Мемориал палестинскому блефу
Этот секрет до того символичен, что репортеры, пишущие на палестинскую тему, будут скрывать его от вас до последнего: там ничего нет! Ничегошеньки! Вот они, натуральные потемкинские деревни, мемориал тому, чего никогда не было, призрак, мираж, фата-моргана. И все – для того, чтобы скрыть! Что? Сейчас объясню…
Август 2018
«Палестинский город призраков» - это название было выбрано корреспонденткой Frankfurter Allgemeine, посетившей в июле 2018 года великий палестинский блеф, один из самых грандиозных среди когда-либо существовавших - призрачный город Раваби (»Холмы» на арабском).
Подзаголовок же звучал так: «Почему никто не хочет здесь жить?», а еще: «Магазины есть, но где же покупатели?». К слову, статью несложно найти в сети.
«Это город-призрак, - продолжает сочувствующая им корреспондентка, - здания выглядят покинутыми, в большинстве окон закрыты жалюзи, на улицах ни души. Лишь ветер гуляет между домами, словно в безлюдной степи. И списки имен возле домофонов пусты.
Единственной достопримечательностью в этом оголенном городе является торговый центр под названием «Q», но и он безлюден. Усталые продавцы, увидев корреспондентку, бросаются ей навстречу: «Велкам! Это все для тебя», - говорят они с горьким юмором. Так почему же они все еще там, если нет ни одного покупателя? «Они спросили нас, сколько мы хотим заработать, и пообещали восполнить все, чего мы не доберем». Блеф спускается сверху вниз…
Корреспондентку подвезли к амфитеатру, выстроенному в римском стиле, как и всех остальных наивных гостей. Один-единственный человек сгребает там листья рядом с детской площадкой. Но детей нет. Лишь в конце недели сюда приезжают из окрестных мест. А потом? Никого. Город рассчитан на 25 тысяч жителей, но выкуплено лишь 200 квартир, да и те в качестве инвестиций. Вот только сдавать их некому.
В контекстеБитва карликовых партий под знаменами прогресса и духовности Принципиальность НДИ должна была бы проявляться в борьбе за справедливое решение главных социальных проблем Израиля. НДИ не протестует против того, что доступное жилье в Израиле получают только избиратели ШАСа и Яадут ха-Тора. НДИ не отстаивает права студентов, когда ультраортодоксы борются за усиление поддержки ешиботников.
Ровно год назад мы уже писали про этот надуманный призрачный город. И уже тогда сообщалось о 200 выкупленных квартирах. Иными словами, за целый год не было куплено ни одной. А кто их там вообще купил? Главным образом, наивные израильские арабы, собиравшиеся сдавать их в аренду, но как выяснилось, попавшие впросак.
А все потому, что поверили в палестинский блеф.
Масштабной, но совершенно излишней работой (»гигантоманией»), называет это все корреспондентка. И все тут выглядит нарочито. «Будто огромные костяшки домино, выстроившиеся в одном и том же стерильном стиле». Дело, по ее словам, запуталось в этом году еще больше, когда жители окрестных деревень заявили, что землю у них выкупили обманным путем по заниженной цене: им угрожали, что израильтяне конфискуют у них эту землю, а потому им следует поторопиться с продажей. Но теперь они хотят получить за нее настоящую цену.
Город лжи и обмана, простаков и дураков. Впрочем, простаков, возможно здесь и не было.
Ниже приводится статья, написанная ровно год назад. С тех пор, однако, ровным счетом ничего не изменилось в городе, на котором лежит проклятие, палестинское проклятие. Проклятие заброшенного уже много лет города.
Август 2017 года
1.
Когда в 2010 году работы по строительству «палестинского» города Раваби (»Холмы» на арабском языке) начались, предприниматели и СМИ в Израиле без устали расточали комплименты. Вполне в духе обамовских иллюзий того же периода. «Построение палестинской нации», «город будущего», «магнит для молодого и предприимчивого населения», «средний класс», «город высоких технологий»… И все это – всего за каких-то 750 миллионов долларов. Город был запланирован в 10 км к северо-западу от Рамаллы, неподалеку от еврейского поселка Атерет в Самарии, на холмах, возвышающихся над Гуш-Даном и аэропортом Бен-Гурион.
Откуда взялись эти немалые деньги? Правительство Катара решило заняться установлением фактов на местности в «государстве Палестина» и воткнуть город на территории «А», «В» и «С», в полном противоречии с израильской позицией.
Цель заключалась в том, чтобы создать очередной очаг провокации под видом города, олицетворяющего торжество столь обожаемой в мире «политкорректности».
Именно так Катар завоевывал общественное мнение на Западе, особенно среди американских демократов – с помощью хитрости и обмана. В качестве инвестиционной компании выступил катарский концерн Diar, полностью принадлежащий правительству Катара. Присутствие Катара невозможно проигнорировать и сегодня: катарские флаги развешаны по всему новому городу. Одним словом, всем ясно, кто тут настоящий хозяин.
В контекстеКак прокололи мыльный пузырь… Решение Орбана как бы поставило перед остальными странами вопрос: почему вообще надо встречаться с Абу Мазеном и другими подобными ему бандитами? Кто, собственно, такие эти люди, что их нужно удостаивать визитом наравне с премьер-министром Израиля?
Проект, который был представлен тогда Израилю и миру: 25 тысяч жителей в течение трех лет после завершения строительства, а может и все 40 тысяч. Завершение же должно было состояться в 2013 году. И хоть задумывалось это как этакое олицетворение «палестинской государственности», на деле «палестинского» тут было совсем немного. Пожалуй, только простые строительные рабочие оказались набраны из местных. Планирование и финансирование же были, как уже сказано, иностранными.
А в качестве местного предпринимателя выступил американец, по происхождению палестинский араб, 56-летний миллионер Башар аль-Масри, давно уже проводящий большую часть своего времени не в Иудее и Самарии, а в своем американском доме в Фолс-Черч (штат Виргиния) и обладающий иммунитетом благодаря американскому гражданству.
Аль-Масри из семьи шхемских миллионеров, иммигрировавших в США. Сам он вернулся после соглашения Осло. Вот он-то и стал англоговорящим лицом Раваби, да чего уж там, он и есть Раваби.
Израильские СМИ намеренно окрестили этот блеф «палестинским Модиином», как бы проводя аналогию с огромным новым еврейским городом, созданным в конце XX века неподалеку. Вот только ничего общего с успехом разросшегося за несколько лет до города со 100-тысячным населением Модиина у всего этого не было и в помине. Как, впрочем, нет и теперь.
В итоге строительные работы закончились в 2015 году. С опозданием на два года. Конечная стоимость же подскочила до 1,4 миллиарда долларов, вдвое больше запланированной.
К слову, нынче к ней прибавились еще и текущие расходы, достигающие 100 миллионов долларов в год. Самое же странное заключалось в том, что новенький, с иголочки, город так и остался пустым.
Год спустя после завершения строительства Раваби, в августе 2016-го, случайный англоязычный турист поражен совершенно безлюдным, городом, выстроенным в абсолютно пустом месте. Он приехал сюда из Рамаллы и возвращается в Рамаллу, запечатлев сюрреалистические виды пустынных кварталов, и так и не дождавшись от собеседника, вероятно, представителя отдела продаж, вразумительного объяснения увиденному. К слову, и в августе 2018 здесь все по-прежнему тихо и безлюдно. Ничего не изменилось с тех пор.
Продавец, как видно, из молодых представителей клана аль-Масри, сыплет все теми же пустыми лозунгами, не имеющими никакой связи с реальностью. Сплошная ложь, но зато бойко и по-английски.…
А есть ли он вообще, этот «палестинский средний класс»? А может, это просто вскрылся еще больший блеф - приписка целого миллиона жителей автономии, в реальности никогда не существовавших?
Потемкинская деревня «конфликта». Строили город, чтобы тот облек в плоть их химеры, на деле же химеры превратили город в грезы.
И два года спустя после завершения строительства, в 2017-ом, город по-прежнему абсолютно безлюден. Из 6000 единиц жилья (почти всех располагаются в 4-9 этажных зданиях) выкуплено около 200, то есть примерно 3%. Это натуральный город-призрак, в котором ветер гоняет песок с одного холма на другой.
Кто же эти редкие покупатели и почему они не переселились сюда? Да потому, что все они были инвесторами – купили, чтобы сдавать квартиры в аренду.
Либо израильские арабы, наслаждающиеся всеми привилегиями (они и «палестинцы», и обладатели израильского удостоверения личности), либо палестинские арабы, проживающие в странах Персидского залива. Ни те, ни другие, разумеется, не собирались здесь жить. Они просто наивно поверили аль-Масри, говорившему о десятках тысяч жителей, и, верно, уже подсчитали свои доходы с арендной платы. Ходят слухи, что есть там и несколько еврейских инвесторов, оформивших покупку через подставных лиц.
У тех немногих, что все же перебрались сюда жить, очевидно, все заложено-перезаложено и просто не осталось другого выхода. Следует учесть, что в автономии продолжает раздуваться гигантский кредитный пузырь, который неминуемо однажды взорвется.
Проблема Раваби имеет и демографический аспект. Нынешние семьи палестинских арабов невелики. Рождаемость упала до 2,5 ребенка на мать. Главная же цель молодых в этом обществе состоит в том, чтобы поскорее эмигрировать. Многие из потенциальных покупателей квартир в Раваби давно уже живут в Германии.
Май 2017 года, два года после завершения строительства. Тур по «палестинскому Диснейленду». Попытки маркетологов продать квартиру потенциальным покупателям, глядящим на это все весьма скептически. Каковы предлагаемые цены? От 65 тысяч до 180 тысяч долларов, в квартирах от 93 до 350 метров. По словам продавца, цена за метр - 700 долларов. Это астрономические цены для подавляющего большинства «палестинцев». Нет, это отнюдь не город для расселения беженцев, на которых всем глубоко наплевать. Это закрытый город для привилегированных и богатых.
Но ходить пешком по городу Раваби (напомним, это название означает «холмы») невозможно, это крайне утомительно – сплошные подъемы и спуски.
А общественного транспорта нет. Что же делать потенциальным жителям?
У многих ведь нет своего транспорта. Продажи тем временем не идут. И те, что уже купили, застряли с ними, поскольку вторичного рынка нет. Вот же засада! Предприниматель утверждает, что «продажи процветают». Но говорит он это уже несколько лет подряд. На съемке же мы видим плотно закрытые жалюзи окон, и никаких признаков жизни. По крайней мере, за пределами торгового центра «Q».
2.
Самой главной из проблем, обрушившихся на этот проклятый город, стал крах Катара, последовавший вслед за суннитским бойкотом, объявленным этому карликовому государству. Вызванный бойкотом финансовый дефицит привел к повсеместному сокращению катарских инвестиций. В том числе, к слову, и в секторе Газа. Ливанская газета «Аль-Ахбар» (близкая к шиитской оси, и, следовательно, в этом случае, более надежная) отмечает, что Катар участвует примерно в 100 проектах в секторе Газа и построил более 1000 единиц жилья стоимостью в полмиллиарда долларов (город Хамад, в честь отца нынешнего катарского эмира).
Теперь Катар уходит оттуда. Так кто же станет поддерживать фальшивый город Раваби?
Без финансов Катара весь этот могучий денежный насос застопорится, превратившись для покупателей в ловушку.
Рамальская администрация всегда относилась к Раваби с большим подозрением, прекрасно зная, что весь проект – это катарская затея, лишь слегка замаскированная под местную инициативу.
Поэтому власти автономии приложили все усилия, чтобы затормозить проект: не подвели к нему общественный транспорт, не обеспечили общественный транспорт внутри города, отказались распространить на город свою систему образования, ну и т. д. Посещающие строительство чиновники автономии относятся к нему как к «чудищу заморскому». Короче проект застрял.
Теперь же все усложнилось еще больше из-за возникшей перед властями автономии необходимости выбрать лишь одну сторону – либо Саудовскую Аравию с Египтом и Иорданией, либо – Катар. Если автономия продолжит свой проект с Катаром, то потеряет последних сторонников в арабском лагере. Если же присоединится к ним, уйдет Катар. Опять засада! В итоге в администрации автономии решили не предпринимать вообще никаких шагов, что застопорило и осложнило грандиозный проект Раваби еще больше.
Он разругался с администрацией Трампа, прекратившей в ответ оказывать ему финансовую поддержку. Его сын, Ясер Аббас, был замечен в Катаре на следующий день после объявления саудовского бойкота – торопился вывести оттуда свои частные инвестиции.
3.
Кроме того, на город обрушилась целая лавина слухов, еще больше отпугивающая потенциальных покупателей. Распространяются слухи нынче через социальные сети, стремительно приобретая видимость правды.
Вроде как религиозные шейхи объявили Раваби слишком «западным» городом, а потому непригодным для жизни мусульман.
А некоторые шейхи, мол, и вовсе, прокляли тех, кто станет там жить, пообещав, что не видать таким отступникам рая.
Согласно же другому слуху, в этом безлюдном городе произошла перестрелка, и даже были раненые.
А еще утверждают, что предприниматель аль-Масри, осознав, что его проект обанкротился, пытался сбежать в США, но власти автономии его пускали. И что в итоге он все же уехал, оставив в залог три миллиона долларов.
Рассказывают также, что аль-Масри, мол, заявил, будто «Раваби важнее Иерусалима». И это вызвало шквал осуждений в адрес как самого аль-Масри, так и города.
А еще, писали, что евреи тоже купили в городе квартиры. Более того, что, мол, город сотрудничает с Израилем. Так, например, аль-Масри якобы сумел убедить израильскую высокотехнологическую компанию Mellanox (производителя телекоммуникационного оборудования) взять на работу около 100 местных программистов, которые скоро переберутся работать в Раваби. А это уже вроде как нормализация (»татбиа») – то есть предательство и подлость. И тем, кто на такое решится, несдобровать.
Наконец, предположили, что аль-Масри специально строил очень плотно, чтобы получить максимальную прибыль, и что теперь, мол, он утверждает, будто нет никаких шансов вернуть инвестиции.
Все эти слухи сам аль-Масри, конечно, отрицал. Преуспел ли он в этом? Вряд ли, ведь в арабском обществе слухи обладают колоссальной разрушительной силой.
Так или иначе, покупателей нет как нет. Те же, кто успели купить тем недвижимость и оказались заложниками ситуации, опубликовали совместное заявление, осуждающее слухи. Они заявили, что это «абсолютно палестинский город», патриотический - нет тут никаких евреев. Но никто не верит этим осуждениям, поскольку в покупателях видят либо коррумпированных богачей, либо и вовсе чужаков.
4.
В июле 2017 года под звуки фанфар состоялось торжественное открытие того, что было представлено в качестве спасения города: торгового центра под названием «Q». Почему Q? Да потому, что это первая буква в слове «Катар». И чтобы никто даже не сомневался, центр окрашен в темно-бордовый цвет флага этой страны. В торговом центре оборудована огромная парковка для тысяч автомобилей, запланированы десятки магазинов, кафе и даже кинотеатр.
Ведут в торговый центр пять входов, вполне отвечая духу мегаломании, полностью лишенной чувства реальности: Яффо, Иерусалим, Доха (столица Катара), Газа и Наблус (Шхем). Короче, в этом городе есть лишь один центр – торговый.
Вот только в появившихся в сети роликах центр этот выглядит практически безлюдным. На подземной автостоянке нет автомобилей. Магазинов очень мало.
И все они пусты, поскольку цены тут превышают возможности большинства окрестных жителей.
В контекстеБурная реакция Любопытно также услышать из уст потенциального партнера «по мирному урегулированию» Абу Мазена, что Иерусалим «был есть и будет арабским, мусульманским, палестинским городом, а также столицей палестинского государства».
Несмотря на все усилия аль-Масри, международные компании не торопятся открыть здесь свои представительства. Для арабских сетей – это по-прежнему Израиль, который они бойкотируют, другие компании не видят здесь рынка, а третьи, запутавшись в политических хитросплетениях местных реалий, предпочитают вообще держаться подальше, чтобы не попасть под бойкот или другие неприятности.
Видео, сделанное мажорными мальчиками, прибывшими из Рамаллы в безлюдный катарский торговый центр, и обнаружившими огромную пустую парковку. По крайней мере, один из них там опорожнился, так что назвать этот визит совсем уж бесполезным нельзя.
5.
Амфитеатр – изначально совершенно неясно, кому нужен здесь амфитеатр на 15 тысяч мест, с греко-римскими колоннами, наподобие тех, что можно увидеть в Герасе (Джараше), что в Иордании, или у нас в Кесарии. Это, конечно, круто смотрится на проспектах для иностранных арабских инвесторов, но на практике амфитеатр стоит совершенно пустой и понемногу начинает разваливаться. Аль-Масри пытался его как-то оживить. Он стал платить арабским артистам, чтобы те приезжали выступать там раз в году, в августе.
В позапрошлом году там состоялся концерт тунисской певицы Сабер Аль-Рубаи, а в прошлом - популярного иорданского певца Омара Аль-Абдалата.
На первый взгляд может показаться, что это был успех – многие приехали на концерт из Рамаллы, были даже израильские арабы. Но и здесь не обошлось без осложнений.
Концерт должен был состояться в июле – в самый разгар конфликта вокруг установки рамочных металлодетекторов в иерусалимском Старом городе. Многие считали, что аль-Масри обязан отказаться от проведения «праздника» в подобный момент. Он же настаивал на запланированной дате, что вызвало резкую критику. В конце концов вроде как сам певец попросил отложить концерт, состоявшийся в итоге на месяц позже.
Но вся эта история опять нанесла колоссальный ущерб городу. Вот тогда и появились слухи, мол, аль-Масри сказал, что «Раваби важнее Иерусалима». Он, конечно, все отрицал, но, как говорится, осадок остался. Многие стали воспринимать Раваби как уступку, этакую форму капитуляции. Короче - проклятие.
Для Аль-Масри очень важно представить миру Раваби, а через него палестинских арабов, как людей западных, цивилизованных, просвещенных.
Так, он организовал шахматный турнир для женщин, построил в городе установку для прыжков «банджи» (которая не работает). Но и это, прямо скажем, не очень помогло. Тем, кто интересуется, он вновь и вновь обещает, что «скоро» произойдет заселение, и так раз за разом.
При этом все, что происходит в этом «городе», является результатом исключительно его личной инициативы. Все сверху донизу. Нет там местных властей, как нет и никакой самостоятельной жизни. Искусственный город с командой роботов, выполняющих распоряжения аль-Масри.
6.
Ну и кто виноват в этом отчаянном положении? Мы, разумеется! Сначала предприниматель оправдывал задержку в строительстве и отсутствие продаж отказом Израиля снабжать город водой. Когда в 2015 году этот вопрос был решен (администрация Обамы, свято верившего в этот блеф, вмешалась и надавила на израильское правительство), возник новый аргумент: мол, нет нормального въезда в город - Израиль не позволяет. И это тоже было решено, теперь есть даже не один, а множество подъездных путей.
Но по-прежнему в каждом своем интервью (а их бесконечно много) аль-Масри долдонит об «оккупации». Мол, мы помешали, мы не дали, мы сорвали.
Но вот же, нет больше никаких помех, правда начинает раскрываться. Кого теперь винить? Нас, нас, кого же еще…. Теперь мы опять «ставим препятствия».
Раваби - это шоу одного актера, аль-Масри. И всегда одно и то же: интервью на беглом английском, прогулка по торговому центру, мимо амфитеатра, увешанного постерами Мэрилин Монро и прочих культовых персонажей Запада. И вот очередной американец возвращается домой с иллюзорным ощущением того, что он помог «делу мира».
Вот только это никакой не город. Это мемориал политкорректности, блефу и обману. Памятник миражам или, может статься, мираж памяти?
7.
Заговор молчания: израильские журналисты, пишущие на «палестинские» темы, два с половиной несменяемых псевдоэксперта, прекрасно знают грустную правду. Но они скрывают ее. Напротив, раз в год восторженный репортер рассказывает нам о «великих чудесах» Раваби.
Есть три причины, почему они это делают: во-первых, чтобы объявить «палестинское государство» свершившимся фактом.
Во-вторых, представить низкий уровень цен там, как антитезис высокой стоимости жизни в Израиле, так сказать, в очередной раз лягнуть правительство.
Ну и в-третьих, показать тамошнее общество как нечто западное, вроде как наступление столь желанного «мира» уже совсем близко, вот, только руку протяни.
Точно также они представляли Башара Асада, когда тот пришел к власти – этаким любителем интернета, а про короля Иордании Абдаллу говорили, что он, мол, любит суши.
В этом смысле, аль-Масри с его блестящим английским подходит для подобных целей просто идеально. Если кто на Ближнем Востоке знает английский язык, да еще и с американским акцентом, Запад будет валяться у его ног.
Пропагандистский ролик 2 канала об открытии торгового центра «Q». Все проинтервьюированные, все до единого, вовсе не живут в Раваби. При этом съемка происходит в ночь Рамадана, когда принято бродить по торговым центрам, гулять, но не покупать. Потом все здесь опять станет пустым и безлюдным.
«Все здесь обеспечивает нормальность», - трещит репортер, хотя нет там никакой нормальности, только «желания и страхи». Аль-Масри играет свою обычную роль. Сюжет полностью скрывает от нас город-призрак, с его пустыми зданиями, флагами Катара и блефом.
Отличный монтаж: неискушенному зрителю показывают на 6-й минуте улицы Рамаллы в ночь Рамадана, Рамаллы, а не безлюдного Раваби, а затем снова торговый центр.
Так создается иллюзия.
К слову, этот пропагандистский сюжет, призванный «отразить реальность мира» для всеядной израильской общественности, вызвал немалый гнев и возмущение у палестинских арабов. Сеть звенела от ярости по поводу «сионистского проникновения» в Раваби и совершенно неприемлемой «нормализации».
Желания и страхи
«Говори «Палестина», - требует один из молодых людей от израильского журналиста, - Мы не признаем Израиль».
Разумеется, в соответствии с принятым у палестинских арабов апартеидом, квартиры в Раваби предназначены только для арабов. Арабы могут спокойно жить в еврейских городах, а вот евреям в арабских – ни-ни. Может, стоит подать иск в Верховный суд? Может он вмешается …. Хе-хе…
Сюжет пытается представить нам Раваби как достижение и успех, но стоит лишь чуть-чуть соскоблить ретушь, и становится ясно, что это полное поражение, развеивающее последние иллюзии.
«Палестинское государство» нынче дальше от воплощения, чем когда-либо. Если вообще, это было хоть когда-то реально. Жгучая ненависть между ФАТХом и ХАМАСом, раскол между Рамаллой и Газой, санкции, враждебная администрация в Белом доме, крах в экономике и цены, может, и дешевые по сравнению с нашими, но недостижимые для большинства палестинских арабов.
Безлюдность Раваби на самом деле свидетельствует, до какой степени мы далеки от «нормализации», от «мира».
Так зачем вообще было звать израильских журналистов? Репортеры хотят вопреки реальности представить «палестинское» процветание, а арабские предприниматели знают, что израильские арабы увидят репортаж и, возможно, клюнут – для них, для предпринимателей, это бесплатная реклама.
Израильские СМИ будут безжалостно высмеивать любые израильские проекты, пусть даже и успешные, зато правду об арабской лжи не скажут никогда.
Эти «репортеры» давно мутировали из представителей СМИ в автономии в представителей автономии в СМИ.
8.
Так кто же еще верит фантазиям о Раваби? О, это же классический продукт деятельности адептов политкорректности. Он полностью оторван от реальности и абсолютно провален, но в воображаемом мире, существующем в умах этих деятелей, он процветает, очаровывая их своим успехом. Западные делегации совершают туда паломничества едва ли не ежедневно.
Аль-Масри дает перед ними свое обычное представление про «мир» и «палестинское государство».
Они трапезничают, беседуют по-английски с американским акцентом, обслуживающий персонал как всегда вышколен и проводит им отшлифованный до мелочей тур по городу.
Среди участников делегаций нередко попадаются и евреи, даже совсем не плохие евреи, просто крайне, крайне наивные. И никто там не спрашивает о том, сколько же еще времени город продолжит оставаться пустым? И, кстати, почему же он пуст? А, ведь, может статься, это все одна сплошная иллюзия, точнее: каменные стены, возведенные на иностранные деньги.
Никто из них не спрашивает, как это так, что город полностью управляется частной компанией, и нет даже видимости участия общества. Исключительно власть чиновников, своего рода щупальца далекого карликового Катара. К слову, покупателям совсем не нравится установленная предпринимателями диктатура: даже у горшков с цветами там свое заранее определенное место.
Все уже спланировано, и жители не имеют ни малейшего права голоса. С точки зрения администрации, вероятно, даже хорошо, что их, этих жителей, там и нет вовсе.
Аль-Масри там – Pater Patriae – «Отец отечества», и, похоже, даже чересчур Pater.
2017: Театр абсурда продолжается, как обычно. Делегация из журнала Forbes приглашена аль-Масри на прогулку по Раваби. Аль-Масри привычно отыгрывает свою пьесу, утверждая, что это, мол, еще не достроенный город. Все в радостном возбуждении. Это конечно ложь, но это же так «политкорректно».
Почему никто не спрашивает, где же сами жители? Да, потому, что делегаты хотят верить. Им так выгодно.
У них тоже есть свои «желания и страхи». Многие из них, в каком-то смысле, и сами точно такие же города-призраки.
Они держат свои глаза широко закрытыми. Ведь им так хочется во все это верить. Они забыли римскую пословицу: Fide, sed cui, vide – доверяй, но смотри, кому ты доверяешь…
9.
Ох уж этот «добрый самаритянин» аль-Масри. Похоже, его уже неоднократно спрашивали, почему же израильские евреи не могут покупать квартиры в городе, неужто Палестинская автономия является режимом апартеида?
Вы можете себе представить, чтобы Израиль официально сделал бы своей политикой отказ регистрировать арабов в земельном кадастре – точно так, как власти автономии запрещают регистрацию евреев в земельном реестре Раваби?
Что бы на это сказали сами палестинские арабы или суннитские депутаты Кнессета?
Но здесь, в автономии, дело обстоит именно так. Ведь это «государство» должно быть свободным от евреев.
А вот наше обязано быть «государством всех своих гражадн». Эти назойливые вопросы, как видно, мешали нашему улыбчивому предпринимателю, и тогда аль-Масри нашел решение – такое же фальшивое, как и все, что построено там на этих холмах.
Он обратился к общине самаритян, живущих в закрытом и изолированном районе над Шхемом (построенном для них нами) и предложил им построить в Раваби самаритянскую синагогу. Таким образом, он сможет теперь объяснять иностранцам, что вот, мол, у нас есть «евреи», одновременно представляя их своим собратьям как «палестинских» самаритян.
«А почему бы и нет, - сказал он в интервью местной газете. - Они являются частью палестинской социальной ткани, и если появится спрос, мы выделим им землю под синагогу бесплатно, как предоставили ее для мечетей и церквей в городе».
Что же касается утверждения о том что якобы это будет синагога для израильских евреев, аль-Масри разъяснил: «Это полная ложь».
Кстати, в этом городе уже есть мечеть (такая же пустая, как и все остальное – жителей-то нет) и даже церковь, правда, только в проекте…
Так или иначе, но немедленно возник слух о том, что он строит в городе «синагогу» и в тот же момент, город был с гневом отвергнут многими. Ведь, в их воспаленном сознании, они уже увидели «очередное поселение».
Ах, недобрый самаритянин!
«Города – словно сны, сотканы из наших желаний и страхов, даже если нити их речей неуловимы, правила нелепы, перспективы иллюзорны и за всем таится что-нибудь иное», - объясняет молодой путешественник Марко Поло старому монгольскому хану Хубилаю в книге «Невидимые города» Итало Кальвино.
Так кто же здесь рисует эти иллюзорные перспективы, и перед кем? Кто кого обманывает? Город своих жителей или жители свой город? Или же оба варианта верны?
Или же, возможно, нет ни города, ни его жителей, и все это не более чем иллюзия, порожденная желаниями и страхами?
10.
Фальшивый город для фальшивого народа.… Но реальность, как всегда, оказывается сильнее любых химер. Построенные израильтянами Модиин или Хариш – это настоящие новые города, стремительно наполняющиеся кипящей жизнью, поскольку спрос велик.
Раваби же – нарочитый, искусственный город, парящий в воздухе, словно мираж - Deceptio visus - оптический обман,
подчиненный внешним и чужим факторам, который никогда не станет зависеть от своих жителей, никогда не станет независимым.
Палестинские арабы большие умельцы. Они всегда побеждают самих себя. А предприниматель аль-Масри? В интервью 2017 года он уже грозил оставить проект: «Года через три моя работа будет выполнена и город перейдет к его жителям». Вот только без него это все мгновенно растает.
И если таков «город будущего», и он столь иллюзорен, что это говорит о прошлом всего этого блефа, да и о будущем тоже?
* * *
Гай Бехор
«Хроники Иерусалима»
Перевод: Александр Непомнящий
«Gplanet»