О переписывании истории и забытых героях
В фильме «И вспомним всех?» д-р Уди Лебель объяснил, насколько Бен-Гурион понимал важность формирование национальной памяти вплоть до вмешательства в формулировки вопросов экзаменов на аттестат зрелости. Даже песни были частью созданного им механизма для внедрения его нарратива. Только его.
В контекстеВивисекция по-нашенски Все так было здорово, стройными рядами и колоннами шли в светлое будущее, а тут вдруг — Игаль Амир. Откуда взялся? Что привело его на площадь? Еврей убил еврея! Мама дорогая! Впервые в истории. Полноте. А кто расстрелял «Альталену»?
В этом году отмечали 30-летие альбома «Пепел и пыль» Поликера. Он произвел в свое время переворот - музыкальный и в сознании. До этого почти не говорили о втором поколении после Катастрофы. Плотина была прорвана. Была создана новая память.
Одна из самых выдающихся песен в альбоме «Тут станция Треблинка» принадлежит к другому месту. Гелика Биренбаум – мать Якова Биренбаума, создавшего альбом вместе с Поликером, - перевела текст песни с польского.
Это стихи величайшего поэта Варшавского гетто Владислава Шлангеля, который в реальном времени записывал в стихах происходящее.
Его стихи наизусть декламировались в гетто.
Он находится в гетто до последнего момента. Пишет о восстании в стихотворении «Контратака»:
«На улицах Ниска, Мила и Муранов
Из стволов наших винтовок
Это наша весна! Это контратака!
И вино сражения кружит наши головы.
Это наши партизанские леса –
Переулки Дажика и Островского».
В контекстеКак Жаботинский опередил Переса Те, кто пытается подкупить арабов выгодами от сосуществования с сионистами, считают их либо глупцами, лишенными национальной гордости, либо продажными корыстолюбцами... Таких арабов, которых они себе придумали, здесь нет.
Как выпускник молодежного движения Бейтар, Шлангель был в Еврейском воинском союзе (ЕВС). Воевал и почти наверняка погиб со своими товарищами в бункере 8.05.43 в разгар восстания. Улица Мурановская, о которой он пишет в стихотворении, была оплотом ЕВС. На крыше одного из зданий на этой улице в разгар боев были подняты польский и еврейский флаги.
4 дня защищали повстанцы свое еврейское знамя. Флаги придавали дух повстанцам, были видны во многих районах Варшавы и бесили Гиммлера, оравшего на нацистского генерала Штруппа, который писал о тогдашних боях: «Самое сильное сопротивление оказала группа бунтовщиков, создавших баррикаду в большом бетонном здании на Мурановской, 7».
Самое сильное сопротивление. Но годами тут никто не слыхал о жестоких боях на той улице. Никто не знал, что поэт входил в Еврейский воинский союз.
Никто не знал о существовании этой организации. И не случайно.
Выжившие члены другой организации (Боевой еврейской организации) писали о бойцах ЕВС как о бандитах. В течение лет беспрерывных усилий преуспели устроить забвение тем боям, тому флагу и Еврейскому воинскому союзу. Память была стерта. Левый нарратив не только вычеркивал факт, что основные бои вела ЕВС, но и вычеркивал само существование этой организации.
В 60-х годах Хаим Лазарь попытался прорвать заговор молчания. Он написал книгу «Варшавская Массада». Но в годы власти партии МАПАЙ продолжалось преступное замалчивание.
11 лет назад была опубликована книга проф. Моше Аренса «Флаги над гетто», которая во многом спасла историю от лжи и невежества.
Юваль Хаймович Зусер и Симон Шехтер, прочитав книгу, сняли фильм «И вспомним всех?»
Это фильм о Жуте Хартман – последней уцелевшей из тех бойцов – и ее попытке рассказать правду о своих товарищах-героях из ЕВС и о годах переписывания истории политруками из МАПАЙ.
Несколько лет назад мой приятель – очень левый – спросил меня почему я так занят исторической кривдой, причиненной бойцам ЭЦЕЛя и ЛЕХИ, почему я копаюсь в деле левого Кастнера? «Вы победили», - сказал он мне, - «вы у власти».
Я пробовал объяснить ему, что нас вычеркивали из истории и какое это оскорбление.
Бен-Гурион и левый истеблишмент написали очень частичную историю, лживую, льстивую для себя и полностью замалчивающую участие правых в освобождении страны и создании государства.
Хороший пример переписывания истории – это любимая книга «Эксодус». В 1960 г. Леон Юрис написал роман. Отто Премингер снял фильм, взорвавший кинотеарты, и Пол Ньюман сыграл в нем главную роль. 4 мая 1947г. произошло нападение на тюрьму в Акко.
Бойцы ЭЦЕЛя взорвали южную стену и с помощью группы заключенных в тюрьме подпольщиков их ЭЦЕЛя и ЛЕХИ (во главе с Эйтаном Ливни – отцом Ципи Ливни) смогли освободить 41 подпольщика.
27 из них благополучно добрались до тайных убежищ. 9 погибли в стычках с британскими солдатами. 13 были пойманы, трое из них были приговорены к смертной казни и казнены в тюрьме Акко.
Командир операции Дов Коэн («Шимшон») погиб, отстреливаясь от британцев огнем из пулемета Брен, прикрывая отход своих товарищей.
В контекстеРусский роман Владимира Жаботинского После кишиневского погрома они стали возникать в России, и Жаботинский сам был одним из организаторов такого отряда в Одессе). Опоэтизированные Бабелем налетчики — герои «Одесских рассказов» — прямая производная этих «вооруженных еврейских формирований».
Это было одно из решающих событий, подтолкнувших англичан к отказу от мандата. Но сразу после создания государства тюрьма Акко не стала музеем еврейского мужества – по указанию Бен-Гуриона там была создана закрытая психиатрическая больница – Бен-Гурион хотел затушевать правую память и этос.
После прихода Бегина к власти больница была переведена в другое место и был открыт музей.
(Прим.перев. - в 20-е годы в той же тюрьме отбывал заключение Жаботинский за организацию самообороны против арабских погромщиков)
Вернемся к Эксодусу. В фильм включено вторжение в тюрьму – но без всякого упоминания об ЭЦЕЛе.
Перед написанием своей книги Леон Юрис провел исследование в Израиле, к нему был прикреплен политрук (Тедди Колек), возглавлявший тогда канцелярию Бен-Гуриона. В книге все операции ЭЦЕЛя и ЛЕХИ были приписаны Хагане и Пальмаху.
Менахем Бегин отправился с разъясняющими лекциями по еврейским общинам за рубежом, но у него не было никаких шансов – книга уже была переведена на 50 языков.
Режиссер Пелег Леви рассказывает, как в марте 1960г. в гостинице «Царь Давид» с режиссером Премингером встретились оперативный офицер ЭЦЕЛя Давид Амихай Паглин («Гиди»), глава разведки ЭЦЕЛя Ицхак Игнас («Авиноам») и адв. Шмуэль Тамир.
Аппарат МАПАЙ и Бен-Гурион лично задействовали давление на Премингера, чтобы в фильме не было никакого упоминания об ЭЦЕЛе.
Но поскольку освобождение подпольщиков из Аккской тюрьмы считается одной из самых дерзких операций, невозможно было рассказать о борьбе против британцев без упоминания этой операции.
На той встрече трое правых преуспели убедить Премингера внести слово Irgun (английское название ЭЦЕЛя) в фильм, как, по крайней мере, участвовавший в операции.
Но сцена героического нападения на тюрьму производится «ханаанцами» под командованием Ари Бен Ханаана. Командира операции Дова Коэна, погибшего, прикрывая огнем отход своих товарищей, как будто не существовало.
В память о нем и в память о всех бойцах ЭЦЕЛя и ЛЕХИ, чье мужество замалчивалось.
* * *
Арэль Сегаль
«Маоф»
Перевод: Яков Халфин