И куда теперь податься Петрову с Бошировым? Только в Госдуму, очевидно
Когда английская полиция опубликовала фотографии и имена Александра Петрова и Руслана Боширова — двух людей, подозреваемых ею в отравлении Сергея и Юлии Скрипалей, российское общество разделилось: одни считали, что Петров и Боширов теперь скоро станут новыми депутатами Госдумы вместе с Андреем Луговым, другие — что мы никогда о них не услышим.
В контекстеПетров и Боширов Если бы я такого человека встретил на улице, у меня не было бы и маленького, даже самого маленького сомнения, что передо мной кадровый офицер. Вот у него погон нет, а я их вижу. И там не меньше, чем капитан. Длинная прическа может отвлечь, но только неопытный взгляд.
Дмитрий Гудков, кажется, первым написал о том, что России ничего не стоит развеять все подозрения: для этого Петрову и Боширову нужно просто немедленно выйти в свет и объяснить, что они не виноваты и все это — результат каких-то ужасных совпадений.
Видимо, блог Гудкова задел Кремль не по-детски, потому что Петров и Боширов объявились, и не где-нибудь, а на канале RT — том самом, испанская редакция которого брала интервью у «испанского диспетчера Карлоса» после сбитого малайзийского «Боинга».
Петрову и Боширову надо было объяснить очень сложную вещь.
Напомню, что Петров и Боширов — два состоятельных бизнесмена, согласно документам, которые они подавали на визу, у них на счетах серьезные средства — прилетели в Лондон и поселились в отеле, где номер стоит 48 фунтов (то есть по лондонским меркам в полуночлежке).
Дальнейшее их расписание было таково. Они прилетели в Гатвик в пятницу, 2 марта, в 3 часа дня, поехали на ж/д вокзал Ватерлоо (в 6–7 часов вечера) и после этого — в отель.
На следующий день в 11 утра они поехали в Солсбери, приехали туда в 2.25, провели там ровно 1 час 45 минут и уехали поездом в 4.10 (англичане полагают, что это была разведка).
На следующий день они снова поехали в Солсбери (на этот раз они покинули отель в 8 утра), снова провели там немного времени, вернулись в Лондон в 4.45 и уже в 6.30 сели в метро, чтобы ехать в аэропорт. При этом у них было два билета: на рейс вечером 4 марта и на утренний рейс 5 марта. Они улетели пораньше.
Получалась удивительная картина.
Двое взрослых состоятельных мужчин приехали в Лондон и все 48 часов своего пребывания потратили на две тяжелые поездки в Солсбери.
Дорога в Солсбери занимает на поезде не менее полутора часов в одну сторону. А в самом Солсбери они при этом провели куда меньше времени, чем в дороге.
В контекстеНаказание за «скверные поступки» Напомню, что недавно США выслали из страны 60 сотрудников российской дипмиссии и закрыли генконсульство в Сиэтле — в связи с обвинениями в попытке отравления бывшего разведчика Сергея Скрипаля и его дочери в английском городке Солсбери.
У каждого разумного человека, естественно, возникает вопрос: а что им там, в Солсбери, было медом намазано? А если им так хотелось посмотреть на собор в Солсбери, почему в Солсбери же и не остановиться?
На это Петров и Боширов ответили так: оказывается, они ездили в Солсбери посетить собор, но первый раз промокли, замерзли и уехали — погода в этот день была совершенно ужасная.
А на второй день они приехали, чтобы снова посетить собор. Но снова промокли и снова быстро уехали.
«Друзья нам давно советовали посетить прекрасный туристический город Солсбери — там есть знаменитый собор, Солсберецкий (sic!) собор, он знаменит во всем мире. Он знаменит своим шпилем 123-метровым, он знаменит своими часами, самыми первыми, которые были изобретены в мире и которые до сих пор идут», — объясняли герои цель своей поездки Маргарите Симоньян хорошо заученными фразами из «Википедии».
И вообще они хотели в Стоунхендж, но из-за плохой погоды не доехали.
«Когда вы прилетели в Британию, у вас был с собой «Новичок»?» — строго спрашивала Симоньян. «Нет, это вообще бред!» — отвечали «интервьюируемые».
На резонный вопрос: «А что вообще объединяет вас двоих?» — даже возмутились: «Давайте не будем лезть в личную жизнь! Мы пришли сюда за защитой, а получается допрос».
После этого герои программы перешли в наступление.
Оказывается, это они жертвы. Их жизнь превратилась в кошмар. Они не знают, что делать. Они боятся за свою жизнь.
За жизнь своих близких. (Ну да, наверное, английская разведка уже изыскивает способ, как отравить «Новичком» этих самых близких.)
В контекстеВсе яды Путина Тереза Мэй в понедельник заявила, что Россия «с большой долей вероятности» несет ответственность за покушение на Сергея Скрипаля и его дочь Юлию на британской территории, а орудием преступления было химическое оружие из семейства веществ «Новичок».
Зачем Кремль пошел на эту клоунаду?
Очень просто.
Это главный пиар-рецепт Кремля: на каждый нарратив создавать свой контрнарратив.
Согласно этому контрнарративу, это Россия постоянно является жертвой. А все ее враги являются агрессорами.
Это они убивают Литвиненко, травят ядом Скрипалей, чтобы нагадить России, и распыляют газ в Сирии. Это же украинцы сбили малайзийский «Боинг».
Если Россию обвиняют в крушении «Боинга», то новость на RT подается так: «Расследователи делают выводы до окончания расследования — русский представитель в ОБСЕ». Если выкатывают новые улики, то сообщается: «Россия не может принять «необоснованные заключения» о падении MH17 — представитель России в ООН».
Если кто-то говорит про российского оленя, что он олень, то кремлевской пропаганде всегда важно процитировать какого-нибудь «эксперта», убеждающего, что это лошадь. Не важно, насколько заявление правдоподобно. Главное, что оно как пиар-повод существует. Если оно существует, государственное телевидение и RT могут с важной миной обсуждать его как «версию событий».
Тот факт, что благодаря этим заявлениям на Западе нас давно уже воспринимают как патологических лжецов, пропагандистов не волнует. Ведь без этих заявлений у них не будет работы. Представляете, какие рейтинги будут у этого интервью RT? Уж на этот раз его все процитируют!
К тому же такого рода заявления служат лакмусовой бумажкой: веришь, что лошадь — это олень, значит, свой. Не веришь — значит, продался Госдепу.
Тебя надо вызвать на дуэль и размазать печенку по асфальту.
«Мы в таких непонятках, что нам делать, когда жизнь полностью перевернулась», — говорили в интервью Петров и Боширов, и на этот раз, вероятно, совершенно искренне. В самом деле, прежней жизни Петрова и Боширова пришел конец. Разъезжать по Европе, как раньше, они явно не смогут, а что делать? Куда идти?
Очевидно, в Госдуму.
* * *
Юлия Латынина
«Новая газета»