Позорный период Америки
Вот еще один пример явления, которое я все не изловчусь коротко перевести на русский: cancel culture. В Университете Южной Калифорнии (УЮК) давно работает профессор Грег Паттон, преподающий business communication.
Последнее слово звучит как «коммуникации», но означает, как я подозреваю, «общение». То есть Паттон учил в УЮК школяров искусству общения между бизнесменами. У него самого имеется богатый опыт по части общения с бизнесменами-китайцами.
В контекстеПодождем результаты опросов Ситуация на сегодня остается фифти-фифти, и это не может не вселять беспокойство в сердца тех, кому ненавистны социалистические опарыши типа Берни Сандерса и Александрии Оказио-Кортес, кого тошнит от людоедских Клинтонов и исламистских Обам, кто не желает целовать сапоги черных погромщиков.
Паттон был широко известен в своей камерной области, но прославился на всю страну лишь в августе, когда в УЮК наступил каюк свободе слова, будто бы гарантированной всем нам Конституцией США.
На самом деле каюк ей зародился уже давно и не в УЮК. Еще в 2000 году известный писатель Филип Рот напечатал роман «Людское клеймо» (в оригинале Human Stain), в котором был яркий пример cancel culture, то есть распространенной сейчас удавки для свободы слова.
Рот, кстати, был завсегдатаем «Русского самовара», душа которого Роман Каплан регулярно меня с ним знакомил, а я регулярно не знал, о чем с Ротом говорить, и поэтому неловко молчал.
Сейчас я бы знал, поскольку прочитал два года назад в его некрологах, что его батюшка был родом из Козлова. Но хороша ложка к обеду.
В «Людском клейме» рассказывается о том, как профессор древней истории Коулман Силк был репрессирован за слово, которое имело несколько значений, и одно из них было обидным для черных.
Силк как-то осведомился в аудитории о ряде отсутствовавших на занятии студентов, шутливо назвав их spooks, «шпионы-невидимки». Беда в том, что этот термин также издавна употребляется в качестве весьма оскорбительного слова для черных, которых тогда еще не уважали.
Силка уволили. Грега Паттона пока не выгнали, а заменили другим профессором, который теперь преподает вместо него курс по общению между бизнесменами. Чем провинился наш герой?
20 августа Паттон оскоромился, произнеся вслух китайский термин-паразит, или вставку.
Это то, что мы говорим, когда запинаемся, например «так сказать» или «гм». Некоторые включают в число вставок и русское «блин» или «б…». Один мой приятель-филолог говорил, что считает «б…» русским артиклем.
В 1966 году я работал грузчиком помидоров под Пловдивом и, слушая болгарский, решил, что и в русском таки есть остатки артикля.
Это «-то» в конце слова, как, например, «картошка-то?» – «да, она самая». Это было мое единственное открытие в области языкознания. Сейчас я проверил: «-то» – это действительно русский артикль.
Из болгарского я помню еще лишь, что «кал» – это грязь, а КГБ – это Комитет за державна сегурност. Мы помним «сигуранцу» из Ильфа и Петрова, так это из той же оперы. Но я опять отвлекся.
В контексте5-й Интернационал То, что происходит сегодня в Америке – это не анархия и не беззаконие. В Америке открыто происходит коммунистический террор. Террор заранее запланированный, хотя и бездарно скоординированный.
Итак, в конце августа профессор Паттон читал студентам по зуму лекцию о том, как носители разных языков употребляют разные слова-паразиты, когда подыскивают нужное слово, например, говорят um в английском или «б…» в русском.
Будучи, как я сказал выше, специалистом по переговорам с китайцами и желая разнообразить меню народов, Паттон привел пример китайского слова-паразита, которое пишется на латинице neiga.
Ужас в том, что оно резануло слух нескольким черным студентам, которые услышали «нигга». И разверзлись хляби небесные.
Как пишет Джонатан Зиммерман в либеральной «Дейли ньюс», контекст произошедшего не имел значения, равно как и намерения бедного Паттона: главное то, что его китайское словцо показалось нескольким «пробужденным» (то есть прогрессивным) кретинам обидным.
Притом у кретинов не хватило духу, чтобы выступить под открытым забралом, и они подписали свою кляузу на Паттона «Черные кандидаты на МВА (магистр делового администрирования – В. К.) 2020 г.».
Кляузник вполне мог быть один, и не черный, а белый говнюк. Но начальство откликнулось немедленно. Бывали хуже времена, но не было подлей.
Как заявил декан Школы бизнеса УЮК Джеффри Гаррет,
«профессор Грег Паттон несколько раз повторил китайское слово, которое звучит по-английски очень похоже на гнусное расовое осорбление. Просто недопустимо, чтобы профессура использовала на занятиях слова, которые могут маргинализировать, ущемить и повредить психологической безопасности наших студентов. Понятно, что это причинило студентам сильную боль и расстройство, и за это я приношу свои искренние извинения».
«Как и Гаррет, я признаю, что некоторые из студентов Паттона были ущемлены тем, что он употребил neige, – пишет Зиммерман. – Вот такие у них чувства, и я никогда в них не усомнюсь. В чем я усомнюсь, так это в том, что их ущемление или обида являются достаточной причиной для затыкания рта члену профессорско-преподавательского состава. На подобных основаниях вы могли бы заткнуть что угодно и кого угодно».
«Что, если я употреблю слово speck («пятнышко, крупинка, крапинка» и т. п. – В.К.), например, в словосочетании speck of dust («пылинка» – В.К.), – продолжает обозреватель, – а некоторые студенты ошибочно примут это за расовое оскорбление в свой адрес?»
Зиммерман имеет в виду слово spic, обидное для латинос.
«Или я напишу, что кто-то ест cake («пирог» – В. К.), а студенты-евреи скажут, что это звучит как антисемитский термин (kike – В. К.)?» – говорит он дальше.
Представитель Школы бизнеса уточнил, что Паттона отстранили только от данного курса лекций, но он продолжает преподавать другие предметы. Спасибо партии за это.
В контекстеПочему люди еще недавно свободного мира так легко отказываются от своей свободы? Отринув наследие своих предков, «выросшие в свободных, демократических странах» автоматически лишают себя и таких достижений, как личные права и свободы, этими предками для них добытые ценой тяжелейшей борьбы, упорного труда и кровавых жертв.
Америка в данный момент смахивает уже не столько на Советский Союз вегетарьянского закатного периода, сколько на Союз периода более раннего, то есть сталинского. Тем не менее не все еще запуганы полностью, и отдельные смельчаки отважились заступиться за Паттона.
«Все, что я могу сказать, – написал в твиттере профессор права Йельского университета Тайсу Джан, до этого преподававший в Гонконге и КНР, где он, очевидно, заразился вольнодумством, – это что профессор произнес китайскую фразу neige правильно и что привести ее как пример слова-паразита лингвистически было совершенно уместно. Это весьма распространенная фраза».
Организация «Черно-китайский кокус» тоже вступилась за Паттона в твиттере, написав:
«ЧКК шокирован тем, как неуклюже повел себя УЮК в этой ситуации. Дело не только в том, что самое поверхностное знакомство с пекинским диалектом покажет, что neige – это распространенное местоимение, но и в том, что реакция УЮК обесценивает и снижает серьезный разговор, ведущийся в высшей школе, по поводу разнообразия, равенства и инклюзии».
Вот уели. Правильно: на бред лучше всего отвечать бредом.
Но самый позорный момент произошел тогда, когда за свободу слова в Америке заступились выпускники УЮК – китайцы.
«Будучи подростком, я пережил Культурную революцию», – написал один и заметил, что случившееся с профессором Паттоном «приводит на память тот безумный период китайской истории».
«Если бы вы знали, как вели себя 50 лет назад люди во время так называемой Культурной революции, – написал другой, – вы знали бы, что кто-то мог таить зло на проф. Паттона и воспользовался случаем, чтобы сломать ему жизнь».
Дожили.
Мне уже выразили сочувствие некоторые россияне, которые не переносят Америку, но в последнее время думают, что в ней происходит что-то ненормальное.
Да нет, нормальное, просто с большим опозданием.
* * *
Владимир Козловский
«Кстати»