Война против свободы выбора и за свободу выбора
Санкт-Петербург. (Фото: «Nautilus»)
Меня тут справедливо упрекают что я часто пишу «как всё плохо», игнорируя то, что хорошо. Есть такой грех – «хорошо» оно и есть хорошо, что про него писать? Пишешь, когда что-то не устраивает или беспокоит.
Тем не менее, если у читателей складывается впечатление что я хорошего просто не вижу, стоит хоть раз его опровергнуть. Давайте поговорим о хорошем – о норме.
В контекстеДефект «имперской массы» Как империя, Россия не развалилась и здравствует - по сему и читаем о «подвигах» чеченцев и бурятов в Украине. Ничего не изменилось - ни с 1917-го, ни с 1991-го. Мы большие, и тем гордимся - а чем ещё?
Безусловно, огромное количество людей в мире и в России и сегодня и всегда адекватны, разумны, эмпатичны. Это касается людей всех национальностей, живущих на всех территориях. Это – норма.
Вы наверняка знаете мое отношение к режиму Путина и его политике – можно не повторяться. Но я категорически не готов объявлять «всех россиян» или «всех, кто не выходит на протесты» или «всех, кто не уехал» пособниками режима и преступниками.
Десятки миллионов жителей России всё понимают, но не могут ничего сделать. Они – заложники, а не пособники.
Сомневающиеся могут вспомнить, что Освенцим – лагерь, через который прошли миллионы заключенных, и в котором их одновременно находилось около 1 миллиона, охраняло 6000 человек, а пулемет был только у взвода, охранявшего главные ворота. Что, узники Освенцима тоже были пособниками?
Жить сейчас в России, с полным осознанием тупика, в который страну завела нынешняя власть, с чувством катастрофы, с ощущением ужаса и ненависти к режиму – норма.
Точно так же норма – уезжать из России сейчас, и было нормой уезжать и раньше. Вообще – решать, где тебе жить, самостоятельно, а не на основе навязчивых советов или доктрин типа «патриотизма» или «русофобии» - это норма.
У меня нет и не может быть претензий ни к остающимся, ни к уезжающим просто по факту их выбора локации. У остающихся может быть тысяча причин оставаться – старые родители, неконвертируемая профессия, любовь к месту проживания, что угодно; может даже вообще не быть никаких причин – и их выбор всё равно норма, и осуждать его не следует – осуждение выбора это не норма.
Десятки миллионов жителей России не понимают того, что происходит. Это не их вина, это их беда. Их не научили критическому мышлению; не дали доступа к объективной информации.
Их с детства пичкали конструктами, которые въелись в их сознание и блокируют восприятие реальности, если она не соответствует их предпочтениям и ожиданиям. Этот феномен – норма, а не отклонение: если с детства человека не растят определенным образом, то он вырастает именно таким.
В контекстеТак поди же, попляши ...И все потому, что европейские политики не просто вовремя не остановили Путина и других кремлевских варваров. Они еще их и поощряли, они им потакали, они на них работали, они брали у них деньги.
Можно ли обвинять их в том, что они такие? Думаю – нет, иначе нам придется обвинить всё человечество во всей его истории, и мы не найдем безвинных. Отчасти этот подход – обвинения - исповедуют самые радикальные левые в развитом мире, предлагающие сносить статуи и жечь книги тех, кто 300 лет назад владел рабами или 150 лет назад был против равноправия женщин.
Двигаясь таким путем, мы отменим всех великих писателей и философов античного мира и подавляющее большинство знаменитостей более поздних эпох – только чтобы через 200 лет человечество, которое перестанет есть мясо, отменило нынешних радикальных левых, потому что они позволяли себе стейк.
Ровно так же мы не можем ни обвинять, ни отменять тех, кто продолжает сейчас в России игнорировать происходящее или искренне верить пропаганде.
Ненавидеть их, призывать на их головы всевозможные кары, воевать с ними – это ненавидеть себя, воевать с собой: у каждого из нас есть свои заблуждения, свой wishful thinking, свои догмы и свои страхи; а если не у нас, то у наших предков они были в изобилии, но мы не ненавидим и не отменяем своих предков.
Объяснять – да. Выражать свою позицию ясно – да. Ссориться – да. Но не забывать, насколько мы сами недалеко от них ушли.
Что же является «не нормой»? Поддержка войны, убийства, захвата территорий; не «я не верю, что мы можем убивать и насиловать» (это вариант нормы, пусть печальный), а «и правильно их там убивают и насилуют». Это не норма вне зависимости от причин – вера ли это, садистическая патология, или выражающий эту поддержку просто сидит на окладе и/или надеется на ништяки.
Кстати, я написал «их там», но не написал кого. Так вот, вставьте кого угодно – и это не будет нормой в равной степени.
По разным оценкам из России уехали в этом году от 75 000 до 500 000 человек (точнее данных у меня нет и не может быть).
Их отъезд сам по себе совершенная норма, и так же, как у оставшихся это их личное дело: захотели уехали, захотели – остались. Часть из них слышать не хочет о России и это нормально, учитывая то, что в России творится.
Другая часть наоборот – активно вовлечена в информационное поле, дает советы, высказывает мнения - и это тоже нормально. Формально все, кто не лишился гражданства, имеют право (и моральное и физическое!) принимать участие в решениях относительно политики в России; но и те, кто не имеет российского гражданства, конечно имеют право иметь мнение и его высказывать.
Причем мнение это может быть каким угодно, если оно не поддерживает войну, убийства, захват территорий. Иметь мнение – норма.
В контекстеФашизм, нацизм и путинизм От Путина исходит угроза человечеству ничуть не меньшая, чем та, которая исходила от Гитлера. Ее не устранят никакие компромиссы и уступки агрессору. Ее может устранить только ликвидация режима Путина.
Кстати, мнение «Россию надо разделить на 20 частей» в этом смысле крайне безответственно и очень опасно, поскольку насильственное деление, особенно «снаружи» конечно будет кровавым. В этом смысле стоит говорить, но не заговариваться.
Что в данном случае не является нормой? Нормой не является то же самое – поддержка войны, убийства, захвата территорий, в том числе – войны с Россией, убийства россиян, захвата российской территории (сразу оговорюсь, что под Российской территорией я лично понимаю международно признанные границы, куда Крым не входит).
Желать Украине освободить свои земли – норма. Желать, чтобы при этом погибло как можно больше российских граждан – нет. Желать смены режима в России – норма. Желать ядерного удара по Москве – разумеется нет.
Желать, чтобы военная машина России забуксовала под санкциями – правильно; желать обнищания россиянам, болезней из-за отсутствия лекарств, роста детской смертности, разрухи, преступности – не норма в любом случае.
Я отлично понимаю чувства жителей Украины, которые потеряли имущество, место жизни, работу, близких, получили травмы. Их ненависть ко всем россиянам, перенос своего горя и ужаса, своего негодования, своей травмы на наиболее удобный для этого предмет – абстрактный «народ» или «нацию» - совершенно естественны, и я не готов их за это винить.
Но такая трансляция травмы – не норма. Нормой будет если, освободив свои земли и защитив сограждан, украинцы переживут травму и вернутся к объективному пониманию ситуации – как сделали это народы Европы и те же украинцы в отношении немцев после второй мировой.
Для этого, кстати, есть даже больше оснований – в России живет столько украинцев, а в Украине столько русскоязычных, что даже пропагандистам сложно объявить, что война идет между россиянами и украинцами, как сложно заявить, что раскол российского общества пролёг между оставшимися и уехавшими.
Война идет между милитаристским режимом и его соседом; не за территорию и не за отстаивание территории – это война против свободы выбора и за свободу выбора.
В том числе – выбора, что поддерживать, и где жить. Я не вижу никакой разницы в том, как будет называться страна, в которой будет расположен город, который сейчас называется Харьков – в конце концов названия меняются регулярно.
Но крайне важно чтобы люди в этом городе жили в свободном и безопасном пространстве, где можно без опаски выражать свои мнения, откуда можно ездить по всему миру, говорить на том языке, на котором тебе удобнее, спать с кем хочешь, верить во что хочешь – главное не делать плохо другим и никого не заставлять быть на себя похожим.
И я верю и надеюсь, что так будет в Харькове очень скоро. Я верю и надеюсь, что так будет и в Москве – но понимаю, что очень нескоро. Это норма.
* * *
Андрей Мовчан
«Facebook»