Китай объявил войну Nike, Burberry и H&M за отказ от синьцзянского хлопка. Что это значит?
Реклама западных брендов в Шанхае. Пока висит. (Фото: «Nautilus»)
В Китае началась кампания против брендов одежды, которые отказались от синьцзянского хлопка из-за сообщений об использовании принудительного труда уйгуров, казахов и других представителей тюркских меньшинств в СУАР (Синьцзян-Уйгурский автономный район).
Под санкции попали H&M, Adidas, Nike, Burberry и другие компании. Пользователи китайских соцсетей призывают отказываться от их продукции. Бренды исчезают c китайского рынка, а знаменитости разрывают многомиллионные контракты.
В контекстеАнтуан Гризманн разорвал контракт с Huawei. Компанию обвинили в слежке за уйгурами Нападающий сборной «Франции» по футболу и клуба «Барселона» Антуан Гризманн объявил, что разрывает контракт с китайской Huawei из-за «серьезных подозрений» в том, что компания вовлечена в систему репрессий против уйгуров, организованную властями Китая.
По словам заместителя пресс-секретаря Госдепартамента США Джалины Портер, власти КНР начали нацеленную информационную войну против западных компаний, которая равносильна «корпоративному и потребительскому бойкоту».
Китай впервые не словом, а действием отвечает на обвинения западных стран в нарушениях прав человека. И это контрнаступление — масштабно.
На протяжении четырех лет власти КНР отрицали репрессии в Синьцзяне. Называли обвинения в преступлениях против человека «антикитайскими провокациями». Рассказывали об успехах программы по «повышению уровня квалификаций населения» и показывали счастливую жизнь уйгуров в так называемых «лагерях политического перевоспитания».
После того как США, ЕС, Канада и Великобритания перестали ограничиваться общими фразами, а признали происходящее в Синьцзяне геноцидом и ввели санкции против должностных лиц и компаний, которые ответственны за репрессии, отношения Китая с Западным миром оказались в точке невозврата.
Конфликт стремительно выходит на пик. Представить, что уйгурский вопрос окончательно сделает мир двухполярным, еще год назад было сложно. Однако именно последний год эта тема не выпадала из повестки.
Действия Китая в Синьцзяне осудили сотни правозащитных организаций из 36 стран, папа римский причислил уйгуров к «преследуемым народам», а Евросоюз впервые за тридцать лет принял санкции против КНР и признал геноцид.
В контекстеНи совести, ни санкций Узник совести — это человек, который сидит за свои убеждения, а политзек — тот, кто отправлен за решетку по политическим причинам. Навального вначале признали соответствующим сразу двум определениям, но меньше чем через два месяца Amnesty International решила отыграть назад.
Любые проявления лояльности к властям СУАР на протяжении всего года встречались жесткой критикой.
Так было со скандалом вокруг диснеевского фильма «Мулан», создатели которого благодарили в титрах власти Синьцзяна — там в 2018 году проходила часть съемок. Теперь правозащитники призывают Международный олимпийский комитет отменить зимнюю Олимпиаду в Пекине в 2022 году.
О притеснениях в СУАР узнал весь мир. Сегодня это одна из главных тем. Китай больше не может просто отрицать существование проблемы.
Она стала слишком большой и требует ответных действий.
И здесь встает главная проблема: КНР достаточно сильна. Пекин готов идти наперекор требованиям, вводить свои санкции, включать силы государственной пропаганды для информационной войны внутри страны и за ее пределами.
В публичное пространство уже заброшена мысль, что обвинения в геноциде уйгуров задевают не государство, а «всю нацию». Что хуже — эта мысль, кажется, приживается.
В контекстеПерегибы Шелкового пути Уехать куда-либо без ведома и разрешения госорганов сейчас в Синьцзяне невозможно. Это касается и передвижений даже внутри Китая. Чиновники местных администраций регулярно совершают обходы квартир, проверяя, на месте ли все прописанные.
В топ трендов китайской соцсети Weibo уже вышел хэштэг «Я поддерживаю синьцзянский хлопок». Пользователи публикуют фото и видео сжигания одежды и обуви брендов, которые «распространяют ложь о Китае». Публично возмущаются действиями компаний, которые «обвиняют Китай в преступлениях, но продолжают здесь зарабатывать».
Международное давление на КНР усилилось, но, судя по всему, не способствовало уменьшению масштабов репрессий.
В сентябре прошлого года Австралийский институт стратегической политики заявил, что сеть «лагерей перевоспитания» для мусульман в Синьцзяне расширяется.
Китай не намерен отказываться от своей политики и, напротив, — готов идти на конфронтацию.
Санкции против западных брендов — лишь первый и самый безобидный шаг.
Говоря о нарушениях прав человека в Китае, международному сообществу теперь придется держать в уме, что у Пекина не просто миллион мусульман-заключенных, а миллион мусульман-заложников.
* * *
Риза Хасанов
«Новая газета»