Меркель (Angela Merkel) и Жан-Клод Юнкер (Jean-Claude Juncker) чинно встретили китайского руководителя Си Цзиньпина на дорожке перед Елисейским дворцом, как к дворцовым ступеням бросилась толпа репортеров. Впереди всех, мимо лимузина марки «Красное знамя», расталкивая других локтями, неслись китайские тележурналисты. Казалось, что они собираются взять президентский дворец штурмом.
«Назад, все немедленно назад! — злобно, как фурия, зашипела на слишком активных китайцев с верхней ступеньки лестницы одна из сотрудниц дворца и даже толкнула одного из них в грудь. — Перед Елисейским дворцом так себя не ведут!»
«Китайцы пока не хозяева в Париже», — произнесла возмущенная дама мгновенье спустя. На третий день визита Си Цзиньпина нервы у кое-кого из французов стали сдавать. На их вкус, некоторые представители Поднебесной ведут себя слишком вызывающе и беспардонно.
Огромное самомнение излучал и сам Си Цзиньпин, которого французские СМИ назвали «красным императором». «За 40 лет мы достигли того, на что Европе понадобилось 300 лет», — заявил он в только что отремонтированном парадном зале дворца.
Подтекст был ясен: «Ваше время прошло». Ранее вместе с французским президентом, канцлером Германии и президентом Еврокомиссии он больше часа выяснял в Посольском салоне, что такое мультилатерализм.
Еще ни один президент до Макрона не прилагал таких усилий, чтобы провести подобную встречу на общеевропейском уровне. Данный формат Макрон спонтанно придумал в середине прошлой недели. Его преимущество в том, что китайский руководитель не станет беседовать с главами европейских правительств по одному, как в Италии, а будет взят ими в оборот со всех сторон.
Как стало известно во вторник, сначала Макрон договорился со своими партнерами Меркель и Юнкером и лишь потом проинформировал китайского президента. Тому ничего не оставалось, кроме как согласиться. Возможно, именно высокомерный тон Си Цзиньпина ускорит изменение хода мыслей в Европе.
Долгое время тут наблюдали, как Китай окреп сначала в экономическом отношении, затем в политическом, а теперь еще и посягает на единство Европы, экономически привязывая к себе малые страны, систематически скупая высокотехнологичные компании и игнорируя центральные органы ЕС. «Мы были слишком наивными», — уже не раз констатировал Макрон.
Важно, что это сказано в прошедшем времени. С редкой до сих пор солидарностью французы и немцы выступают за новый иерархический порядок в отношениях с Китаем. «Нам нужно партнерство другого рода, исключающее доминирование одного над другим», — сказал один из французских министров. В правительственных кругах к сказанному добавляют: «Требование сегодняшнего дня таково: в будущем отношения Китая с Европой должны идти через ЕС».
Там считают, что Китай не уважает институты ЕС, предпочитает говорить то с одним, то с другим правительством, прежде всего в Центральной Европе, Греции и Португалии. Этого Париж и Берлин больше терпеть не намерены.
Перед лицом всей общественности канцлер лишила китайского властителя еще одной иллюзии, заявив, что попытка Китая противопоставить Европу США, выдавая себя за защитника мультилатерализма от мнимого американского «унилатерализма», провалится. Ибо «мультилатерализм возможен только с США», как сказала Меркель во вторник, сидя рядом с Макроном.
Они оба знают, насколько трудно вернуть взаимоотношения в нормальное русло. Скупая инфраструктурные объекты, приобретая компании и организуя помпезные конференции с некоторыми странами-членами ЕС, Китай ставит всех перед свершившимся фактом. Именно поэтому немцы и французы сейчас хотят нажать на тормоза.
Один из примеров — мобильная связь. Париж — против того, чтобы Китай со своей компанией «Хуавей» (Huawei) получил стратегическое превосходство на рынке. «Нужно понимать, что 5G — это не продолжение 4G, а совершенно новая система, регулирующая другие системы, такие как управление автономными автомашинами или центральными правительственными функциями», — обосновывает свое мнение один из членов французского правительства и ставит риторический вопрос: «Неужели мы захотим отдать это в руки чужой державы?»
Другой пример — инвестиции: вот уже десять лет ЕС ведет переговоры с Китаем о заключении соглашения, которое бы регулировало условия для инвестиций. За прошедшее с тех пор время Китай приобрел великолепное портфолио из европейских компаний, в то время как сам держит рынок закрытым и впускает в страну европейцев лишь как миноритариев. «Мы хотим равновесия», — говорит Макрон, а Меркель добавляет: «Все должно основываться на принципе взаимности», то есть европейский рынок будет открыт ровно настолько, насколько откроют рынок китайский.
Еще один пример — конкуренция: по мнению Парижа и Берлина, европейцы больше не намерены терпеть китайские фокусы. Правительство в Пекине щедро снабжает собственные компания, как государственные, так и частные, деньгами, когда те отправляются в закупочные туры по Европе. Европейскими правилами и нормами ВТО это не предусмотрено.
«В данном случае государство систематически действует по иным правилам, чем те, что приняты в западных рыночных экономиках», — говорят в правительственных кругах. Речь при этом должна идти не только об отдельных антидемпинговых пошлинах, а об адаптации всего европейского конкурентного права к системе, нацеленной на подрыв Европы.
Следующий пример — «Шелковый путь»: продвигаемую Си Цзиньпином инициативу «Один пояс, один путь» Париж и Берлин не отвергают. Но и тут все должно работать по-другому, а именно по принципу взаимной выгоды. Как сказал Макрон, проекты, через которые отдельные страны попадают в финансовую зависимость, мы отвергаем.
В каждом отдельном случае должна обеспечиваться защита климата, а также здоровье и развитие каждого отдельного человека в государствах-участниках. «Тогда мы с удовольствием примем в этом участие», — пообещала Меркель.
Макрон также сказал Си Цзиньпину с необычной откровенностью, что желает новой архитектуры взаимоотношений. «Между нами есть партнерство и соперничество, теперь мы хотим поставить на повестку дня стратегическое доверие», — пояснил он сидящему рядом президенту.
Он элегантно пояснил Си Цзиньпину, что для китайского народного хозяйства на карту поставлено нечто важное: «Открытие европейского рынка сопровождало китайский прогресс». Однако это «привело к большим перекосам в Европе, к сильному напряжению, к требованиям легитимной защиты», — предупредил он далее.
Макрон добавил примирительным тоном, что ответные меры не должны означать, что Европа закроется, однако они предполагают большее равновесие в отношениях. Но мысль ясна: «Мы можем действовать и по-другому». Председатель Еврокомиссии Юнкер стал третьим, кто попытался внушить Си Цзиньпину мысль, что «с сегодняшнего дня мы больше не играем по твоим правилам».
Он начал цветисто: «Я влюблен в Китай, Китай и Европа вместе могут совершить великие дела». Но потом перешел на деловой тон: «Сегодня я здесь как президент Еврокомиссии, потому что только мы отвечаем за европейские внешнеторговые связи, и именно в этом ключе я организую саммит ЕС-Китай».
Юнкер заявил, что для него важно, чтобы Китай соблюдал взятые на себя обязательства: «Я выступаю за углубление взаимовыгодного характера отношений, европейские компании должны иметь такой же доступ к рынку Китая, каким пользуются китайские компании в Европе, где рынок полностью открыт». Необходимо в ближайшее время восстановить равновесие в отношениях.
А как же отреагировал на все это Си Цзиньпин? Он не захотел принять новое европейское самосознание к сведению. Президент говорил об улучшении мирового управления. Европейские сомнения и требования он воспринял как мягкую форму мании преследования: европейцам не следует относиться к партнеру с недоверием. Они не должны все время недовольно оглядываться.
«Вместе мы должны отказаться от логики игры, в которой никто не выигрывает и не проигрывает, знакомой нам по временам холодной войны. Нужно отвергнуть закон джунглей». Соглашение об инвестициях он не упомянул ни единым словом. Готовности к изменению инициативы «Шелковый путь» также не проявил. Лишь пригласил Францию принять в ней участие.
Свое выступление Си Цзиньпин закончил малоприятным для европейцев образом: «С Эйфелевой башни открывается лучший вид на Париж, вот и нам нужно подняться на высоту, чтобы продвинуть вперед наши отношения». Земляне, сойдите с проторенной борозды! Этим он, как нельзя лучше побудил трех мушкетеров продолжить инициативу по углублению европейского суверенитета. Пока эта инициатива только зарождается. Но кое-что в Париже все-таки началось.
* * *
Томас Ханке
«ИноСМИ»
«Handelsblatt»