Все это называется одним словом: провал
Милан. Театр «Ла Скала». (Фото: «Nautilus»)
В Милане отменены поцелуи. Дважды чмокнуть в щечку (или в воздух около щечки), обязательное приветствие и прощание даже малознакомых людей, за чашкой кофе или бокалом аперитива, теперь считается неприличным.
В контекстеЧтобы остановить эпидемию коронавируса, жители Милана попрятались по домам В деловом районе большие башни почти полностью опустели с тех пор, как все крупные компании попросили своих сотрудников работать из дома. Например, в Unicredit 12 тыс. человек из 16 тыс., трудящихся в башне, с понедельника были вынуждены перейти на удаленную работу.
Впрочем, аперитивы тоже отменены. Классический миланский ритуал быстрой тусовки после работы и перед ужином оказался негигиеничным: органы здравоохранения рекомендуют держать ближнего своего на дистанции не менее одного метра, совершенно невозможной, когда приходится протискиваться между клиентами в маленьком баре с бокалом оранжевого «апероль спритц» в руке.
Впрочем, бары и рестораны закрываются в 18.00, а в остальное время почти пустуют.
Введение новых правил профилактики коронавируса меняет устоявшиеся привычки и в корне переписывает ритм жизни. С 8-го марта жителям 14 провинций областей Ломбардия, Пьемонт, Венето и Эмилия-Романья приказано сидеть дома, с 10 марта переход на карантин касается всей Италии.
Тем, кто болен или подозревает, что заболел, запрещено покидать дом. Остальным можно выходить только на работу и купить продукты.
То есть можно, конечно, выходить и по другим причинам, это не запрет, а только рекомендация. Но идти особо некуда. Все совещания, собрания, курсы, коллегии, показы мод, конференции, лекции, семинары, презентации и встречи с клиентами запрещены, многие офисы организуют работу по удаленному доступу. Образовательные учреждения, от ясель до университетов, закрыты уже третью неделю и откроются только 3 апреля.
Театры и кинотеатры, бассейны и стадионы, дискотеки и пабы, музеи и выставки, иными словами, все места скопления народа, закрыты. Церкви открыты, но мессу не служат и тем более не раздают причастие. Свадьбы, крестины и похороны отменены.
Если замуж невтерпеж, можно расписаться в мэрии в присутствии только двух свидетелей, для усопших предусматривается короткая молитва на кладбище, на открытом воздухе.
Остается ходить по магазинам и рынкам. Единственный дефицит — марлевые маски и дезинфицирующий гель, остальное все есть, но многие заведения закрылись по причине отсутствия клиентов. Китайские маркеты, рестораны и парикмахерские заперты уже третью неделю.
В первые дни китайская община таким образом береглась от возможных расистских выходок, потом, когда выяснилось, что вирус разносят чистокровные итальянцы, азиаты решили перестраховаться: «Теперь мы боимся заразиться от вас, а не наоборот», признается хозяин одного из немногих отважно открытых заведений.
Торговцы-арабы радуются: впервые ксенофобские настроения не касаются мусульман, которые теперь наоборот выглядят благонадежными.
Многие аптеки пускают посетителей по одному, сомнительная мера, которая просто переносит очередь из потенциально зараженных на улицу. Но в целом правило — это уже не рекомендация, а приказ — держать дистанцию в один метр соблюдается и превращает посещения супермаркетов и транспорта в сплошное удовольствие: при приближении к полкам и прилавкам остальные клиенты начинают предупредительно отдаляться, никто не ездит тележкой по ногам, никто не толкается, все уступают друг другу дорогу, лишь бы не соприкасаться.
Человек человеку вирус.
В контекстеКоронавирус «закрыл» Италию Роль «италии», заражающей как ближних, так и дальних соседей, на Ближнем Востоке играет Иран, в котором официально подтверждены 7161 случай заражения коронавирусом и 237 летальных исходов. Причем, болезнь не щадит никого, включая высокопоставленных чиновников и законодателей.
Тишина, взаимная вежливость, чистота и порядок: Милан чем-то похож на неожиданно реализованную утопию, или на загробное царство, где никуда уже не нужно спешить.
Можно перейти любую улицу, не дожидаясь светофора, припарковаться где угодно, доехать в любую точку за несколько минут. Город пуст и оглушительно тих.
В регистратуре больницы можно записаться без очереди, в отделении скорой помощи нет обычного наплыва страждущих: это зона риска, реанимации городских клиник забиты умирающими от коронавируса, и по доброй воле сюда идут только серьезно заболевшие. В торговых центрах пусто и гулко, как в соборе. Вежливость продавцов и официантов достигла невиданного уровня, а места за столиками на улице свободны даже в теплый солнечный день.
Внезапно выяснилось, что масса мероприятий, занимавших добрую половину рабочего дня, совершенно необязательны. Появляется масса свободного времени: можно отоспаться, взяться за непрочитанные книги и непросмотренные сериалы, разобрать шкафы или освоить давно примеченный рецепт.
Можно сесть на диету, не опасаясь, что ее нарушит перехваченная на бегу дрянь: в Милане больше никто никуда не бежит.
Можно и нужно общаться: телефон звонит и пикает постоянно, соцсети полны историями жизни во время чумы и призывами звезд с хэштагом #ясижудома.
Политики, наоборот, притихли, особенно после катастрофических последствий кампании «Милан не остановить»: многочисленные посещения ресторанов и магазинов с сопутствующим ободряющим хлопанием по спине местных предпринимателей обернулись ослаблением мер профилактики.
Заведения начали было вновь заполняться, а количество зараженных коронавирусом расти в геометрической прогрессии. Особенно активный секретарь одной из партий сам подхватил вирус и теперь сидит дома на карантине вместе с десятком мэров и губернаторов, которым он крепко жал руки в последние две недели.
В карантин загремели и десятки журналистов, сопровождавших чрезмерно активных политиков, что тоже способствует блаженному затишью от перманентного политического кризиса.
Убежать из этого рая нельзя: с 8 марта выехать из города можно только по неотложным причинам рабочего, семейного и медицинского характера. На вокзалах и в аэропортах специальные патрули полиции допрашивают пассажиров и собирают у них объяснительные (бланк можно скачать с сайта МВД или заполнить на месте).
Допросы выборочные и в объяснительных можно написать что угодно, проверять никто не собирается.
Если в воображении возникли кадры из какого-нибудь фильма про зомби, с солдатами, автоматами и Брюсом Уиллисом в роли генерала со свирепой мордой, то ничего подобного нет. Расчет не столько на запреты, сколько на сознательность, хотя история с двумя пенсионерами, сбежавшими окольными тропами из очага заражения в Кодоньо (местечко недалеко от Милана, полностью изолированное полицией), чтобы покататься на лыжах в горах, и заразивших по пути массу народа, наводят на печальные мысли, тем более, что на автострадах патрули малоприменимы.
Впрочем, ехать особо некуда: почти все области Центра и Юга Италии ввели карантин для всех прибывающих с Севера, а кое-где их просто сажали на обратный поезд или самолет, упоительная месть за десятилетия презрения и обидных анекдотов.
Не хочется думать, как она аукнется, если эпидемия перекинется на Юг и заболевших повезут в более крупные и оснащенные больницы Севера, и без того находящиеся на пределе возможностей.
Но в целом миланцы проявляют удивительную, в том числе для них самих, дисциплину, разумно отказываясь от ненужных рисков. Походы в гости откладываются, поездки за город отменяются, а в лифтах многих домов появились от руки написанные объявления жильцов, предлагающих престарелым соседям помощь в покупке и оплате счетов.
Старики составляют более 80 процентов жертв эпидемии, и мэрия советует вообще не выходить на улицу после 75 лет.
Детей среди заболевших пока нет, во многом благодаря своевременному закрытию школ, хотя работающие родители находятся на грани нервного срыва. Предприниматели эту грань уже давно перешли: туризм остановился, Салон мебели и дизайна отменили, все остальное в тумане. Единственный бизнес, выросший при карантине — доставка на дом алкоголя и легальной марихуаны. Пока что для большинства горожан главная проблема эпидемии — скука.
* * *
Демократия во время коронавируса имеет свои преимущества
В контекстеЭпохальный вызов для Евросоюза Из-за коронавируса не только в здравоохранении, но и в экономике и финансах Евросоюза возникла чрезвычайная ситуация. Сейчас Европе недостает сплоченности, некому искать баланс между национальными интересами государств, пишет итальянская «Стампа». А последствия пандемии еще даже не проявились в полной мере.
Политики исчезли. Парламент не собирается, кабинет министров тоже, с оппозицией правительство общается в режиме видеоконференции. Кто управляет страной, непонятно.
Судя по всему, медики, технократы и мчсники, от имени которых выступает и подписывает указы премьер Конте, выступая на Фейсбуке, причем не на страничке кабинета министров, а на своей личной, видимо, чтобы набрать побольше кликов.
Эпидемия коронавируса и сопутствующий ей карантин де-факто ликвидировали демократию и ввели чрезвычайное положение.
Свобода передвижения и собраний отменена, свобода предпринимательства весьма и весьма ограничена, свободу слова можно беспрепятственно практиковать, но только не выходя из дома. По улицам ходят полицейские и военные патрули, беспрекословно ссаживающие людей с поездов и разворачивающие прохожих восвояси.
Демократия во время коронавируса имеет свои преимущества. Популисты почти пропали. Разнообразные сторонники теории заговоров, неутомимые обличители Евросоюза и тайного мирового правительства, противники вакцинации, антиглобалисты, ксенофобы и расисты, ещё месяц назад задававшие во многом тон публичного дискурса, забились в свои виртуальные норки.
Редкие экстремисты, призывающие в соцсетях не соблюдать карантин, делятся на две категории.
Крайне левые уверены, что во время следующих учений НАТО воспользуется тем, что вся страна сидит до домам и оккупирует ее голыми руками, а то больно итальянцы отклонились от атлантического сотрудничества и слишком полюбили Путина; крайне правые уверены, что коронавирус придуман китайцами в сотрудничестве с фармацевтическими компаниями и Соросом, чтобы истребить коренное население и заселить территорию мигрантами, а то больно много итальянцев уже раскусили заговор вашингтонских глобалистов и полюбили Путина.
Но таких мало, и остальная публика немедленно забрасывает их виртуальными помидорами и требует отказаться от преступных намерений.
Быть конформистом, следовать указаниям официальных органов и доверять властям вдруг стало модно, причем произошло это без всякого участия политиков, половина которых заразились и сидят на карантине после чрезмерно бурной активности, а остальные предпочитают помалкивать, чтобы не уронить и без того падающие рейтинги.
На ТВ идут удивительно чинные ток-шоу: все участники соединяются по скайпу из дома, ведущий ходит по пустой студии, стулья публики пустуют.
Эффект потрясающий: уровень склочности и агрессивности иногда падает почти до нуля, никто никого не перебивает и не аплодирует по команде.
Некоторые из самых токсичных персонажей предпочли замолчать: скандальный арт-критик Витторио Сгарби, объявивший коронавирус выдумкой и издевавшийся над врачами, был заблокирован Фейсбуком по многочисленным просьбам, а главный популист, лидер ксенофобской партии Лига Маттео Сальвини, потихонечку убрал со своих страничек видеоклип, в котором он еще пару недель назад призывал «открыть, открыть все», чтобы запустить экономику. За неделю до этого он столь же страстно призывал «закрыть, закрыть границы» от ненавистных мигрантов, но эта резкая реакция только раздула панику.
Попытка же ослабить первый «мягкий» карантин (подстегиваемые криками отчаяния бизнеса, в кампании #миланнеостановить участвовали не только популисты, но и многие либеральные политики) запустила спираль эпидемии и в конечном итоге посадила под домашний арест сначала Ломбардию, а потом и всю Италию. Поэтому спрос на популистов резко упал и герои прайм-тайма ушли в карантинное подполье. Остается надеяться, что они с пользой употребят неожиданно освободившееся время, чтобы подучить азы публичной коммуникации.
В контекстеПотерялся «Спаситель» Многочисленные специалисты по Леонардо да Винчи из Нового и Старого Света пришли к выводу, что картина действительно написана великим мастером то ли в 1490-е, на исходе миланского периода, то ли уже в 1500-е, примерно в одно время с «Джокондой».
Придуманные страхи — мигрантов, гомосексуалистов, корпораций — сметены прочь страхом реальным, осязаемым чувством беззащитности перед эпидемией. Раскол общественного мнения проходит не между сторонниками разных партий, а между последователями различных теле-вирусологов.
Самый популярный человек в Италии сейчас— доктор Роберто Буриони, известный и страстный враг анти-вакцинистов, весьма квалифицированный вирусолог, прославившийся крайне нетолерантными манерами.
Даже те, кто не любят его выпады на грани хамства, признают, что он забил тревогу с самого начала и беспощадно кидался на всех, кто вещал про «просто грипп». Сейчас он воплощает идеального положительного героя — компетентного и решительного специалиста, сумевшего пробить, профинансировать и соорудить за две недели новую супероснащенную больницу в Милане.
Если бы в Италии были прямые президентские выборы, то доктор Буриони мог бы рассчитывать на стремительную победу: добрая часть населения готова сейчас избрать его не только главой государства, но и спасителем отечества с диктаторскими полномичиями.
При практическом самоустранении демократически избранных властей центральное правительство пропускает вперед местных руководителей и даже намерено передать мэрам и губернаторам право ужесточать по своему усмотрению карантин и использовать войска для его поддержания.
По Сети гуляет уморительный ролик с собранием перлом городских руководителей в основном провинциального масштаба, которые лично ходят гонять по паркам распивающих пиво подростков и грозятся выгнать нарушителей карантина с улиц «огнеметами».
Эти колоритные личности с чудовищным выговором кажутся персонажами из классических итальянских комедий, и наверное, они добросовестно выполняют для своих городков и сел роль «батек».
Но при мысли, что этим незамысловатым самодурам дадут в распоряжение армию, перспектива заразиться коронавирусом начинает казаться менее пугающей.
Передача борьбы с эпидемией «на места» — несмотря на то, что разнобой в принимаемых регионами мерах уже привел к массе сложностей — признает очевидный и страшный факт: система как таковая потерпела крах. Выяснилось, что у итальянских властей просто не было припрятано конверта, который надо вскрывать в крайних случаях, либо его потеряли в дальнем ящике. Отсутствовал элементарный список мер и порядка их принятия: кого призывать, кому помогать, кого закрывать, кого, как и куда изолировать, что дезинфицировать и т. д.
Даже список стратегических и не подлежащих остановке предприятий сначала держался в секрете почти сутки после объявления об остановке промышленности, а потом дополнялся и переписывался столько раз под давлением профсоюзов и различных отраслевых представителей, что в результате не внес почти ничего нового, кроме суматохи и неуверенности.
Не оказалось ни стратегического медицинского резерва (от военной медицины, как выяснилось, уже давно не осталось почти ничего), ни других ресурсов.
Простые граждане и звезды собирают деньги на помощь больницам самого богатого и развитого региона одной из десяти сильнеших экономик мира. Не хватает коек, аппаратов, масок, не хватает врачей: по некоторым данным, больше половины медперсонала заражено коронавирусом, а больницы превратились в рассадник инфекции, и попасть туда сейчас страшнее, чем не попасть.
При том, что эпидемия коронавируса не требует вмешательства светил: для борьбы с ней нужна армия рядовых врачей, хорошо экипированных и организованных, а не вынужденных становиться смертниками из-за недоработок властей и амбиций регионов (которые ведают здравоохранением).
В контекстеЭпидемия коронавируса замедляется По словам Левитта, в настоящее время у Израиля нет достаточного количества случаев заболевания, чтобы предоставить данные, необходимые для проведения оценок, но из того, что он может сказать, МинЗдрав занимается пандемией правильным, позитивным образом.
Все это называется одним словом: провал. Эпидемия всегда бьет прежде всего по слабым точкам, и итальянская система не избегла этого правила.
Постоянное сокращение расходов на медицину. Коррупционная составляющая. Очень заметное присутствие и влияние католической церкви, в том числе на назначения главврачей и организацию медучреждений.
Шапкозакидательская убежденность, что система здравоохранения и вообще управления на Севере — на уровне лучших европейских образцов, и менять ничего не надо, и даже обсуждать нечего, а не то будет как в Неаполе. Отсталая система образования, тоже, разумеется, «лучшая в мире». Катастрофическое урезание расходов на науку, с многолетным «бегством мозгов» за рубеж и разгулом лженауки (в Италии самый низкий в Европе уровень охвата прививками, и самый высокий — кори и других казалось бы уже искорененных заболеваний).
Чудовищная бюрократия, постоянно переписывающая формуляр объяснительной записки для выхода из дома. Скандальная и неглубокая пресса и тесно повязанное с политикой ТВ весьма желтоватого оттенка. Политики, работающие в патерналистском и популистском жанре.
Предпочтение неформальных связей критериям компетентности и эффективности. Любовь к «традиционным ценностям», включая семьи, где дети и внуки до седых волос живут с родителями, что не дает возможности изолировать от заразы наиболее уязвимые слои населения.
Поиск внешнего врага, вроде китайцев, распространяющих заразу, или мигрантов, отнимающих койки у коренных итальянцев, которые, само собой, «ихними болезнями» не заразятся.
Все это рвануло в самый неподходящий момент, как то самое пресловутое ружье, с неотвратимостью давно заложенной и громко тикавшей бомбы.
Что спасется из-под обломков системы, станет ясно только после окончания карантина. Есть подозрение, что ряд политиков — тех, кто убеждал ходить по ресторанам, чтобы поддержать производителя, и не одевать маски, которые якобы ни от чего не защищают — по выходе из карантина рискуют повторить судьбу Каддафи.
Есть уверенность, что политиков, которые не посвятят свою программу реформе и финансированию медицины, просто не будет слушать.
Есть сомнение, что героям довирусной политики удастся уговорить итальянцев заплатить повышением налогов и затягиванием поясов за экономический корона-кризис: общедоступное и бесплатное здравоохранение было одним из столпов общественного договора властей с гражданами. Элите придется реформироваться, или заплатить за доведение медицины до такого состояния, несмотря на высокие налоги, и за откладывание карантина во избежание ущерба экономике, даже тогда, когда количество жертв уже исчислялось сотнями.
Иначе страну придется отдать страну доктору Буриони с манерами доктора Хауса, армии и мэрам с замашками Угрюм-Бурчеевых.
* * *
Анна Зафесова
- журналист (Милан)
«Эхо Москвы»
«Эхо Москвы»