Остаётся один вариант — быть блистательным и сильным
Инсталляция в Тель-Авиве, посвящённая похищенным ХАМАСом. (Фото: «Nautilus»)
Вот и французам пришло время получить порцию правды от блестящего британского писателя Дугласа Мюррея.
Его речь перед многочисленными высокопоставленными фигурами в Париже была посвящена еврейскому народу, нынешнему противостоянию и происходящему в Европе.
Дуглас Мюррей призвал европейцев не только проявить терпимость к Израилю, но и увидеть в нём маяк.
Выступление Дугласа Мюррея
Большое спасибо, дамы и господа. Мне очень приятно находиться здесь. Я буду краток.
После 7 октября большую часть времени я проводил в Израиле и Газе. И я видел детали конфликта в максимально возможной степени для тех, кто не является бойцами.
В контексте«Мы все помним, как вчера» «Что тут опять, почему загорожено?» — молодой человек по-парижски начинает ворчать, но поднимает глаза и спохватывается. «Ну конечно, как же это я, ведь «Батаклан». Неужели уже пять лет прошло? Нас же так и называют, поколение «Батаклан».
Я посетил все места резни, когда они еще были свежими, провел много времени с выжившими, с семьями заложников. Я был в моргах Тель-Авива, где до сих пор пытаются опознать погибших. Тело юноши было идентифицировано лишь вчера.
Подумайте, что нужно сделать с человеком, чтобы его тело не поддавалось идентификации в течение восьми месяцев.
Одна из вещей, которая поразила меня больше всего после 7 октября, была на одном из собраний участников фестиваля «Нова» И все эти молодые люди, которые видели, как на их глазах насиловали и убивали их друзей.
Один молодой человек, выживший, показал мне записи со своего телефона, на которых был запечатлен его друг, не успевший сесть в машину и сразу после этого разорванный толпой. Этот молодой человек, выживший, сказал мне: «Что бы вы сделали, если бы такое случилось в вашей стране?»
И я подумал, хотя и не сказал, что это уже было. Это произошло в моем обществе, в моей Европе, на моем Западе. Масштабы могут быть разными, но террористы одни и те же.
Это произошло здесь, в Париже, в Батаклане. Это случилось в Манчестере, где 22 девушки были взорваны за то, что совершили «преступление», посещая поп-концерт. Это произошло в ночном клубе Pulse в Орландо.
Масштабы разные, но преступники - одни и те же. Это всегда одни и те же люди, которые, будь то в Тулузе или Порт-де-Венсен, Копенгагене или Мумбаи, не могут удержаться от того, чтобы не напасть на евреев.
Однако симпатии многих людей здесь, в Европе, начиная с 7-го числа, не на стороне жертв, а на стороне преступников. Слишком многие люди путают жертву с угнетателем, аутсайдера с фаворитом, и теми, кто борется с терроризмом, с теми, кто мечтает о нем и воспитывает своих детей в любви к нему (терроризму) с колыбели.
Подумайте, в каждой европейской столице, как и в Америке, были вывешены фотографии израильских заложников, все еще находящихся в плену у ХАМАСа.
И в каждом городе за пределами Израиля они были сорваны. Подумайте об этом.
В контекстеПусть антисемитствующая Ирландия умерит свой идиотизм Ирландскому политическому классу необходимо проявлять больше смирения и меньше ханжества и идиотизма, когда он высказывается о запутанной ситуации, сложившейся между израильтянами и палестинцами.
Если кто-то в Лондоне или Париже потеряет свою собаку, вывесят плакат с просьбой помочь найти ее.
И если бы хоть один человек в нашем обществе пошел срывать такой плакат, мы бы спросили, что случилось в нашем обществе.
Мы бы спросили, почему мы производим на свет людей с такими патологиями. Мы бы хотели найти этого человека и наказать его.
Но когда пропавшими оказываются еврейские дети, еврейские женщины или еврейские мужчины, потому что быть еврейским мужчиной — это не криминал. Эти плакаты срывают.
Один из родственников похищенных детей семейства Бибас недавно рассказал мне, что видел в центре Дублина сорванные плакаты с изображением его годовалого родственника.
И еще одно соображение. На протяжении многих лет мы все слышали призывы феминисток бороться с сексуальным насилием мужчин над женщинами. «Верьте всем женщинам».
Но где же была солидарность? Где же сочувствие или хотя бы доверие когда женщины оказываются еврейками... Всё доверие испарилось.
И я даже не буду вдаваться в психопатологию и суицидальность «квиров за Палестину», которые являются филиалом «индюшек за Рождество».
Именно ХАМАС начал эту войну. Однако большая часть мира об этом забыла. Пропаганда ХАМАСа одурачила их, заставив представить, что Израиль - агрессор.
Видя эту войну вблизи, я могу сказать вам со стопроцентной уверенностью, что война закончилась бы завтра, не только если бы ХАМАС вернул еврейских заложников, но и если бы палестинцы в Газе воспитали своих детей - не ненавидеть, а любить.
Не стремиться к культу смерти, а присоединиться к Израилю в вере в жизнь. Не верить в разрушение государства, а направить свои силы на его строительство.
В контекстеКто же они, американские сторонники ХАМАСа? Всего полвека назад молодые американцы вступали в Weather Underground и пытались взрывать университеты, центры призыва в армию и армейские базы. Если ХАМАС не будет разгромлен в Израиле, он перенесет театр военных действий к порогу наших домов.
В каждой эпохе есть свой антисемитизм. Антисемитизм - это, как известно, видоизменяющийся вирус. Порой в прошлом люди ненавидели евреев за их религию. Когда стало невозможно ненавидеть евреев за их религию, люди начали ненавидеть евреев за их расу.
Потом, когда уже нельзя было ненавидеть людей за их расовую принадлежность, можно было ненавидеть евреев за то, что у них есть государство и они его защищают.
Это вечный вызов для еврейского народа. Грегор фон Реццори, среди прочих, показал нам это:
«Это их вызов - быть ненавидимыми за то, что они бедные и за то, что они богатые, за то, что они интегрированы и не интегрированы, за то, что они не имеют гражданства (помните космополитов без корней?) А также ненавидимыми за то, что у них есть государство.»
Но это вызов не только для евреев, это вызов для всех нас. Как писал Василий Гроссман в самом центре своего шедевра «Жизнь и судьба», цитирую:
«Антисемитизм никогда не является целью, антисемитизм всегда лишь средство, он мерило противоречий, не имеющих выхода. (Антисемитизм) есть зеркало собственных недостатков отдельных людей, общественных устройств и государственных систем. Скажи мне, в чем ты обвиняешь евреев, и я скажу, в чем ты сам виноват.»
Сегодня в Европе эта древняя ненависть может исходить как от левых, так и от правых. Мы должны быть бдительны и противостоять им, с какой бы стороны они ни исходили. Потому что, помимо всего прочего, все знают, что антисемитизм - это ранний тревожный знак.
Когда общество начинает потакать этой мерзкой, параноидальной выдумке, на смену ей приходит другая ненависть.
Мы в Европе в особом долгу перед историей и памятью, и в особом долгу перед евреями, и не только из-за того, что им пришлось перестрадать на нашем континенте, но и из-за богатства культуры, образования и веры, которые евреи привнесли в нашу цивилизацию.
Я говорю это самым откровенным образом. Причем на самых глубоких, теологических и философских уровнях.
Наша цивилизация не могла бы существовать без еврейского народа.
В контекстеИзраиль и неомарксизм Большинство СМИ, университетов и многие политические организации с таким воодушевлением поддерживают террористическую организацию Хамас именно потому, что по сути своей они давно стали платформами для подготовки террористов.
Но в заключение я хочу сообщить одну хорошую новость. Пока большая часть Европы и Запада, левые и правые, религиозные и атеисты, потакают этой пещерной ненависти, Израиль показывает другой путь. Он показывает, как арабы, евреи, друзы, мусульмане, христиане и другие могут жить вместе и бороться вместе.
За последние месяцы я познакомился с героическими мусульманскими врачами на передовой, героическими бойцами-друзами и многими другими в Израиле.
Как сказал мне недавно один храбрый молодой боец-друз, «я думаю, что ХАМАС ненавидит нас даже больше, чем евреев».
Израиль знает, за что он борется, и он знает, что борется не только за свое выживание, но и за выживание всех нас. Когда на Израиль нападают, он встает на защиту.
Когда израильтяне подвергаются, самому варварскому нападению, они не суетятся и не думают, что делать. Они сражаются, потому что, и на этом я закончу, - будь то Испания в XV веке, Европа в XX веке или арабский мир на протяжении многих веков, положение евреев всегда было самым опасным.
Когда евреи выделяются и слабы (а отсутствие выделяющихся отличий для еврейского народа, слава Б-гу, не представляется возможным...), остаётся один вариант — быть блистательным и сильным.
И не только Израиль должен следовать этой модели, но и мы. Быть блистательными, мощными, едиными и решительными.
* * *
Дуглас Мюррей
Перевод: Лора Шавит, Борис Годунов
«Telegram»