Трамп ужесточит санкции против Ирана
Помощник президента США по национальной безопасности Джон Болтон чуть-чуть не досидел в должности до своего потенциально звездного часа. Пламенная страсть Болтона (помимо его острой неприязни к контролю над ядерными вооружениями) - разделаться с режимом аятолл в Иране.
Собственно, его агрессивный активизм в этом направлении и стал одной из основных причин увольнения, Трамп испугался втягивания в спираль военных приготовлений.
В контекстеКорпус стражей нефтяного экспорта Глава спецподразделения «Аль-Кудс» КСИР генерал Касем Сулеймани предостерег США от отправки войск в акваторию Красного моря, заявив: это небезопасно для американцев. Ранее президент США Дональд Трамп написал в Твиттере, что предупреждает иранского президента Хасана Роухани о серьезных последствиях в случае, если тот будет угрожать Вашингтону.
Сейчас Болтон наверняка уверен, что именно его отставка спровоцировала дальнейшие события. С точки зрения вашингтонских ястребов, любое проявление колебаний Тегеран воспринимает как приглашение к еще большему давлению.
Атака на предприятия компании «Сауди Арамко», в результате которой крупнейшая страна-нефтепроизводитель на время лишилась половины своих мощностей, - событие беспрецедентное.
Этот инцидент - веха в событиях, которые разворачивались в регионе на протяжении длительного времени. И реакция на него покажет, какова сейчас реальная расстановка сил.
Йеменские повстанцы-шииты, которые взяли на себя ответственность за нападение, а заодно пригрозили ударами возмездия по ОАЭ и захватом части саудовской территории, - ребята, конечно, бравые. Но масштаб атаки все же явно превышает их калибр, так что всеобщий интерес к иранским покровителям хуситов как минимум понятен.
Вне зависимости от механики данного конкретного акта, происходящее на Ближнем Востоке отражает резкий подъем влияния Тегерана, что ставит Саудовскую Аравию, США, Израиль и ряд других государств в сложное положение.
Соединенным Штатам винить за все это некого. Именно политика Вашингтона в последние два десятилетия объективно способствовала укреплению Тегерана и превращению Ирана в наиболее мощную региональную силу.
Начиная со свержения иракского лидера Саддама Хусейна и до невнятной и непродуманной политики в отношении Сирии и Йемена, США как будто специально разрушали или ослабляли региональные противовесы иранскому влиянию.
В итоге сложилась неприятная для американской администрации ситуация.
Угроза глобальному нефтеснабжению - вопрос серьезный, игнорировать его страна, претендующая на гегемонию в мире, просто не имеет права.
Но как действовать? Кампания против Ирана невозможна по ряду причин.
Прежде всего никто не берется предсказать, как она пойдет и к чему приведет. В любом случае это должна быть кратно более крупная и, соответственно, опасная операция, чем все то, что американцы предпринимали после «холодной войны», включая и Ирак.
Во-вторых, Трамп органически против военных действий, это не его конек, к тому же подавляющая часть его избирательного ядра страстно поддерживает изначальный лозунг "Хватит бессмысленных войн!". А избирательная кампания уже в разгаре.
Президент США предпочел бы, если уж необходимо наказать выскочку, действовать руками его региональных соперников.
В контекстеЖенщины в обмен на шиитов Может ли Саудовская Аравия проводить реформы у себя дома, но продолжать распространять пуританское ваххабитское мировоззрение за рубежом? Судя по всему, пока существует союз между саудитами и ваххабитами, дела будут обстоять именно так.
Но тут возникают другие проблемы. Саудовская Аравия в полной мере продемонстрировала свои военно-стратегические таланты в Йемене.
Королевство плотно увязло в соседней стране, не имея перспектив ни добиться результата, ни уйти оттуда.
Представить себе столкновение Эр-Рияда с многократно более мощным соперником просто невозможно, да королевство и не рискнет предпринять такой шаг.
Израиль намного дееспособнее, но ирано-израильская коллизия породит такой водоворот на Ближнем Востоке и во всем мусульманском мире, что последствия перекроют любой результат.
Так что региональные союзники Вашингтона, напротив, рассчитывают, что США возьмут на себя основную часть бремени по усмирению амбиций Тегерана.
Значимость ситуации выходит далеко за региональные рамки. Рост Ирана - вызов Соединенным Штатам как стране, которая претендует на главенство в мире. Иран - не соперник США в глобальном масштабе, который оспаривает первенство Америки в целом. В такой роли все более явственно выступает Китай.
Но если Вашингтон не продемонстрирует способность осадить претендента на доминирование в одной из ключевых частей мира, то и его глобальные позиции не укрепятся, а, наоборот, ослабнут.
В то же время, если попытка осадить Тегеран приведет к еще более тяжелому кризису в регионе, а это, как все понимают, вполне возможно, то снижение американского авторитета только ускорится. Почти цугцванг.
Трамп уже давал понять, что готов повторить с Ираном тот же фортель, что и с Северной Кореей - резко перейти от страшных угроз к диалогу.
Но в иранском случае это намного сложнее. Во-первых, степень демонизации Ирана несопоставима даже с Северной Кореей. В этом есть израильский фактор, но прежде всего память о событиях конца семидесятых, когда исламские революционеры нанесли США удар по престижу, пожалуй, ни с чем не сопоставимый (захват посольства и последовавшие за тем нападением события).
Во-вторых, Трамп в прошлом году благополучно выкинул в корзину продукт титанических усилий дипломатов многих стран, включая США и Иран, - совместный всеобъемлющий план действий, который ставил под контроль ядерную программу Тегерана.
(«Nautilus»: Иллюзии насчёт того, что тот самый пресловутый план что-то «контролировал», это очень смелое, ничем не подтверждённое мнение автора.)
Так что доверие к договорным талантам главы Белого дома невелико по определению.
Момент, на самом деле, вполне исторический. Хотя вопрос вроде бы региональный, ответ на него имеет глобальное значение.
В этой связи весьма интересна роль России, которую сейчас все признают важнейшим фактором ближневосточной политики, и возможности, которые открывает нынешняя ситуация для Москвы. Но это тема уже другого комментария.
* * *
Федор Лукьянов
- профессор-исследователь НИУ «Высшая школа экономики»
«Российская газета»