Хоть цель и не была достигнута — физическая ликвидация Навального, тем не менее, это привело к его эвакуации в Германию
Расследовательская команда The Insider, Bellingcat и CNN при участии Der Spiegel установило имена и звания сотрудников ФСБ, отравивших Алексея Навального «Новичком».
Отравление в Томске было уже второй попыткой, за два месяца до этого те же ФСБшники совершили покушение на оппозиционера в Калининграде и едва не убили при этом Юлию Навальную. Ключевую роль в покушении играло специальное подразделение Института криминалистики ФСБ.
После того как The Insider и Bellingcat через биллинги телефонных разговоров отравителей Скрипаля удалось установить, что «Новичок» сотрудники ГРУ получали из НЦ «Сигнал», появилась возможность расследовать и другие громкие отравления.
Телефонные биллинги и данные о поездках показывают, что операция по отравлению Навального была проведена группой из как минимум восьми оперативников ФСБ из секретного подразделения ведомства, действовавшего под прикрытием Института криминалистики ФСБ (он же НИИ-2 ФСБ или в/ч 34435).
В контекстеГульфикгейт Навальный опубликовал разговор с тем, кто признался в попытке его отравления и не отрицал свою причастность к ФСБ. Это — политический Чернобыль
Бывшие советские и российские разведчики, перебежавшие на Запад, рассказывали, что институт управляет секретной лабораторией, которая в советское время производила яды, используемые для убийств западных дипломатов, украинских националистов и советских перебежчиков.
По словам бывшего генерала КГБ Олега Калугина, в этой лаборатории КГБ была сделана специальная пуля (крошечный шарика с двумя отверстиями), начиненной рицином, которую использовали для отравления болгарского писателя-эмигранта Георгия Маркова, убитого в Лондоне в 1979 году.
Еще один перебежчик из КГБ, теперь живущий в США, на условиях анонимности рассказал Bellingcat, что основная лаборатория КГБ по производству ядов находилась именно на том месте, где, как установили журналисты расследователи, находится оперативный центр Института криминалистики, занимающийся отравлениями.
Тот же перебежчик также утверждает, что место лаборатории КГБ было настолько секретным, что именно оно использовалось путчистами для совещаний в августе 1991 года.
В 2007 году в статье на сайте Gazeta.ru утверждалось, что полоний, использованный для убийства Александра Литвиненко, был подготовлен в НИИ-2. На основе биллинга телефонов 12 сотрудников ФСБ, связанных с Институтом криминалистики, журналистам The Insider, Bellingcat и CNN удалось установить, что НИИ-2 продолжает управлять лабораторией химического оружия.
Она располагается в двух секретных и строго охраняемых местах в Москве и Подмосковье. Основной комплекс зданий находится на пересечении улицы Академика Варги с Теплостанским проездом. Другая база — это комплекс зданий в Подлипках, недалеко от Королёва. Оперативники, причастные к программе отравлений, часто посещают административный штаб головной организации Института — Центр специальной техники, расположенный на Проспекте Вернадского, 12.
Читая все это, поражаешься, насколько Москва и ближнее Подмосковье буквально нашпигованы объектами спецслужб.
Директор Института криминалистики ФСБ — генерал Кирилл Васильев. Васильев — инженер-химик и специалист в области идентификации метаболитов веществ в биомедицинских образцах с помощью масс-хроматографии и масс-спектрометрического обнаружения (золотой стандарт для идентификации химического оружия в биомедицинских образцах).
Не раскрывая свою принадлежность к ФСБ, он также участвует в исследованиях для НЦ «Сигнал», который играет ключевую роль в разработках «Новичка» в России. Кирилл Васильев подчиняется генерал-майору Владимиру Богданову, бывшему начальнику Института криминалистики, который в настоящее время возглавляет его главное предприятие — Центр специальной техники ФСБ и является заместителем директора научно-технической службы ФСБ.
Расследователям удалось установить личности 15 человек из Института криминалистики ФСБ, связанных с операциями по отравлению, и в том числе по меньшей мере 8 из них, включая руководителя группы — полковника Станислава Макшакова, участвовавших в покушении на убийство Навального (интересно, что группа отравителей из ГРУ также включала в себя 8 человек).
У кого-то из отравителей медицинское образование, кто-то делал карьеру в армии, кто-то в спецназе ФСБ, есть и специалисты по химическому оружию.
Макшаков, родившийся 25 марта 1966 года, ранее работал в Государственном институте технологии органического синтеза в закрытом военном городке Шиханы-1 (в/ч 61469). До официального прекращения российской программы химического оружия в 2017 году этот военный институт проводил исследования и разработки новых форм химического оружия, в том числе нервно-паралитических агентов типа «Новичок».
Олег Таякин, также пользующийся псевдонимом «Тарасов», родился 6 декабря 1980 года. Он являлся старшим членом группы по отравлению Навального и обычно координировал действия подчиненных, находясь в центральном офисе на улице Академика Варги. Таякин также служил на базе «Белый уголь» Службы специальных назначений ФСБ в Ессентуках и в в/ч 03523 Космических войск. В 2004 году он окончил Пироговскую медицинскую академию в Москве и ранее работал врачом.
Алексей Александров, использующий псевдоним «Фролов», родился 16 июня 1981 года. В 2006 году он окончил медицинский институт в Москве и работал врачом скорой помощи, а затем военным врачом, и начал службу в ФСБ в 2013 году. По мнению расследователей, Александров играл ключевую роль в двух попытках отравления Навального в 2020 году.
Врач Иван Осипов, использующий псевдоним «Спиридонов», родился 21 августа 1976 года. В 2012 году он удалил свои данные из соцсетей, предположительно, в связи с тем, что именно тогда стал сотрудником ФСБ.
Константин Кудрявцев, выступавший под псевдонимом «Соколов», родился 11 апреля 1979 года. Он служил в войсковой части в Шиханах и до начала работы в Институте криминалистики ФСБ успел окончить Российскую академию военной химико-биологической защиты.
Алексей Кривощеков, родившийся 11 апреля 1979 года, не успел обзавестись псевдонимом. До прихода в ФСБ в 2008 году он служил в Министерстве обороны.
Михаил Швец, использующий псевдоним «Степанов», судя по опубликованной фотографии, — человек с очень недобрым взглядом. Он официально прописан по адресу «улица Трубецкая, 116, Балашиха» — это адрес Центра специальных операций ФСБ, где тренировался убийца Зелимхана Хангошвили Вадим Красиков (Соколов). Телефонные метаданные доказывают, что Швец бывает как в лаборатории на улице Академика Варги, так и на базе ЦСН ФСБ.
Владимир Паняев, родившийся 25 ноября 1980 года в Сердобске Пензенской области, также не успел еще обзавестись псевдонимом. До прихода в Институт криминалистики ФСБ работал в пограничной службе ФСБ, затем стал соучредителем компании, занимавшейся газовым оборудованием. Вряд ли случайно, что он живет в одном доме с Алексеем Навальным. После отравления его адрес регистрации был изменен на штаб-квартиру ФСБ на Лубянке, 1.
Также по теме«Новая газета» Большой Брат на службе Открытого Общества «Независимая газета» Под «Северный поток – 2» подкладывают политическую мину
Отравители начали следить за Алексеем Навальным не позднее января 2017 года, т. е. с того момента как он объявил о своих планах участвовать в президентских выборах в России в 2018 году. В 2017 году Навальный совершил более 20 предвыборных поездок за пределы Москвы. Отравители следили за ним практически во всех этих поездках, за исключением нескольких однодневных, без ночевки в пункте назначения.
Всего сотрудники ФСБ совершили 47 поездок по тем же направлениям, куда летал или ездил Алексей Навальный.
Отравители обычно путешествовали группами по два или три человека — на разных рейсах, чередуя настоящие имена и имена прикрытия (псевдонимы). Иногда они летали под одним именем из Москвы и под вторым — обратно, но почти никогда не летели тем же рейсом, которым летел Навальный, а использовали параллельные рейсы из других московских аэропортов.
Часто они использовали рейс, предшествующий рейсу Навального. Это сводило к минимуму возможность того, что Навальный или члены его команды заметят одних и тех же пассажиров на разных рейсах. В беседе с расследователями Навальный рассказал, что во время одного из перелетов в 2017 году (какого точно, он уже не помнит) он почувствовал симптомы, очень похожие, хотя и менее серьезные, на то, что было во время рокового перелета из Томска.
После того, как ЦИК в декабре 2017 года отказал Навальному в регистрации кандидатом в президенты, слежка за ним прекратилась. В 2018 году совпадающих поездок у Навального с отравителями не было, в 2019-м — была только одна поездка в феврале в Петербург. В июле 2019 года Навальному стало плохо в изоляторе, куда его посадили за призывы к протестам — он был госпитализирован с сильным отеком лица.
Официально ему была диагностирована «аллергическая реакция», хотя аллергиком Навальный никогда не был. В 2020 году слежка за Навальным возобновилась в полной мере.
Биллинги телефонных переговоров показывают всплеск общения между сотрудниками НЦ «Сигнал» и тремя сотрудниками ФСБ уже за два месяца до отравления Навального в Томске. 2 июля 2020 года Александров («Фролов»), Швец и Паняев купили билеты в Калининград. Паняев улетел в тот же вечер, а «Фролов» и Швец — на следующее утро, 3 июля, когда Навальный с женой Юлией вылетели в Калининград, чтобы провести пятидневный отпуск в гостинице «Шлосс Отель Янтарный» на берегу Балтийского моря.
В этот раз ФСБшники снова вылетели из другого аэропорта, чтобы не быть замеченными: Навальный вылетел из Домодедово, отравители — из Шереметьево. Незадолго до вылета все трое оперативников ФСБ неоднократно разговаривали по телефону с полковником Макшаковым. Он, в свою очередь, обменялся телефонными звонками со своим начальством — генералами Кириллом Васильевым и Владимиром Богдановым.
Все трое оперативников на время поездки отключили свои обычные мобильные телефоны. Однако по крайней мере один из них — Александров («Фролов»), неоднократно использовал номер «левого» телефона для связи со своим командиром Макшаковым в ходе операции.
Два сотрудника гостиницы независимо друг от друга рассказали расследователям, что за день до приезда Навальных «пришло несколько людей в штатском, разговаривали с начальством, затем заходили в номера, что-то там делали и ушли». Сотрудники гостиницы решили тогда, что спецслужбы установили прослушку. Днем 5 июля в 16:55 трио отравителей вылетело обратно в Москву.
По прибытии Александров позвонил Макшакову, и отравители поехали в офис на улицу Академика Варги. Утром 6 июля чета Навальных ненадолго вернулась после пляжа в свой номер в отеле, а затем пошли завтракать в соседнем пляжном кафе.
По дороге в кафе Юлия Навальная вдруг почувствовала себя плохо.
Она рассказывала: «Я просто шла по улице, чувствовала себя совершенно нормально. И внезапно почувствовала себя плохо. Потом очень плохо. Потом так плохо, как никогда в жизни себя не чувствовала. Алексей спрашивает: что у тебя болит? Чем тебе помочь? А у меня ничего не болит и я сама не понимаю, что происходит. Он принес мне воды, я пошла обратно в номер. По дороге присела на лавку и уже с трудом с нее встала. До номера еле добралась, хотя это было метров триста. Легла на кровать. Это было просто ужасно. Через час стало легче и я заснула. А утром всё было совершенно нормально»
Скорее всего, Юлия получила дозу «Новичка» значительно меньше летальной.
В контекстеКремль предпринял вторую неудачную попытку отравить Алексея Навального Профессиональный журналист-русофоб рассказывает, что агенты российской разведки, якобы, второй раз попытались убить Алексея Навального до того, как он оказался в Берлине. Свое заявление автор традиционно подтверждает ссылкой на «анонимные источники в разведке».
Начиная с 8:30 утра 6 июля 2020 года происходил постоянный обмен телефонными звонками между отравителями, только что вернувшимися из Калининграда, и их начальником Макшаковым, который, в свою очередь, снова звонил отчитываться генералам Васильеву и Богданову. В 9 утра Макшаков, Васильев и Богданов по очереди звонили Артуру Жирову, директору НЦ «Сигнал». В 10 утра Жиров, а затем и Макшаков звонили Олегу Демидову, специалисту по «Новичку», ранее работавшему в 33-м военном институте в Шиханах.
Олег Демидов является соавтором патента 2003 года на «имитационную рецептуру для обучения войск боевым действиям в условиях химического заражения».
После формального выхода на пенсию из 33-го института, он несколько лет проработал в Дубненском НИИ прикладной акустики, который формально не связан с химоружием, но который регулярно посещали Таякин и Александров в мае-июне 2020 года, судя по метаданным их телефонов. По состоянию на 2019 год Демидов работал в НЦ «Сигнал» и в последнее время часто общался по телефону как минимум с пятью участниками группы отравителей из ФСБ.
После активного обмена звонками между ФСБ и НЦ «Сигнал», в 13:00 генерал Богданов направился в аэропорт и в 14:30 сам вылетел в Калининград. Данные геолокации показывают, что следующие несколько дней он провел в штаб-квартире ФСБ в Калининграде, общаясь по телефону в основном с Макшаковым, а также с химиками НЦ «Сигнал» и Институтом криминалистики.
Месяц спустя Александров («Фролов»), Осипов («Спиридонов») и Паняев — забронировали билеты на рейс в Новосибирск. Навальный забронировал свой обратный билет (не из Новосибирска, а из Томска) только 17 августа, и через несколько минут то же самое сделали и отравители. Таякин остался в Москве и постоянно общался через мессенджер с отравителями в Сибири. 14 августа в 15:34 по томскому времени Александров допустил одну из двух своих главных ошибок. Он ненадолго включил свой основной телефон, что привело к проверке геолокационных данных.
На тот момент он находился рядом с базовой станцией на проспекте Димитрова, 2 — рядом с гостиницей в Новосибирске, где Мария Певчих забронировала номер (но она на всякий случай поселилась в другой гостинице). Таякин во время операции постоянно находился в главном офисе на улице Академика Варги. Ночью он постоянно совершал и принимал звонки через интернет. Он также звонил Макшакову рано каждое утро. Макшаков, в свою очередь, отзванивался генералу Богданову после каждого звонка Таякина.
В 16:21 19 августа по московскому времени (20:21 по томскому времени) Владимир Паняев отправил текстовое сообщение Макшакову. Примерно в этот момент Навальный отправился купаться в местной реке (традиция, которую Навальный старался соблюдать в своих поездках по регионам). Он находился вдали от отеля около 2,5 часов. Он вернулся в Xander в 11 вечера и встретил свою команду, которая как раз закончила ужинать в баре Velvet при отеле. Проведя в баре буквально несколько минут, он отправился спать.
Примерно в это же время, в 20:08 мск, Кривощеков позвонил Макшакову. В 20:37 Таякин коротко поговорил с кем-то через мессенджер, после чего позвонил Макшакову, одновременно поддерживая соединение для передачи данных. За следующие несколько минут он разговаривал с Макшаковым четыре раза, последний раз в 20:44. В Томске это было 0:44. А в 0:48, Александров совершил вторую ошибку, включив свой обычный телефон. Телефон был включен всего на пару секунд, но этого было достаточно, чтобы он мог обменяться одним байтом данных с сотовой сетью.
Согласно метаданным, в этот момент телефон находился рядом с вышкой сотовой связи в центре Томска, всего в нескольких минутах езды к северу от отеля Xander. Вполне вероятно, что «Новичок» был нанесен на нижнее белье, которое оппозиционер сдавал в химчистку: вещи из химчистки отеля принесли именно в тот момент, когда Навальный ходил купаться.
В 6.05 утра 20 августа Навальный спустился в из номера, чтобы ехать в аэропорт. Ровно в эту минуту (в 2:05 по Москве) Кривощеков отправил Макшакову СМС. Макшаков написал Таякину, и тот тут же направился в офис на улице Академика Варги, куда прибыл около 4 утра, как раз когда самолет Навального вылетел из Томска. А через полчаса после вылета Навальный почувствовал себя плохо.
После отравления отравители направились в Горно-Алтайск, в соседнем с которым Бийске находится тесно связанный с Институтом криминалистики Институт проблем химико-энергетических технологий, который заявил об изобретении в 2018 году «набора наносорбентов для удаления следов химического оружия с зараженных участков». Скорее всего, там отравители избавились от вещей, на которых могли быть следы «Новичка».
А 25 августа 2020 года Кудрявцев, квалифицированный специалист по химическому оружию, прилетел в Омск, откуда, скорее всего, забрал одежду Навального, которую ему так и не вернули.
Очень интересно, даст ли теперь Путин приказ о ликвидации всей команды засвеченных отравителей в Томске, подобно тому, как, по всей видимости были ликвидированы засветившиеся в Солсбери «Петров» и «Боширов». Думаю, что судьба Макшакова и его подчиненных сложится более счастливо. Эти люди за границу в принципе не выезжают, а в России смогут продолжить свою деятельность, сменив паспорта и, возможно, проведя пластические операции (расследователи опубликовали их фотографии).
Отравление же в Томске, хотя и не достигло главной цели — физической ликвидации Навального, тем не менее, привело к его эвакуации в Германию, что во многом ослабило деятельность ФБК в России. Вынужденная эмиграция Навального (а теперь власти сделают все, что бы он не вернулся в Россию при жизни Путина) уменьшает его шансы на приход к власти после Путина. Тем не менее, он продолжает играть существенную роль в антипутинской оппозиции.
Остается надеяться, что длительное пребывание Навального в Европе приведет к трезвому осмыслению его позиций по отношению к Украине.
Пока что он выступает не только за сохранение Крыма российским (здесь он не отличается от подавляющего большинства российских оппозиционеров), но даже не готов к безусловному прекращению конфликта в Донбассе и возвращению Украине оккупированных территорий.
* * *
Борис Соколов
«День Киев.Ua»