Варшава и Киев на почве исторических обид могут через пятилетку и помериться силами
Памятник Адаму Мицкевичу во Львове. (Фото: «Nautilus»)
События двух мировых войн оставили весьма тяжкое наследие, в первую очередь в Восточной Европе. Здесь имел место многократный передел границ и территорий, породивший множество обиженных, несогласных и стремящихся к реваншу.
Обострению проблем очень способствует рост национализма в странах региона после распада Варшавского договора и развала СССР.
В контекстеФильм «Волынь»: кино о прошлом, которое нельзя забыть Режиссер не забыл показать польские ответные операции, в результате которых погибло до 20 тысяч украинцев. В итоге зритель получает объективную историю волынского ада, места, которое известный американский историк Тимоти Снайдер справедливо называет «кровавой землей».
Как известно, в 1939 году по пакту Молотова – Риббентропа СССР (конкретно – Белоруссия и Украина, а затем и Литва) получил более половины тогдашней территории Польши. В 1945-м по итогам Второй мировой войны Варшава – компенсацию за счет поверженной Германии, эта компенсация по площади превышала потери 1939 года, то есть в итоге послевоенная страна оказалась больше довоенной, хотя пересекалась с ней менее чем наполовину.
Во время Второй мировой в глубине оккупированных Германией территорий шла малозаметная, но чрезвычайно жестокая война на той самой земле, которая в 1939 году отошла советской Украине.
Совершенно антисоветские украинские формирования УНА-УНСО при молчаливом согласии немцев окончательно «изживали» польское население с этих территорий, действуя методами откровенного геноцида. В эпоху Варшавского договора об этих событиях как бы забыли, но после его развала и распада СССР все сразу о проблемах вспомнили, поскольку такое никогда не забывается.
Поляки, разумеется, совершенно не собираются отдавать немцам территории, полученные в 1945 году, но не отказались бы получить назад то, что у них забрали в 1939-м. Украина на протяжении всей своей постсоветской истории занимается перманентной десоветизацией, декоммунизацией и дерусификацией, которые после переворота февраля 2014 года приняли откровенно клинические формы.
Но удивительным образом все эти процессы не распространяются на территориальное устройство незалежной, ведь именно советские коммунисты и создали эту страну в совершенно искусственных границах, многократно превышающих размеры «собственно Украины».
Если быть последовательными в десоветизации, то большую часть украинской территории нужно раздать соседним странам: России (отнюдь не только Крым и Донбасс), Венгрии, Румынии и, конечно, Польше.
С начала 90-х и до сего дня Варшава и Киев внешне демонстрируют тесную дружбу. Польша традиционно является главным адвокатом Украины в ЕС и НАТО, больше всех поддерживает ее в борьбе с «российской агрессией». В 2012 году страны даже совместно провели чемпионат Европы по футболу.
Но память о событиях Второй мировой очень даже жива в обеих странах.
Более того, в Польше помнят и времена Речи Посполитой, когда большая часть нынешней Украины была слаборазвитой окраиной этой страны. В обоих государствах очень быстро растут националистические настроения, которые укреплению дружбы совсем не способствуют, а ведут, наоборот, к нарастанию глухой взаимной ненависти.
В контекстеЕвропу Бандера не интересует Претензии со стороны Варшавы в глазах многих европейских политиков, не готовых разбираться в тонкостях польско-украинских исторических противоречий, скорее, даже позитивная рекомендация. Уж больно современная Польша надоела большинству европейских политиков.
Весьма специфическим образом влияет на ситуацию феномен заробитчанства. Из-за сложнейшей экономической ситуации на Украине миллионы ее жителей работают за пределами страны, больше всего – в России и Польше. Для последней заробитчане до определенной степени являются спасением – они заменяют миллионы поляков, которые в свою очередь уехали работать в страны Западной Европы.
Но на психологическом уровне это порождает у поляков отношение к украинцам как к холопам, которые и должны, исходя из исторических традиций, работать на «польского пана» за копейки.
Это также не способствует примирению.
Звучащие с Украины призывы к полякам забыть прежние обиды и объединиться против русской агрессии встречают в Варшаве реакцию типа «хоть Россия нам и не друг, но чем больше бандеровцев убьют в Донбассе, тем лучше будет Польше».
В последние годы обе столицы все чаще стали обмениваться жесткими заявлениями уже и на официальном уровне из-за различных националистических проявлений в обеих странах.
Ситуация усугубляется политикой насильственной украинизации, проводимой Киевом, в том числе в сфере образования. Эта политика направлена против русских, но бьет по всем национальным меньшинствам, включая поляков. Игнорировать это Варшава не может, хотя до такого серьезного конфликта, как между Украиной и Венгрией, дело пока не дошло.
В ближайшее время, разумеется, дело не дойдет и до полного разрыва, тем более до войны. Однако тенденции в обеих странах весьма однозначны – дальнейший рост национализма, вызванный разнообразными несбывшимися ожиданиями, связанными с «европейским будущим».
Определенным образом на ситуацию влияет и вышеупомянутое заробитчанство (как украинское, так и польское): из обеих стран уезжают наиболее пассионарные, образованные и космополитичные граждане, а остаются менее образованные, зато более консервативные и националистически настроенные, они и составляют все большую долю украинского и польского электората.
При этом сама Европа все сильнее устает от Украины и все больше ссорится с Польшей, где находящиеся у власти правые проводят разнообразные реформы, не соответствующие нынешним европейским леволиберальным представлениям о жизни. Поэтому Брюссель может не захотеть мирить Варшаву и Киев, если это вдруг понадобится.
В контекстеПольша угрожает не пустить Украину в Евросоюз из-за Бандеры Для значительной части украинцев националист Степан Бандера — герой, на западе страны ему установлены памятники... Для Польши Бандера преступник — его считают виновным в терроризме и массовом убийстве поляков в Восточной Галиции и на Волыни в 1943-м.
Нынешние Польшу и Украину очень сильно сближает и объединяет русофобия. В обозримом будущем она никуда не денется и даже не уменьшится, но у этого чувства есть один большой минус: Россию невозможно победить. Поэтому ненависть к ней до определенной степени превращается в самопожирание (особенно, конечно, это относится к Киеву).
А вот своего «друга по русофобии», но такого же исторического врага победить теоретически можно.
Срыв Украины и Польши в междоусобную войну не слишком вероятен, но отнюдь не исключен, особенно по мере роста национализма и все более активного поиска образа врага. Вероятным поводом может стать притеснение польского национального меньшинства на Украине, которое при определенных обстоятельствах имеет шанс дойти до прямых репрессий.
На сегодня ВС Украины несколько сильнее ВС Польши на суше и в воздухе. Лишь польский флот гораздо сильнее украинского, но это не имеет значения, поскольку ВМС стран не суждено встретиться по чисто географическим причинам.
К тому же боевой опыт у украинской армии гораздо лучше, чем у польской (Донбасс и Афганистан – «две больше разницы», никак не в пользу Афганистана). Однако прямо завтра эти армии в бою не сойдутся, а тенденции никак не в пользу Украины.
Польша – одна из очень немногих стран НАТО, которые укрепляют свой военный потенциал, в том числе за счет весьма современных боевых систем.
Украинские же ВС будут деградировать вместе с наукой и промышленностью при отсутствии средств на закупки современной техники за рубежом (по крайней мере в адекватных количествах). Скорее всего постепенно будет растрачен и боевой опыт.
В итоге лет через пять – десять в Варшаве могут всерьез захотеть вернуть хотя бы часть того, что отняли Молотов и Риббентроп. Особенно если Киев даст для этого повод.
Соотношение военных потенциалов почти наверняка будет уже в пользу поляков и не только на море. Да и жители Западной Украины (те, кто еще не уедет в Европу, включая ту же Польшу), возможно, не очень захотят сопротивляться смене гражданства при сохранении места жительства.
Москва же испытает лишь скрытое (или уже даже нескрываемое) злорадство, ибо «бачили очі, що купували, їжте, хоч повилазьте».
Эту замечательную украинскую пословицу на Майдане ни в 2005-м, ни в 2014-м никто не вспомнил.
* * *
Александр Храмчихин
- независимый военный эксперт
«Военно-промышленный курьер»