Правительство серьезно недооценивает себестоимость добычи нефти
Глава Минэнерго Александр Новак стоит на передовой и борется вместе с крупнейшими экспортерами за повышение нефтяных цен, ведь дешевая нефть бьет не только по бюджету, но и по рентабельности добычи: некоторые нефтяные проекты РФ смогут стать окупаемыми лишь при 70–100 долл. за баррель.
Нефтяная отрасль похожа на мину замедленного действия. Несмотря на прошлогодние рекорды нефтедобычи, в целом промышленное производство в России демонстрировало очень скромный рост. По мнению специалистов, которые ранее занимались в правительстве макроэкономическими прогнозами, теперь при сокращении добычи рост промпроизводства в стране остановится.
Более половины министров Организации стран – экспортеров нефти (ОПЕК) примут участие в Российской энергетической неделе, которая пройдет в Москве и Санкт-Петербурге с 3 по 7 октября. Об этом сообщил во вторник глава Минэнерго Александр Новак.
Новак – один из немногих российских чиновников, который буквально держит руку на пульсе и участвует с представителями других нефтепроизводителей в переговорах, напрямую влияющих на доходы российского бюджета и на перспективы экономического роста в стране. Вчера министр поделился последними новостями:
страны ОПЕК и ряд государств вне картеля договорились отслеживать не только добычу, но и экспорт нефти.
В контекстеОт Венесуэлы до Саудовской Аравии Гордиев узел отношений Саудовской Аравии и России - это Иран, жесточайший соперник саудитов, но союзник России и Асада в сирийском конфликте, в котором Эр-Рияд поддерживает повстанцев.
Борьба за восстановление нефтяных цен более чем оправданна.
«Сделка (со странами ОПЕК об ограничении добычи. – «НГ») принесла дополнительные доходы бюджету от повышения цен на нефть минимум от 700 млрд до 1 трлн руб. Компании также выиграли от данной сделки за счет повышения цен на нефть примерно на 30% от начала 2016 года, – сообщил министр в интервью журналу «Нефтегазовая вертикаль». – Конечно, эффект от сделки для компаний меньше, чем для бюджета за счет укрепления рубля и прогрессивной шкалы налогообложения, зависящей от цен на нефть. Тем не менее, поверьте, компании не в убытке».
И хоть министр аккуратно обошел проблему с рентабельностью нефтедобычи, она все же стоит так же остро, как и дефицит российского бюджета. Себестоимость добычи нефти в России составляет 3–8 долл. за баррель, об этом, как передает «Прайм», сообщил вчера замминистра энергетики Антон Инюцын. Ранее другой замминистра – Кирилл Молодцов – говорил, что в случае трудноизвлекаемых запасов и шельфовых проектов себестоимость повышается до 20 долл. за баррель.
Некоторые опрошенные эксперты согласились с оценками Минэнерго. «Себестоимость колеблется в этом интервале (от 3 до 8 долл. за баррель – «НГ»), все зависит от типа месторождения, сложности извлечения нефти. На традиционных месторождениях в Сибири себестоимость добычи равна примерно 4 долл. за баррель», – говорит замдиректора аналитического департамента «Альпари» Анна Кокорева.
Также по темеDie Welt Почему «Роснефть» жизненно необходима Путину La Stampa Мадуро и король Саудовской Аравии посетили Кремль Газета.Ru Россия и Саудовская Аравия: сорванная сделка взорвет мир
Но большинство экспертов назвали оценки министерства все же заниженными. Доцент Высшей школы корпоративного управления Академии народного хозяйства и госслужбы Иван Капитонов сообщил «НГ», что докризисные оценки себестоимости добычи барреля были 12–20 долл. «Ухудшающиеся условия добычи позволяют опять говорить о сопоставимых цифрах – 10–18 долл. на хороших участках», – уточняет он.
«Статистикой о себестоимости добычи нефти в России очень удобно жонглировать. В зависимости от месторождения, способа добычи, сорта нефти она будет меняться, и всегда можно выбирать наиболее удобные для текущего момента цифры и приводить их в пример»,
– обращает внимание аналитик компании «Алор Брокер» Кирилл Яковенко. По его мнению, реальная цифра ближе к 8–10 долл. –
«И это без учета стоимости доставки, как если бы мы представили, что нефть добывается, перерабатывается и потребляется в одной точке. Доставка нефти прибавляет к себестоимости еще около 30–40%, и вот уже получается примерно 13–14 долл. за баррель», – поясняет эксперт.
Оценки действительно сильно разнятся. Некоторые отраслевые аналитики ранее обращали внимание, что нужно учитывать еще расходы на разведку, на поддержание существующих месторождений, и тогда себестоимость добычи барреля возрастает до 50 долл. (см. «НГ» от 20.01.16). Похожие оценки несколько лет назад приводил и глава ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов в интервью ТАСС: по его словам, стабильная работа нефтяной отрасли РФ возможна при цене нефти в 50–60 долл. за баррель.
А на Арктическом шельфе можно будет добиться рентабельности добычи при цене нефти уже от 70 до 100 долл. за баррель,
говорил Новак весной этого года (см. «НГ» от 30.03.17). Напомним, в сентябре 2016-го правительство ввело временный мораторий на выдачу лицензий на разработку новых месторождений Арктического шельфа.
Реализация шельфовых арктических проектов потребует серьезных вложений, понадобится «преодолеть критическую зависимость от импорта оборудования и услуг, которая в шельфовых проектах превышает 90%, а по отдельным видам техники доходит и до 100%». На это указывает «Прогноз научно-технологического развития отраслей топливно-энергетического комплекса РФ до 2035 года», подготовленный Минэнерго.
В прогнозе также упоминается рост себестоимости добычи углеводородов «из-за истощения сравнительно легкодоступных запасов и необходимости разрабатывать труднодоступные запасы, переходить из старых, обустроенных мест в новые, инфраструктурно необеспеченные регионы, на шельф и т.д.».
В одном из проектов Энергетической стратегии РФ до 2035 года прямо говорилось, что «более половины добычи в 2035-м должно быть получено из прироста труднодоступных запасов» (см. «НГ» от 22.09.15). Так что есть риск, что в скором времени даже текущих цен около 55–56 долл. за баррель будет недостаточно для поддержания нефтедобычи на сегодняшнем уровне.
Проблема еще и в том, что Россия, судя по всему, пошла на хитрость, максимально нарастив добычу как раз накануне решения ОПЕК и ряда стран вне картеля ограничить производство нефти.
И на фоне высокой базы прошлого года сейчас нефтедобыча в России действительно сокращается. Но самое главное в том, что даже при максимальных объемах добычи в прошлом году в целом промышленное производство в стране росло очень скромными темпами. Это значит, что теперь при сокращении нефтедобычи промпроизводство рискует остановиться.
Об этом предупреждает бывший директор департамента макроэкономического прогнозирования Минэкономразвития Кирилл Тремасов.
«Минэнерго представило предварительные данные по добыче нефти и газа в сентябре. Среднесуточная добыча нефти вновь слегка снизилась, составив 10,907 млн барр. в сутки (после 10,913 в августе). При этом к сентябрю прошлого года сокращение добычи равнялось 1,9%, – пишет на своей странице в Facebook Тремасов. – Это максимальный годовой провал с конца 2008-го. Еще в августе годовой показатель роста добычи нефти оценивался в 1,9%, а в предыдущие три месяца был около 1%».
Тремасов поясняет, с чем это связано: «В прошлом году, еще за несколько месяцев до принятия соглашения «ОПЕК+» российские нефтяные компании начали готовиться к ограничению добычи. Стратегия заключалась в том, чтобы максимально нарастить добычу, чтобы потом менее болезненно было ее снижать. Поэтому уже в сентябре прошлого года произошел резкий скачок добычи, а максимум был достигнут в октябре, когда добыча составила 11,23 млн барр. в сутки». «Наблюдаемое сейчас резкое падение показателя роста год к году – это прежде всего эффект высокой базы прошлой осени. И в октябре это падение может быть еще более существенным», – предупреждает экономист.
Указывает он и на замедление роста добычи газа. «Доля добычи нефти и газа в структуре индекса промышленного производства составляет примерно 25,7%. Если не будет какого-то принципиального изменения в динамике обрабатывающих отраслей, то рост промпроизводства в целом, составлявший в июле и августе 1,1% и 1,5% год к году соответственно, может опуститься к 0–0,5%», – делает вывод Тремасов.
Напомним, сейчас Минэкономразвития прогнозирует, что по итогам 2017 года промышленный рост составит 2%.
Опрошенные эксперты в целом согласились с такими опасениями. «Снижение нефтедобычи может поглотить тот небольшой рост остального промпроизводства, который правительство ожидает увидеть по итогам этого года», – говорит Кирилл Яковенко. Да и тот рост, который сейчас фиксирует статистика, находится, по словам эксперта, на уровне статистической погрешности.
* * *
Анастасия Башкатова
- заместитель заведующего отделом экономики «Независимой газеты»
«Независимая газета»