Ты была домашней ведьмой?
На 87-м году жизни Софи Лорен сыграла мадам Розу – пережившую Холокост еврейку. Снял её, впадающую в паралич, родной сын – и теперь претендует на «Оскар».
В середине ноября на Netflix состоялась премьера фильма «Вся жизнь впереди» с 86-летней Софи Лорен в главной роли. В течение следующих двух недель картина с легкостью выбилась в десятку самых популярных на Netflix проектов аж в 40 странах мира.
И вот на днях стало известно, что представители стриминговой платформы собираются выдвинуть Софи Лорен на «Оскар» за роль в этом фильме.
В контекстеНа смерть «Оскара» Кинематограф всё более и более превращается в «паровоз для машиниста». Ещё не так давно считалось, что фильмы снимаются для зрителя. Даже элита из элит – Тарковский, Бунюэль, Янчо – могли снимать малопонятное простому зрителю кино; однако, создавая свои фильмы, они к этому самому зрителю обращались.
Вообще, у истории, которая легла в основу кинокартины, уже было много наград, был там в том числе и «Оскар». Дело в том, что фильм снят по одноименному роману Ромена Гари – еврея из Российской империи, всю взрослую жизнь, впрочем, прожившего во Франции.
Он выпустил книгу «Вся жизнь впереди» в 1975 году, но, будучи на тот момент уже крайне титулованным автором, подписал ее не своим именем, а псевдонимом Эмиль Ажар. Чтобы оценили по содержанию, а не по обложке. И на удивление, все и впрямь оценили – роман получил Гонкуровскую премию.
Пикантность ситуации была в том, что премия эта каждый раз всегда выдавалась новому писателю, а у Ромена Гари она уже была – в 1956 году ему ее вручили за роман «Корни неба». В общем, так он стал единственным писателем, дважды лауреатом Гонкуровской премии. Это, конечно, способствовало бешеному успеху книги. Впрочем, сама история тоже завораживала. Послевоенный Париж, мадам Роза – старая еврейка, выжившая в Освенциме, – держит своеобразный приют, в котором присматривает за детьми проституток.
Однажды к ней попадает настоящий сирота – десятилетний Мохаммед, или просто Момо. Именно он, несмотря на свой трудный характер, становится вскоре ее настоящей отрадой и опорой.
Почти сразу после выхода романа французско-израильский кинорежиссер Моше Мизрахи решил снимать по нему фильм. На главную роль он пригласил неподражаемую Симону Синьоре. Для актрисы, которой на тот момент было 56 лет, это стало последней знаковой ролью. И она сыграла ее великолепно. Впрочем, ей почти и не нужно было играть: еврейка, чудом пережившая Холокост в оккупированном нацистами Париже и участвовавшая в движении Сопротивления, она знала, какие эмоции могут вызывать воспоминания о войне.
Дуэт Симоне Синьоре составил арабский мальчик Сами Бен-Юб. Вышедший в 1977 году фильм Мизрахи, конечно же, был воспринят международным сообществом в контексте непростых арабо-израильских отношений. Так как картина демонстрировала всепобеждающую силу любви, способствующую дружбе народов, то она быстро получила сотни положительных отзывов и была выдвинута на премию «Оскар». Моше Мизрахи стал первым израильским режиссером, получившим «Оскар» в номинации «Лучший иностранный фильм».
Вот почему будет крайне интересно проследить, получит ли новая экранизация романа Ромена Гари еще один «Оскар». Очевидно, что режиссер картины – сын Софи Лорен, 46-летний Эдоардо Понти – попытался актуализировать сценарий, перенеся все действие в наши дни. Вместо арабского мальчугана перед нами – выходец из Сенегала, чья умершая мать была в Италии беженкой. В фильме есть эпизод, где Момо долго смотрит, как итальянская полиция разгоняет лагерь африканских мигрантов, арестовывая всех подряд.
Для самого же Момо в десять лет нет цели лучше, чем быть принятым в местный наркокартель – и получить возможность сбывать марихуану и гашиш. Его берут туда тогда же, когда он попадает в странный дом мадам Розы.
В контекстеМалиновый звон Добавим, что иногда номинанты на «Золотую малину» одновременно являются и претендентами на «Оскар». Более того, в истории известны случаи, когда фильмы выигрывали одновременно и в том, и в другом конкурсе. Например, картина «Уолл-стрит» 1987 года — тогда Майкл Дуглас получил главную награду американской киноакадемии...
С этого момента по одну сторону от Момо оказывается темный преступный мир, приносящий ему первые шальные деньги, по другую – по-семейному теплые отношения, которые мадам Роза выстраивает с проституткой-трансгендером, румынским мальчиком Йосефом, чья мать лишь присылает деньги на его содержание, с другими людьми.
Мадам Роза пользуется в городе уважением – в друзьях у нее и полицейский, и местный доктор, и владелец табачной лавки – мусульманин, который берет Момо в помощники, рассказывает, что раньше он был продавцом книг и старых ковров и что ислам, это про любовь.
Что такое Холокост, десятилетний сенегалец, конечно, не знает. Увидев набитый на руке мадам Розы номер, он спрашивает о нем у румынского мальчика Йосефа, пока тот учит иврит. Тот говорит, что мадам Роза – тайный агент, и этот ответ Момо вполне устраивает. Когда же Роза сама рассказывает ему про Освенцим, мальчик не понимает, о чем она говорит: «Что? Ты была домашней ведьмой?» – произнесенное название Аушвиц он воспринимает на английском как house witch.
Однако ребенку неважно знать, какие прожитые ужасы заставляют мадам Розу впадать в оцепенение, скрываться в подвале, боясь каждого шороха, и не доверять врачам, которые «хотят не лечить, а лишь ставить опыты». Он просто чувствует ее боль и страдание – и изо всех сил хочет помочь, ведь мадам Роза стала его семьей. И в конце концов, именно его неуклюжая, но искренняя помощь и поддержка скрашивают последние дни старой еврейки где-то на юге Италии.
Софи Лорен своей работой в фильме осталась довольна. Не появлявшаяся на экранах больше десяти лет, она заявила, что росла на фоне Второй мировой, и эти воспоминания всегда помогали ей играть характеры, в которых заложен подобный военный опыт. Актрисе на начало войны было семь лет. Но тут стоит сказать, что первый за ее карьеру «Оскар» Софи Лорен получила за роль в фильме «Чочара», повествующем о двух женщинах в годы Второй мировой войны в Италии.
«Я не знала, на что я способна, пока не оказалась на съемочной площадке на крыше под проливным дождем. И режиссер все повторял: “Не моргай, не моргай, не моргай”. И я не знаю, что было бы, если бы это был просто режиссер, а не мой сын. Но это был еще мой сын, поэтому я сидела и не моргала».
Этот эпизод с морганием часто комментирует в интервью и режиссер картины Эдоардо Понти, что, если честно, довольно комично, особенно если учесть, что Софи Лорен в кадре все-таки несколько раз моргает. И тем не менее Понти настаивает, что его фильм уникален: «Вы видели мою мать разной, но еще ни разу не видели ее теряющей рассудок, по ходу фильма впадающей в психический паралич».
Его слова не означают, что он снял Софи Лорен немощной – она вполне статна и красива, как обычно, и даже почти во всех кадрах в платьях с глубоким декольте. Посмотрим, какое мнение на этот счет будет у членов киноакадемии «Оскар».
* * *
Илья Бец
«Jewish.Ru»