Несколько замечаний по поводу педагогических налогов правительства
Никаких конфет! (Фото: «Nautilus»)
Легендарный министр финансов Леви Эшколь говаривал, что если отрастит бороду – экономика Израиля развалится. Когда его спрашивали: почему? – он отвечал: потому что самые лучшие идеи о новых налогах приходят мне в голову во время бритья.
В контекстеХороший, плохой, злой Контакты с окружающими, которые едят мясо, становятся настоящим полем боя: веган обязательно упомянет о том, что он веган, что всем нужно отказаться от мяса, молока и прочих продуктов животного происхождения, что человек, который этого не делает, не думает о животных, экологии, да и вообще ни о чем не думает.
За прошедшие с тех пор годы скачущий прогресс человечества оставил позади необходимость в бритье. Сегодня у нас есть бородатый министр финансов, который все же генерирует много идей новых налогов.
Более того: нынешние новые налоги предназначены не только для того, чтобы добыть деньги дня госказны, но, в основном, чтобы воспитывать нас – граждан.
И это замечательно – ведь кто будет воспитывать нас, если не министры.
Со вступлением в должность заявила министр просвещения, что она хочет, чтобы в школах было кайфово для учеников, учителей и директоров школ. Вроде у нее хорошие намерения, но несколько ее высказываний вызвали опасение, что для правительства перемен важнее кайф, чем образование и воспитание в их классическом смысле.
Новая налоговая политика проясняет, что это ошибка: правительство отказывается от просвещения детей в духе традиционных идеалов и передачи им знаний, но взрослых это правительство стремится воспитывать.
«Создать изменение в поведении», - определил это альтернативный премьер-министр Лапид.
Налог на угдеводороды обучит нас потреблять меньше электричества, налог на Кока-Колу приучит нас пить воду, а налог на одноразовую посуду обучит нас защищать окружающую среду.
Возможно, это пример захватывающего принципа: закон сохранения консерватизма. Это правило постановляет, что тот, кто подрывает традиционную верность и здоровый консерватизм именем просвещенной открытости, склонен проявлять чрезмерный упрямый фанатичный консерватизм в других вопросах – важных для него.
Например, судьи БАГАЦа навязывают всем гос.учреждениям открытость и прозрачность, и лишь одно учреждение они не обязывают этому – судебную систему.
Судьи облекаются в черные мантии со средних веков, избираются комиссией, чьи заседания тайны, они запрещают вносить в залы судебных заседаний фотокамеры и микрофоны.
Закон сохранения консерватизма распространен еще в ряде сфер: пренебрегающие кашрутом создают свои жесткие законы еды под вывеской вегетарианства; у крайне фанатичных сторонников экологии, включая атеистов, можно идентифицировать немало явно религиозных мотивов; а нынешнее правительство якобы отказывается от принуждения в образовании детей, но задействует принуждение в воспитании их родителей.
В контекстеЗачем Либерман придумывает новые способы отъема денег у граждан? Чего вдруг министерство финансов бросается на смертный бой с бесплатными муниципальными парковками? Кому они вообще могут помешать, кроме владельцев платных парковок? Откуда и зачем Либерман придумал этот новый налог на передвижение?
Многие отметили, что новые налоги фокусируются на поведении, распространенном среди харедим, но игнорируют вред, наносимый экологии привычками жителей Тель-Авива, вроде полетов за границу (вред окружающей среде от самолетов и самолетного топлива) или одноразовых капсул для кофе.
Семь высокопоставленных министров – четверть правительства – тель-авивцы.
Правительству придется приложить немало усилий, чтобы выйти за пределы интересов государства Тель-Авив.
Параллельно войне на уничтожение, объявленной правительством сахару, оно продвигает снисходительное отношение к легким наркотикам. Получат ли фирмы, производящие продукты питания, правительственные симпатии или некоторое игнорирование нарушений, если заменят сахар в напитках марихуаной?
Надо надеяться, что с этого момента министры финансов – как бритые, так и бородатые – поймут педагогический потенциал, скрывающийся в налоговой политике. Казна выиграет, граждане получат воспитание, может, даже журналисты похвалят – пока это не заденет их образ жизни.
Все это до того дня, когда кто-нибудь введет налог на педагогические налоги.
Потому что в один прекрасный день кто-нибудь поймет, что не так воспитывают; что поведение политиков в последнее время не коронует их в качестве педагогического образца; что лучше пусть перестанут нарушать предвыборные обещания и выжимать новые должности и надбавки – до того, как станут представлять себя воспитателями поколения. А если все же заупрямятся воспитывать нас – то заплатят за это налог.
А если не будет введен налог на такое поведение политиков, то мы всегда сможет наложить на них платеж на избирательном участке.
* * *
Хаим Навон
«Маоф»
Перевод: Моше Борухович
«Макор ришон», 13.08.2021