Самоотвода не будет
Демонстрация в Иерусалиме против «юристократии». (Фото: «Nautilus»)
С момента выдвижения кандидатуры адвоката Михаэля Равило на должность следующего государственного контролёра, СМИ и представители левого лагеря поспешили навесить на него ярлык: «адвокат семьи Нетаньягу».
Я решил проверить, насколько это соответствует действительности.
В контекстеБахарав-Миара Если кто-то до сих пор не понял, насколько коррумпирована здесь система и насколько необходимо радикальное исправление — он просто живет в мире иллюзий. Во всем мире нет судебной системы более властной, чем израильская юристократия. И Бахарав-Миара — это крайний случай подобной коррумпированности и жажды власти.
На самом деле адвокат Михаэль Равило представлял не «семью Нетаньягу», а премьер-министра и партию «Ликуд» в рамках различных государственных и политических процессов.
В частности, он представлял Биньямина Нетаньягу в разбирательствах по поводу назначения Арье Дери министром, участвовал в слушаниях о праве Нетаньягу продолжать занимать пост премьер-министра после предъявления ему обвинительного заключения, занимался делом о дисквалификации Амихая Шикли в рамках списка «Ликуда», а также представлял позицию правительства в петициях, поданных после того, как юридический советник правительства Гали Бахарав-Миара отказалась отстаивать позицию кабинета министров.
Кроме того, именно Равило от имени «Ликуда» вёл коалиционные переговоры по присоединению Гидеона Саара и его партии к 37-му правительству Израиля.
Однако СМИ и их политические союзники предпочитают не замечать подобные детали. Для них всё это сводится к одной удобной формуле — «адвокат семьи Нетаньягу». Согласитесь, звучит гораздо громче и сочнее.
После того как Михаэль Равило был избран на должность государственного контролёра, многие представители левого лагеря и ряд СМИ внезапно заговорили о «конфликте интересов».
Судя по всему, до вчерашнего дня в Израиле никаких конфликтов интересов не существовало — во всяком случае, если говорить о судебной системе. Поэтому стоит вспомнить несколько куда более известных и гораздо более серьёзных примеров.
В контекстеКоролевство Барака и Хают Когда слова теряют смысл, то даже такой юридический гений, как Барак, может утверждать, что вопреки Основному закону, юридический советник определяет, может ли премьер-министр, против которого выдвинуто обвинение, быть премьер-министром.
Аарон Барак
Начнём с вершины судебной пирамиды — Аарона Барака. Человек, долгие годы возглавлявший израильскую судебную систему, участвовал в назначении своей супруги судьёй суда по трудовым конфликтам, а затем заместителем председателя Национального суда по трудовым конфликтам.
Впрочем, для человека, которого многие считают архитектором современной израильской судебной системы, решение подобных вопросов, видимо, не представляло особого труда.
Дорит Бейниш
Перейдём к преемнице Барака — Дорит Бейниш. Именно в период её руководства в Верховный суд были назначены несколько судей, включая Мени Мазуза, несмотря на широко известные утверждения о непростых отношениях между ними.
Критики утверждают, что за подобным решением могли стоять не только профессиональные, но и личные соображения, связанные с её супругом Йехезкелем Бейнишем.
Эстер Хают
Следующий пример — бывший председатель Верховного суда Эстер Хают. Её критики неоднократно указывали на то, что она участвовала в рассмотрении крупных страховых споров, тогда как интересы ведущих страховых компаний представлял её супруг.
Кроме того, предметом общественной дискуссии становились случаи передачи дел на медиацию Хиле Герстель, которую многие называют близкой подругой Хают.
По мнению критиков, подобные обстоятельства как минимум заслуживали более тщательной проверки с точки зрения возможного конфликта интересов.
В контекстеКто судит судей? Судьям, не говоря уже о членах БАГАЦа, уставом категорически запрещено участвовать в рекламировании каких-либо бизнесов, тем более бизнесов своих близких друзей и родственников.
Ицхак Амит
Теперь — нынешний председатель Верховного суда Ицхак Амит. При назначении в Верховный суд он подписал соглашение о предотвращении конфликта интересов, в котором указал компании, где его брат и шурин занимали руководящие должности.
Тем не менее впоследствии возникали вопросы относительно его участия в делах, связанных с организациями, имеющими отношение к членам его семьи.
Именно эти обстоятельства неоднократно становились предметом критики со стороны его оппонентов.
Мени Мазуз
Бывший судья Верховного суда Мени Мазуз также сталкивался с обвинениями в возможном конфликте интересов.
Критики указывали на случаи, когда в судебных процессах, в которых он участвовал, одну из сторон представляла его сестра.
По их мнению, в подобных ситуациях следовало рассмотреть возможность самоотвода.
Д. Бен Йехуда
«Telegram»
Перевод: Наталья Вейсман
«Facebook»