Что показал суд над заговорщиками
Будва (Черногория). (Фото: Григорий Бомштейн / «Nautilus») 🔗
За последние годы были написаны целые тома о том, как успешно Россия нарастила свои медийные и пропагандистские возможности. Как умело она теперь может жонглировать фактами и навязывать нарративы. Но проверка практикой дает совсем другие результаты, чем теоретические выкладки в международных докладах.
На деле оказывается, что Россия не может выиграть информационную войну даже у правителя маленькой Черногории Мило Джукановича, у которого нет ни махины RT, ни миллиардных дотаций на информационное обеспечение, а есть только знание, как в нужный момент попасть в нужные стереотипы мировых СМИ.
Почти два года в Черногории продолжался суд над десятком заговорщиков, которых обвиняли в том, что под руководством агентов ГРУ они планировали устроить беспорядки в день парламентских выборов 16 октября 2016 года, убить тогдашнего премьера Мило Джукановича, передать власть пророссийскому Демократическому фронту и остановить интеграцию Черногории в НАТО.
Процесс был открытым, показания свидетелей транслировались в СМИ, давая возможность любому желающему убедиться, какие удивительные нестыковки обнаружились в обвинении.
Однако Россия предпочла не утруждать себя поиском и разъяснением противоречий в официальной версии.
Вместо этого было решено слепо отрицать все, в том числе очевидное, что автоматически выключило Россию из серьезного разговора, предоставив Джукановичу полную свободу в манипуляции мировым общественным мнением.
В результате даже самые вопиющие нестыковки в деле не вышли за пределы региональных СМИ, лояльный властям суд смог без лишнего шума переписать версию обвинения в свой вердикт, а бессменный лидер Черногории Мило Джуканович на 31-м году правления снова предстал миру как прозападный защитник демократии от гибридных интриг авторитарной России.
Страна предвыборных переворотов
В контекстеКригсмарине в степях Украины Эти миротворцы испарятся оттуда, как они «слиняли» с Голанских высот четыре года назад, как только там начали стрелять... Объясните мне, кого – и с какой ржавой (а то и просто - несуществующей) техникой хочет разместить Порошенко на Донбассе?
16 октября 2016 года даже в самой Черногории мало кто придал значение новости, что в день парламентских выборов черногорские власти арестовали два десятка сербских граждан, обвинив их в подготовке государственного переворота при поддержке России.
За годы правления Джукановича черногорцы привыкли к таким предвыборным арестам, которые мобилизуют сторонников власти в день голосования, а потом тихо рассасываются без серьезных последствий.
Например, похожий сербский заговор был раскрыт за день до второго тура президентских выборов 1997 года, которые тогдашний премьер Мило Джуканович с небольшим отрывом выиграл у своего влиятельного однопартийца Момира Булатовича.
Тогда Джуканович уже успел перековаться из сторонника Милошевича в прозападного демократа, поэтому признания арестованных сербов, что их прислали из Белграда, чтобы не допустить его победы, смотрелись вполне убедительно.
Правда, потом убедительности в этом деле сильно убавилось: заговорщиков отпустили из-под ареста почти сразу после признания, а в 2002 году суд вообще признал их всех невиновными.
На парламентских выборах 2006 года сюжет немного изменился. Тогда в день голосования черногорские власти арестовали 17 албанцев, обвинив их в том, что они готовили вооруженный мятеж и собирались провозгласить в Черногории албанскую автономию.
Через два года суд признал их всех виновными, но шестнадцать из семнадцати освободил из-под стражи с условными сроками.
Семеро из них потом подали иск в Европейский суд по правам человека, что их осудили на основе ложных признаний, полученных под пытками. В 2015 году они выиграли процесс.
В 2016 году черногорские власти сразу после предвыборных арестов заговорили о причастности России к подготовке заговора, но было трудно воспринимать эти заявления всерьез – настолько сильно их расслабленное поведение не соответствовало масштабу заявленной угрозы.
Тогда еще совсем свежими были воспоминания о действиях российских силовиков в Крыму и Донбассе, а тут власти небольшой полумиллионной страны уверяют, что Россия пыталась их свергнуть, но сохраняют поразительное спокойствие. Не было речи, скажем, о чрезвычайном положении.
Черногория даже не стала приостанавливать безвизовый режим с Россией и не ввела никаких дополнительных проверок для российских граждан на границе.
Только что спецслужбы одной из ведущих военных держав готовили убийство черногорского премьер-министра, но в Черногории по этому поводу не стали собирать ни чрезвычайное заседание правительства, ни национальный Совет безопасности.
Министр внутренних дел Горан Данилович признался, что не знал об операции. Министр обороны Милица Пеянович-Джуришич на встрече с коллегами из НАТО, где обсуждался черногорский переворот, тоже заявила, что ни вооруженные силы Черногории, ни ее министерство не получали никакой информации по этому делу.
Черногорцы не стали информировать и НАТО, хотя на тот момент страна уже получила официальное приглашение вступить в альянс и вполне могла рассчитывать на помощь – тем более против российской угрозы.
Два свидетеля – два отказа
В контекстеРоссияне без опознавательных знаков Станислав Матвеев сотоварищи успел повоевать и на Донбассе. Он вернулся оттуда не так давно и занялся было ремонтом квартир, но человеку, подсаженному на вольницу и насилие, трудно вернуться в мирную жизнь, и Матвеев подписался на Сирию.
Все это можно было бы списать на совпадения, растерянность и некомпетентность, но проблемы с официальной версией на этом не заканчиваются. Сведения о структуре заговора и российском участии получены из показаний двух свидетелей: Саши Синджелича, который был в контакте с русскими агентами, и Мирко Велимировича, который покупал оружие.
Впоследствии оба публично отказались от своих показаний, заявив, что их признания были получены под давлением и не соответствуют действительности.
Саша Синджелич – это сербский националист неопределенного рода занятий, который успел повоевать добровольцем в Донбассе, где, видимо, и обзавелся контактами с представителями российских спецслужб. На момент арестов он был в Белграде, но вскоре добровольно сдался черногорским властям, провел в тюрьме несколько недель, во всем признался и был отпущен на свободу, потому что его статус в деле изменили с обвиняемого на свидетеля.
Тут удивляет не только то, что черногорские власти спокойно отпустили на свободу человека, который готовил госпереворот, убийство премьера и был связующим звеном между заговорщиками и российскими спецслужбами.
Еще более удивительно, что черногорцы отпустили Синджелича на свободу, хотя он находится в международном розыске
– в 2011 году хорватский суд заочно приговорил его к 21 году тюрьмы за то, что он убил фермера и угнал трактор в одном из приграничных районов Хорватии. Даже сейчас, когда черногорский суд уже закончился, Синджелич по-прежнему свободно перемещается между Белградом и Подгорицей.
На этом странности с Синджеличем не заканчиваются. В марте 2019 года, когда он уже дал все показания на процессе, полностью подтвердив версию обвинения об организованном Россией заговоре, Синджелич пришел в эфир одного из крупнейших сербских телеканалов и, к удивлению ведущих, заявил, что его показания в суде были враньем. Что никакого плана переворота не было, а он просто получил от русских деньги на организацию антинатовских протестов в Черногории.
А дальше ему пришлось подписать и выучить версию, которую навязали ему черногорские власти, чтобы выйти на свободу самому и помочь освободить других арестованных сербов.
Также выяснилось, что Синджелич не первый раз выступает с таким объяснением случившегося – есть записи, сделанные на телефон, где он рассказывает то же самое в частном порядке.
Второй ключевой свидетель Мирко Велимирович – косовский серб и тоже участник одного из сербских националистических движений. Он отвечал за закупку оружия для заговорщиков. Он получил от Синджелича 25 тысяч евро, на которые должен был купить полсотни автоматов и несколько тысяч патронов к ним.
Однако за несколько дней до выборов Велимирович ужаснулся тому, что собирается сделать, поэтому поехал в черногорскую прокуратуру и во всем признался, раскрыв заговор властям. По словам Велимировича, затем он, по просьбе прокуратуры, все-таки закупил оружие у косовского албанца Фадиля, но сразу же выбросил его в водохранилище Газиводе – тоже по просьбе прокуратуры.
То есть черногорская прокуратура сама попросила ключевого свидетеля уничтожить одно из основных доказательств.
Мало того, за прошедшие с тех пор два с половиной года никто не пытался прочесать дно водохранилища в поисках утопленного оружия. Также не было попыток разыскать и привести в суд торговца Фадиля, хотя Черногория давно установила с Косовом дипломатические отношения и ничто не мешало ей обратиться за помощью к косовским властям.
В апреле 2017 года Велимирович, находясь в Сербии, в присутствии нотариуса написал заявление, что отказывается от своих показаний и что такое признание его заставила сделать черногорская прокуратура. Правда, через некоторое время он заявил, что берет свои слова назад, снова подтверждает признательные показания и что этот отказ был сделан под давлением.
В итоге Велимирович и Синджелич проходили по делу как свидетели и тюремных сроков не получили.
Впоследствии из пяти признавшихся в организации заговора от своих показаний также отказался Александр Чурович. По его словам, черногорские власти и представители посольства Сербии уговаривали его подписать признание и выйти на свободу через пять месяцев, а не дожидаться общего суда с риском провести в тюрьме 10–15 лет. Он согласился, подписал и действительно был освобожден через несколько месяцев.
Очередное проявление удивительной мягкости черногорского правосудия, где за попытку свергнуть правительство и убить премьера люди получают несколько месяцев тюрьмы и небольшой денежный штраф.
Какие ваши доказательства
Нельзя сказать, что черногорские власти не предъявили совсем никаких доказательств связи между сербскими заговорщиками и судимыми заочно российскими гражданами Эдуардом Шишмаковым и Владимиром Поповым, про которых довольно убедительно установлено, что они из ГРУ. Есть фотографии, на которых Синджелич встречается с Шишмаковым в белградском парке, а также Шишмаков вместе с Поповым в том же парке.
Есть данные о денежном переводе на $800 через Western Union, который в сентябре 2016 года сделал Эдуард Шишмаков из Москвы Саше Синджеличу в Белград. По словам Синджелича, на эти деньги он купил билет, чтобы слетать в Москву получить инструкции, но отметок об этом в его паспорте не осталось, потому что его якобы провели мимо пограничного контроля.
Есть запись короткого телефонного разговора Велимировича, по всей видимости с Шишмаковым. Шишмаков отвечает по-русски, не особо понимает, когда Велимирович на сербском сообщает ему, что купил «ракию» (оружие), но в целом не удивляется сербскому звонку и просит передавать всю информацию через Синджелича. Также есть многочисленные записи разговоров сербских заговорщиков между собой, где они нервно обсуждают план переворота.
Наконец, есть изъятые у Синджелича несколько телефонов (в том числе в чехле «Вооруженные силы России»), 125 тысяч евро наличными, полицейская униформа, дубинки, маски и прочие атрибуты черногорских силовиков, одевшись в которые заговорщики должны были открыть стрельбу по оппозиционному митингу и таким образом спровоцировать массовые беспорядки. По словам черногорских властей, Синджелич несколько десятков раз созванивался с Шишмаковым в дни накануне и сразу после парламентских выборов.
В принципе, все это довольно убедительно показывает, что Синджелич действительно был в контакте с российскими агентами и они обсуждали что-то не самое легальное.
Но это имеет довольно слабое отношение к двум важнейшим аспектам обвинения: что готовился именно госпереворот с убийством премьера и что в заговоре участвовала черногорская оппозиция.
Двух лидеров Демократического фронта (главное оппозиционное движение Черногории), Андрию Мандича и Милана Кнежевича, пристегнули к делу позднее. Их нет ни на фотографиях, ни в записях разговоров, у них не изымали ни русских телефонов, ни денег, но это не помешало суду приговорить к пяти годам тюрьмы каждого. Правда, черногорские власти не торопятся выполнять решение суда – по всей видимости, рассчитывают на то, что надоевшие лидеры оппозиции сами уедут в Сербию.
Патрушев и 500 заговорщиков
В контекстеКриминальное псевдогосударство сепаратистов Москва официально придерживается Минских договоренностей, однако не собирается выполнять свои обязательства и продолжает поддерживать своих ставленников, выстраивающих на Донбассе параллельные псевдогосударственные структуры.
В истории с черногорским переворотом можно еще долго перечислять всякие странности. Например, в качестве доказательства причастности России часто приводится «неожиданный» визит в Белград Николая Патрушева 26 октября 2016 года – якобы он поехал выручать попавшихся агентов. Но в реальности в визите Патрушева не было ничего неожиданного – его дата была известна до черногорских арестов. А рассказы, что в тот день Сербия выслала двух российских граждан, основаны только на статье в газете Danas, которая в свою очередь ссылается на неопределенные источники, близкие к сербскому правительству.
За два года судебного процесса мы так ничего и не узнали про 500 человек, которые, по словам черногорской прокуратуры, участвовали в заговоре. Осуждены всего 13, в том числе два лидера оппозиции и два россиянина заочно.
Или 50 человек коммандос, которые, по словам прокурора, сидели в засаде в одном из районов Подгорицы, готовясь уничтожить антитеррористические подразделения Черногории, – где хотя бы какие-то следы их присутствия? Сразу после переворота сербский премьер Александр Вучич уверял, что ему показали неопровержимые доказательства, что некие иностранные силы следили за перемещениями Джукановича – почему эти доказательства показали только Вучичу, но не на суде?
В принципе, в нормальных условиях даже небольшой части из перечисленных странностей было бы достаточно, чтобы вызвать серьезные сомнения в реальности черногорского заговора – особенно если учесть, что речь идет о единственной стране Восточной Европы, где власть так ни разу и не сменилась после краха социализма.
Но черногорская история настолько точно попала в популярные стереотипы, что всем стало не до подробностей.
Вежливые люди, Донбасс, Малофеев – когда столько всего уже доказано, то почему бы не добавить в этот ряд еще и Черногорию, даже если ее доказательства выглядят совсем бледно? С определенного момента репутация начинает работать на вас.
К тому же Россия в очередной раз продемонстрировала свое нежелание и неумение хоть как-то работать с международным общественным мнением, отдав его в полное распоряжение Джукановичу и его союзникам. Ведь гораздо удобнее верить, что все на свете подконтрольно и куплено, чем рисковать, пытаясь объяснить, что поддержка оппозиционных митингов и подготовка госпереворота с убийством премьера – это очень разные вещи.
В результате вердикт черногорского суда, несмотря на вопиющие натяжки, вряд ли будет пересмотрен. Москва считает, что возражать Черногории – ниже ее достоинства. Западу неинтересно разбираться в деталях политической жизни маленькой балканской страны с полумиллионом человек.
А главными проигравшими становятся сами черногорцы, потому что после такого приговора Мило Джуканович, несомненно, сможет обновить свою индульгенцию на роль прозападного демократического лидера, чтобы остаться у власти на очередной срок.
* * *
Максим Саморуков
Московский центр «Carnegie»