Досадно мне, что слово «честь» забыто...
Одним из поворотных событий в судьбе Запада, придавшим сильный импульс зарождавшемуся сионизму, было шумное судебное преследование французского капитана-артиллериста еврея Альфреда Дрейфуса, обвинённого осенью 1894 года в шпионаже в пользу Германии.
Его несправедливо осудили, через 5 лет помиловали, ещё через 6 лет оправдали. В ХХ веке миллионы были казнены без вины. Что для нас сегодня дело Дрейфуса, почему мы его помним?
В контексте«Офицер и шпион»: как развивалось громкое антисемитское дело XIX века Парадокс в том, что и Пикар, будучи патриотом, тоже беспокоится о чести армии, только вот трактует он это слово совершенно по-другому: для него честь равна честности. В этом смысле «Офицер и шпион» подобен недавней картине еще одного классика — Клинта Иствуда.
Конец XIX – начало XX века было временем, когда европейские евреи – немецкие и французские – стремились влиться в народы, среди которых жили. Не было больших патриотов своих стран, чем они.
В Мировую войну, начавшуюся в 1914 году, эти евреи совершили множество подвигов ради своих приёмных родин, как трогательный еврей-портняжка в чаплинском «Великом диктаторе» или тот же Дрейфус, в 48 лет в чине майора по состоянию здоровья вышедший в отставку (сказались 5 лет каторжной тюрьмы), но в 55 лет, когда началась Мировая война, вернувшийся в армию, дослужившийся до чина полковника и в 1918 году награждённый орденом «Почётного легиона».
Кроме очевидного аспекта антисемитизма, дело Дрейфуса сегодня поражает приоритетным вопросом чести для участников драмы с той и с другой стороны.
Начал эту драму венгерский аристократ Эстерхази, служивший во французской армии в чине майора. Роскошная жизнь в Париже была дорога, и Эстерхази предложил поставлять германскому военному консулу Шварцкоппену за деньги военные секреты Франции. Сейчас предполагают, что Эстерхази мог быть двойным агентом и передавать немцам дезу.
Догадывался ли об этом подполковник Шварцкоппен, или Эстерхази был ему неприятен фактом своего предательства, но письмо от него с предложением шпионажа отправилось в мусорную корзину.
Не мог подполковник не догадываться, что уборщица, опустошавшая корзину в его офисе, сотрудничает с французской контрразведкой!
Экспертиза французов постановила, что почерк на письме принадлежит Дрейфусу, того признали шпионом и публично разжаловали, как это показал в своём замечательном фильме 2019 года «Офицер и шпион» Роман Полански.
Толпы зрителей, разламывание шпаги, срывание знаков отличия – всё было театрально. Еврей был предельно унижен. Затем его отправили за моря в каторжную тюрьму.
В контексте«Я обвиняю» Романа Полански Это зрелая, классическая работа художника, который достиг спокойного понимания фундаментальных истин, приходящего с возрастом и опытом. Но не только. Это еще и энергичный, твердый, умный, необходимый в мире постправды фильм.
Похоже, Шварцкоппен обладал понятием чести. Невинный офицер осуждён, прощелыга Эстерхази выжимает из немцев деньги, снабжая их сомнительной информацией. И Шварцкоппен отправляет в корзину, то есть фактически во французскую контрразведку, ещё одно послание Эстерхази.
Дрейфус уже в заключении, на него не спишешь. Экспертиза теперь не ошибётся?
К тому времени шефом французской разведки стал полковник Пикар, не любивший евреев, но честный офицер. Он начал новое расследование. На кону престиж французской армии, и слежку за Пикаром поручают его заместителю майору Анри.
Между тем, в ноябре 1897 года, брат Альфреда Дрейфуса Матье подал формальное обвинение против майора Эстерхази как автора шпионского документа. Майора оправдывают, а Пикара, за своевольничанье, отправляют в тюрьму.
Честь армии и Франции защищена? Писатель Эмиль Золя понимает честь своей страны по-иному и публикует самое знаменитое своё произведение – статью «Я обвиняю!».
Спасаясь за это от тюрьмы, ему приходится бежать в Англию. Францию раздирает борьба за честь страны: она в поддержке армии и её генералов или в справедливости относительно офицера еврея? В ходе этой борьбы рушились кабинеты министров, уходили в отставку министры обороны. Появилось поддельное письмо Шварцкоппена, подтверждающее шпионаж Дрейфуса, затем покончил с собой майор Анри – автор подделки.
И всё из-за одного невинно осуждённого!
Наконец, решает показать, что он человек чести – предатель Эстерхази, Он бежит заграницу, и заявляет оттуда, что это он автор шпионских документов.
Осенью 1899 года происходит повторный процесс против Дрейфуса. Шварцкоппен сделал заявление через печать, что документы им получены от Эстерхази, а германское правительство – что с Дрейфусом оно никогда не имело дела.
Но пять министров обороны Франции и ряд генералов утверждают, не приводя доказательств, что Дрейфус виновен. Судьи большинством 5 против 2 вновь признают Дрейфуса виновным, но при смягчающих вину обстоятельствах, и снижают приговор до 10 лет заключения.
Что же смягчило вину Дрейфуса? Лишь то, что он невиновен. Других доводов нет. Спасая честь Франции – армия её уже потеряла, – президент страны помиловал Дрейфуса.
В контекстеОни заслужили! Вечная игра на понижение всего и вся есть, по сути, процесс вырождения, воспринимаемый как путь к космической справедливости. Попутно он пожирает различные достижения поверженной цивилизации: ценности материальные и духовные, понятия, историю.
Оглядываясь на дело Дрейфуса с нынешней ступеньки истории поражает непреклонная борьба его участников за честь – свою ли, армии или страны, как они её понимали. Куда-то это чувство чести, понимаемое верно или неверно, вскоре из мира испарилось.
Его ещё можно усмотреть в следующем «еврейском» деле – кровавом навете против Менахема Менделя Бейлиса, арестованного 21 июля 1911 года и судимого в Киеве осенью 1913 года.
Характер обвинения демонстрирует крайнюю убогость российского царя, искренне верившего в средневековый бред о кровавом навете и настоявшего на преследовании Бейлиса.
Не удивительно, что этот царь загубил империю, свою семью и себя.
Многие деятели российской интеллигенции, а также работники юстиции понимали, что страна стоит у позорного столба и, пытаясь спасти её честь, бурно протестовали против «процесса». Возмущались процессом даже издатели антисемитской газеты «Киевлянин» Пихно и Шульгин.
Последний за свою статью против «процесса», подрывающего честь антисемитизма, был даже приговорён в начале 1914 года к тюремному заключению. Его выручила парламентская неприкосновенность. Жалкий российский вариант Эмиля Золя.
Не был равнодушен к чести антисемитизма и царь Николай. Воодушевлённый поначалу «Протоколами сионских мудрецов», но узнав, что они – подделка, он постановил: «Оставьте „Протоколы“. Нельзя делать чистое дело грязными методами».
Исход суда над Бейлисом решила, наверное, блестящая речь адвоката В.А. Маклакова. Обращаясь к жюри, состоявшему в основном из тёмных малограмотных крестьян, настроенных антисемитски, Маклаков закончил её так:
«Бейлис смертный человек, пусть он будет несправедливо осуждён, пройдёт время и это забудется. Мало ли невинных людей было осуждено; жизнь человеческая коротка — они умерли и про них забыли, умрёт Бейлис, умрёт его семья, всё забудется, всё простится, но этот приговор… этот приговор не забудется, не изгладится, и в России будут вечно помнить и знать, что русский суд присяжных, из-за ненависти к еврейскому народу, отвернулся от правды».
Маклаков мастерски превратил суд над Бейлисом в суд над честью русского народа. И присяжные её спасли.
По рассказу участника жюри голосование склонялось к 7:5 в сторону виновности Бейлиса. Но в решающий момент один из присяжных, крестьянин, встал, перекрестился на икону и сказал: «Нет, не хочу брать греха на душу — невиновен!»
В контекстеЭтот мир – придуман. Не нами… Эта пишущая братия уже давно потеряла способность честно отражать действительность. Идеологические шоры вообще имеют неприятное свойство прирастать к лицу: без идеологии работать они уже не могут, а с идеологией они тем более никому не нужны.
В новые времена, наступившие после Октябрьского переворота 1917 года, понятие чести в стране исчезло. Репрессировали десятки миллионов безвинных, и никто не протестовал.
Описания процессов 1936–38 годов кажутся страницами фантастики. На авансцену Колонного зала Дома Союзов – самого нарядного в стране, один за другим выходили главные вожди страны, всякие бухарины-рыковы, и признавались во всяческих злодеяниях, которые не совершали.
Куда девалась их честь? Или они защищали честь своей банды, казнившей невиновных?
Когда с Дрейфуса, в фильме Полански, при разжаловании публично срывали знаки различия, он кричал: «Я невиновен!» Зиновьев с Каменевым на процессе не кричали. Они признали свою несуществующую вину. Иные времена, иное отношение к чести.
В последние десятилетия выветрилось понятие чести и из общественного пространства США. Как легенда выглядят времена, когда заподозренный в нечестности президент Никсон ушёл в отставку.
Падение началось в эпоху Клинтонов – вместе с половыми преступлениями Билла – обвинения его в изнасилованиях почему-то не расследовались; с коррупцией – фонд Клинтонов Трамп назвал крупнейшим коррупционным предприятием в истории.
Чего стоит одна виза Госсекретаря Хиллари на продажу России 20% урановых рудников США, принёсшая в карман парочки тонны денег!
Особо стоит отметить кровавый след, тянущийся за Клинтонами. Люди, перебегавшие им дорогу, как-то удобно гибли. Несколько лет назад опубликовал подробный список их Михаил Веллер. С того времени список расширился, добавив названную самоубийством загадочную смерть в тюремной камере богача Джеффри Эпштейна, «наперсника разврата» Билла.
Обама уже открыто использовал в своих интересах государственную систему. Например, с помощью налогового ведомства разорял неугодные ему организации и граждан.
После провала в Бенгази, когда исламисты, которых Обама привёл в Ливии к власти, неблагодарно разгромили американский консулат и убили американского посла, Обама и его клевреты списали вину за свою неудачу на копта Накула Басили Накула, спонсировавшего или снявшего (сведения разнятся) в Лос-Анжелесе 15-минутный ролик о Мохаммаде.
Обама ни за что упрятал Накулу на год в тюрьму, после чего информация о том исчезла. В отличие от Дрейфуса, защищать безвинного Накулу в Америке оказалось некому.
В контекстеГостелевидение Швейцарии официально признали необъективным Правительство страны и чиновники гостелевидения дали народу обещание, что подача материалов SRF будет нейтральной. Тем не менее, как показывает официальное исследование, на данный момент гостелевидение Швейцарии опустилось до уровня конвейера по пропаганде левых идей.
Широко развернулось в США «время бесчестия» летом 2020 года. Началось оно канонизацией в святые рецидивиста Флойда. В его золотом гробу похоронили честь Америки. Плотину прорвало. Молодцы (включая девиц) из BLM и Антифы без помех грабили и жгли города, убивали полицейских. Отменили традиционную культуру, разрушили памятники. Были сфальсифицированы президентские выборы.
Первыми потеряли понятие чести работники медиа. Американские труженики пера и телекамеры лгут в последние годы открыто, беззастенчиво и постоянно. Забытый сыном Джо Байдена Хантером компьютер, как показала перед выборами статья в Нью-Йорк Пост, хранил доказательство коррумпированности семейки кандидата в президенты. Но электронная медиа, как и остальная, «не заметила» разорвавшейся бомбы.
Поразительным американским повторением «гапоновщины» и «Кровавого воскресения» 9 января 1905 года в Петербурге стал поход 6 января 2020 года на Капитолий американцев, протестовавших против мошенничества при выборах президента США. Протестовавших пропустили в Капитолий – а почему их не пропускать в «дом народа»?
Правда, псих-охранник застрелил безоружную ветерана ВВС США Эшли Бэббит, никому не угрожавшую, а минюст США позже признал это «самообороной». Неизвестно как умерли ещё трое протестантов.
Лидеры Конгресса и Сената США демократы Пелоси и Шумер заявили, что произошедший приход граждан страны в Капитолий хуже, чем катастрофы Перл Харбора и 9/11.
Около 500 участников похода в Капитолий были арестовали и их уже 9 месяцев держат в одиночном заключении. Ни протестов, ни Эмиля Золя с его «Я обвиняю!»
Но вот недавно Нью-Йорк Таймс оповестила мир, что лидеры двух правых организаций Proud Boys и Oath Keepers, члены которых участвовали в походе на Капитолий и сейчас томятся в застенках – соответственно Энрико Таррио и Стюарт Родес, являются информаторами ФБР (ранее об этом сообщил малоизвестный сайт Revolver news). Лидеры эти, естественно, на свободе.
Это означает, что никакого сюрприза в походе граждан на Капитолий не было, а организован он был ФБР. И если власть видит нарушение закона в этом походе, (хотя в чём нарушение – непонятно), карать за это должно руководителей ФБР.
Столетие с четвертью минуло со времени «дела Дрейфуса». Время изменило его восприятие.
То, что казалось позорным преследованием невиновного тогда, сейчас, на фоне истории беззаконий в СССР и последних трёх десятилетий слома американизма в США, представляется проявлением высокого духа Франции конца La Belle Époque.
Всё-таки Дрейфуса оправдали.
* * *
Борис Гулько
Статья любезно прислана автором