Западные медиа представляют гораздо большую опасность для западной цивилизации, чем Россия
С Америкой происходит нечто экстраординарное. Серьезно звучит предупреждение видного историка В. Д. Хансона: «Страна разваливается, и сторонники радикального эгалитаризма побеждают. Войны между Трампом и СМИ, «глубоким государством» (так стало принято называть многочисленные спецслужбы), партией прогрессивистов, изобилующие обвинениями и контробвинениями в скандалах, сговорах и коррупции, – лишь симптомы намного более фундаментального и растущего раскола между американцами, который достигает опасной кульминации».
Линия раздора в этой холодной гражданской войне проходит и через евреев.
Как в каждой реальной войне, этой сопутствует всплеск антисемитизма. Поначалу в антисемитизме обвинили администрацию Трампа. Поводом избрали личность первого советника президента филосемита Стива Бэннона. Потом, когда выяснилось, что Трамп – наиболее произраильский президент США за всю совместную историю этих двух государств, антисемиты прорезались в противоположном лагере. Целью их атак стало влияние зятя Трампа Джареда Кушнера.
Так, автор левого еженедельника The Nation Эми Виленц иронизирует над пригодностью Кушнера для участия в ближневосточной политике: опыт менеджмента принадлежащих семейству Кушнеров 20 000 единиц жилья в районе Балтимора «делает Джареда хорошим посланником для израильско-палестинской ситуации, так как его компания работает, как израильтяне на оккупированных территориях: выгоняет людей из их жилья, из мест, которые, они думали, были их домом».
Яркий пример современной формы кровавого навета: евреи – богачи, притесняют бедняков и изгоняют арабов.
А влиятельная вашингтонская журналистка А. Б. Стоддард требует лишить Кушнера допуска к секретам: «Это будет лучше для него, для Трампа, для Республиканской партии и – самое главное – для страны». Почему – я не понял.
Даже глава Антидиффамационной лиги из клинтоновских миньонов Д. Гринблатт жалуется на левых, опубликовав статью «Антисемитизм вползает в прогрессивизм». Он переживает: трех лесбиянок за могендовид на их флаге выгнали с парада гордости в Чикаго. Транспарант на платформе митинга «Черные жизни важны» обвинял Израиль в геноциде «палестинцев». А лидер движения феминисток Линда Сорсур заявила, что феминизм несовместим с сионизмом. Проблема Гринблатта и его единомышленников: они всем сердцем разделяют идеи помянутых непочтенных движений и оскорблены невзаимностью.
Весь этот левый сброд к прошедшим выборам получил неожиданное подкрепление.
Сталин, как известно, любил пошутить. Существует легенда, будто однажды он ответил на вопрос старательного идеологического работника: «Какая оппозиция хуже: левая или правая?» – «Пойдешь налево – придешь направо». И действительно, его левых оппозиционеров Зиновьева и Каменева отличило от правого, Бухарина, немногое – дата расстрела.
В сегодняшних американских буднях все закручено в другую сторону: пойдешь направо – придешь налево. Среди страстных врагов президента Трампа, ведущего пока что последовательную консервативную политику, неожиданно обнаружились правые интеллектуалы из секулярных евреев, возглавляющие неоконсервативное крыло Республиканской партии: создатель и бывший редактор правого журнала The Weekly Standard Билл Кристол, создатель National Review Online Иона Голдберг, главный редактор интеллектуального еврейского журнала правого толка The Commentary Джон Подгорец, популярный радиокомментатор Майкл Медведь.
Бывший редактор Jerusalem Post Брет Стивенс от ненависти к Трампу сменил позицию внешнеполитического эксперта в консервативной WSJ на должность колумниста в ультралевой NYTimes.
Это как если бы католическая монахиня ушла служить бандершей в бордель.
Не скрывает неприязни к Трампу наиболее популярный журналист Америки Чарльз Краутхаммер, еженедельные эссе которого перепечатывают сотни изданий. Перед выборами он фактически поддержал лидировавшую в опросах Хиллари, опубликовав эссе о том, почему он не пойдет на выборы. То есть призвал своих читателей принять победу демократки.
Оппозицию этим неоконам составили три ведущих американских публициста: соблюдающие иудеи – радиоведущий Денис Прегер, социолог Давид Голдман и йельский профессор Дэвид Гелентер. Похоже, религиозные евреи видят мир иначе, чем светские.
Возможны разные попытки объяснить тяжелую ненависть, которую Трамп вызывает у истеблишмента, включая неоконов. Первое объяснение, которое я слышал, – снобизм. В отличие от большинства представителей правящего класса Америки, обучавшихся высоким абстракциям в юридических школах Йеля и Гарварда, Трамп – человек дела, застройщик. Некоторые бизнесы Трампа нереспектабельны. Есть среди них казино, конкурсы красоты. «Многие интеллектуалы считают, что Трамп вульгарен. Это относится и к консерваторам. Он им кажется крестьянином и говорит, как крестьянин», – констатирует Дэвид Гелентер.
Второе объяснение, близкое первому: Трамп, считает элита, – нехороший человек. Ему предъявляют обвинение в недопустимом в XXI веке грехе – в женолюбии. В XX веке это долго за грех не держали. К концу его, благодаря успехам феминизма, критерий изменился. Клинтон из-за женолюбия прошел через импичмент. Его, правда, обвиняли в недостойном поведении и даже в изнасилованиях. Трампом его женщины оставались довольны.
Но это в Трампе и бесит. Много лет назад некто из молодой поросли Бушей в раздевалке спортзала, припрятав магнитофон (интересно, куда его можно припрятать при переодевании?), расспросил Трампа, как тот советует ему добиваться успеха у дам. Будущий президент произнес тогда возмутительную сентенцию: женщинам нравятся знаменитые и влиятельные мужчины.
Перед выборами Буш обнародовал долго хранимый компромат. Наушничество ныне не порицается, даже приветствуется.
Прегер привел в защиту Трампа, обвиненного из-за этой фразы в женоненавистничестве, четыре соображения. Назову лишь последнее: «сентенция Трампа – правда».
Прегер оспаривает оценку политики президента на основе отношения к его личной моральности. Он пишет: «Дела политических лидеров являются более важными, чем их характер. Приведу лишь один из бесконечного списка примеров: я бы предпочел прелюбодейного президента (например, Джона Кеннеди), который поддерживает Израиль, верному семьянину (например, Джимми Картеру), который был антисионистом». Поясню, что для многих иудеев Израиль играет религиозную роль, и поддержка его является моральной обязанностью. Светские американские евреи, напротив, к Израилю остывают.
Прегер допускает смелую ассоциацию: «Как религиозный еврей я знаю из Библии, что сам Бог выбрал морально небезупречную личность для осуществления великих целей. Подумайте о царе Давиде, который убил мужа с целью прикрыть прелюбодеяние, которое совершил с его женой; или о проститутке Рахав, которая оказала важную помощь евреям при завоевании ими Ханаана. Моральные качества Трампа менее важны, чем необходимость победить левых. Если левые выиграют, Америка проиграет. А если Америка проиграет, то зло овладеет миром».
Впрочем, Прегер добавляет: «Я считаю, что Трамп как личность лучше, чем утверждают его критики».
Всемирно историческое и цивилизационное значение миссии Трампа, о которой говорит здесь Прегер, интересно объяснил Голдман. Свою статью о войне против Трампа он назвал так: «Ненависть к Трампу – это все об исламе».
Рейтинг Трампа сегодня не впечатляет. Но одно его решение – крайне затруднить въезд в США гражданам самых опасных мусульманских стран – поддерживают по меньшей мере 60% американцев.
Решительность Трампа привела в ужас истеблишмент, но, вероятно, обеспечила ему номинацию,
– пишет Голдман. Он объясняет:
Трамп отверг политику относительно ислама и правых политиков, и левых. Западные лидеры от Джорджа Буша до папы Франциска I делали все возможное, чтобы избежать столкновения цивилизаций. Они восхваляли ислам как религию мира. Трамп, напротив, заявил мусульманским лидерам в Саудовской Аравии 21 мая, что бремя ответственности лежит на них. Они должны истребить террористов в их странах и мечетях.
Голдман разделил причины ненависти к Трампу у левых и правых политиков.
Понятия демократов включают в совокупную группу жертв западного колониализма мусульман и «цветных» (неважно, что ислам вел хорошо документированную кровавейшую захватническую войну и создал торговлю африканскими рабами). Республиканский же истеблишмент и его «эксперты»-неоконы видят мусульманский мир как гигантскую лабораторию для экспорта демократии.
Такую политику поддерживают ЦРУ и прочие части «глубокого государства», имеющие хорошую жизнь за счет продажи оружия из запасов полковника Каддафи (которого США помогли свергнуть в 2011 году) «умеренным сирийским повстанцам.
Это прямо или косвенно привело к росту ISIS, о чем генерал Майк Флинн предупреждал еще в 2012 году в документе разведывательного управления Министерства обороны». Флинна за этот документ отправил в отставку промусульманский президент Обама.
Из темы ислама Голдман выводит и конфликт неоконов с Трампом по поводу отношений с Россией.
Стивенс в NYTimes 19 июля критикует твит Прегера:
Западные медиа представляют гораздо большую опасность для западной цивилизации, чем Россия.
Позже Прегер пояснил:
Реальную угрозу для западной цивилизации представляет сама западная цивилизация, перестающая верить в себя. И в этой связи Россия не являет опасности, в то время как левые, доминирующие в СМИ и в университетах, несут летальную угрозу.
Стивенс, напротив, видит угрозу Америке далеко от ее берегов. Путин, считает он, «через развитие крипто-фашистской идеологии, которая сочетает в себе свирепый этнический шовинизм и реваншизм, экономический корпоративизм, религиозный традиционализм и культ личности, создает модель для автократов везде, от Венгрии до Турции и Филиппин». Вот как далеко залетела угроза американизму – не в СМИ, питающие американцев дезинформацией, не в колледжи, индоктринирующие молодое поколение левым ширпотребом. Угрожает нам, оказывается, негативный пример Путина для филиппинца и еще что-то из курса научного коммунизма.
Голдман определяет различие подхода Трампа и его критиков: «Неоконы надеются, что более демократичный, проамериканский мусульманский мир может обернуться против России. Трампа же не заботит, как русские управляются со своими делами, пока они помогают нам сдерживать стратегические угрозы для Соединенных Штатов (как не заботит это и меня). Мы должны смотреть на другие страны в соответствии с тем, как они помогают нам продвигать наши интересы, а не с тем, что, как мы представляем, лучше для них».
Велики первые успехи Трампа в защите Америки от исламской угрозы. Во времена Обамы раз в два месяца, а то и чаще, Америку сотрясали масштабные террористические акты, а президент успокаивал граждан тем, что для них опаснее скользкий пол в ванной. При Трампе терактов пока не наблюдалось. Похоже, организаторы терактов его боятся.
Раскол среди интеллектуалов в свое время помог прийти к власти большевикам в России и нацистам в Германии. Сейчас, когда, как пишет Гелентер,
левые овладели американской культурой: почти каждым университетом, газетами, ТВ, Голливудом, издательствами, школьным образованием и музеями, и на протяжении всей моей взрослой жизни правые не сделали ни одного существенного шага против либеральной культурной машины,
выступление неоконов в едином строю с прогрессивистами может оказаться решающим в происходящей в США холодной гражданской войне. Власть может ускользнуть к левым. А это, как предупредил Прегер, приведет к тому, что Америка проиграет, и зло овладеет миром.
* * *
Борис Гулько
«Кстати»