Зачем президент США хочет купить Гренландию
До XX века расширение территории за счет покупки новых земель было привычной практикой для США. Но интерес Дональда Трампа к Гренландии вызвал недоумение у нынешнего владельца острова — Дании. Зачем президент США публично озвучил экзотическую идею?
В контекстеАмерика проигрывает битву за Арктику Автор «Блумберга» обвиняет администрацию США в преступной беспечности на фоне разворачивающейся «битвы за Арктику» с Россией. Трамп, мол, не верит в изменение климата под воздействием человека, а Путин в него верит — и выигрывает.
19 августа президент США Дональд Трамп опубликовал в своем Twitter-аккаунте фотоколлаж, на котором посреди одноэтажных домов на фоне серого гренландского пейзажа возвышается небоскреб с надписью Trump. «Обещаю не делать этого в Гренландии», — сопроводил картинку шуточной подписью американский лидер.
Твиту предшествовали несколько дней информационных утечек и обмена репликами по поводу возможной сделки по продаже Гренландии.
16 августа газета The Wall Street Journal со ссылкой на собственные источники в окружении Трампа сообщила, что президент США «заинтересован» в приобретении Гренландии у Дании, в чьем подчинении в статусе автономной территории находится крупнейший на Земле остров. Позднее советник главы государства Ларри Кудлоу подтвердил эту информацию.
Премьер-министр Дании Метте Фредериксен в интервью газете Sermitsiaq, в свою очередь, назвала «абсурдом» само обсуждение темы и исключила возможность сделки по Гренландии. МИД автономной территории ограничился комментарием о том, что местные власти открыты «для деловых контактов, но не для продажи».
Наконец, сам Трамп публично озвучил интерес к Гренландии «по стратегическим причинам», но оговорился, что это «не главная тема на повестке дня».
Несмотря на экзотический, на первый взгляд, характер идеи президента США, подобные инициативы вполне укладываются в рамки американской политической традиции.
Ту же Гренландию Штаты пытались купить дважды: в 1946-м глава государства Гарри Труман предлагал Дании за остров $100 млн, а в 1967-м королевство отклонило первый запрос Государственного департамента США на сделку (тогда в нее также предполагалось включить соседнюю Исландию).
История территориального расширения США вообще неотделима от истории покупок земель руководством страны. В 1803 году у Франции была куплена «территория Луизиана» (не путать с нынешним штатом Луизиана, который занимает лишь малую часть этой «территории») за $15 млн. Это приобретение президента Томаса Джефферсона размером более чем в 2 млн кв. км практически удвоило площадь Штатов и открыло возможность экспансии в долину Миссисипи и к западу от нее.
В 1819-м у Испании была приобретена Флорида. Формально территория уступлена, поскольку у Мадрида не было ни сил, ни возможностей ее защищать, но де-факто именно куплена — американское правительство заплатило более $5 млн, чтобы одновременно со сделкой уладить другие земельные споры на континенте с европейской страной.
В 1853 году США заплатили $10 млн Мексике — за 120 000 кв. км, необходимых государству для выравнивания границы (ныне на этих землях находится аризонский город Тусон, в честь которого названа популярная модель автомобиля).
В 1867-м Америка провернула одну из самых известных территориальных сделок — $7,2 млн за Аляску получила царская Россия.
В США покупка вызвала противоречивую реакцию: критики едко называли новые земли, польза от приобретения которых в 60-х годах XIX века была неочевидна, «холодильником Сьюарда» — по имени тогдашнего госсекретаря Уильяма Генри Сьюарда (он же стал первым автором идеи покупки Гренландии).
Позднее тем же «деловым» путем территорию Штатов пополнили Филиппины и Виргинские острова. На их примере очевидна условность сумм политических сделок: если за густонаселенные и стратегически важные для расстановки сил в Тихоокеанском регионе Филиппины в 1898 году США заплатили Испании $20 млн, то за крохотные (346 кв. км) Виргинские острова в 1917-м Дании (кстати, владелице Гренландии!) — $25 млн.
В контекстеCудьба компании Huawei показывает, что Трамп предпочитает сделки холодной войне Последние несколько недель президент США Дональд Трамп провоцировал гнев ястребов конгресса, намекая на то, что он может вычеркнуть компанию Huawei Technologies из черного списка, чтобы заключить торговое соглашение с Китаем.
В последние 100 лет территориальная бизнес-активность американского правительства сошла на нет. Мир к началу XX века был уже поделен, значительных «свободных» и неосвоенных территорий на планете не осталось, а падение колониальной системы привело к тому, что покупка и продажа земель рассматривается как нечто недопустимое и «абсурдное».
Трамп и его советники не могли не угадать реакцию датских властей, однако все же вбросили в информационное поле тему приобретения Гренландии. Почему?
Причины могут быть как внутри-, так и внешнеполитические. Провокационные заявления, вызывающие недоумение, характерны для нынешнего американского президента. Это его фирменный стиль, способ привлечения и поддержания внимания, а также своего рода апелляция к прошлому Трампа как крупного девелопера. Недаром советник Кудлоу, комментируя интерес к Гренландии, напомнил в интервью Fox News, что его босс «кое-что понимает» в сделках с недвижимостью.
Еще одной причиной могло стать обостряющееся соперничество в Арктике — на кону и доступ к природным ресурсам, и геополитические интересы. Эта борьба становится особенно актуальной на фоне формально отрицаемого Трампом глобального потепления, очевидного в приполярных районах из-за таяния льдов. Буквально на днях Исландия похоронила первую «жертву» климатических перемен — растаявший ледник Окйекудль.
Таяние льдов при этом потенциально облегчает доступ к залежам полезных ископаемых на северных островах. Кудлоу в своем интервью особо упирал на богатые гренландские запасы «ценных минералов».
Интерес американцев к Арктике давнишний — достаточно вспомнить, что первыми Северного полюса достигли граждане США Роберт Пири и/или Фредерик Кук. В 1958 году мировой сенсацией стало плавание к полюсу первой в мире атомной подлодки «Наутилус» из состава ВМФ США.
Однако, если посмотреть на карту, американский сектор Арктики выглядит скромно по сравнению с российским, канадским или датским — выход в регион у страны есть только в районе Аляски.
Впрочем, именно там находится крупнейшее в Северной Америке нефтяное месторождение Прадхо-Бей, откуда тянется Трансаляскинский нефтепровод.
Весьма вероятно, что громкими словесными интервенциями руководство США хотело бы в первую очередь расширить экономическое присутствие в Гренландии — застолбить права на добычу пока не добываемых полезных ископаемых острова.
В будущей гонке за арктическими богатствами уже сам интерес к покупке датской территории может стать серьезным подспорьем для Трампа.
* * *
Максим Артемьев
– политолог
«Forbes»