Комментарий
Глава Чечни лицемерит как и Эрдоган. Если бы их реально волновала судьба мусульман всего мира, то они бы добивались санкций против Китая за лагеря в Синьцзяне, считает Иван Преображенский.
Обезглавленный французский учитель «неустанно шел к такому итогу, вызывающе провоцируя учащихся, не считаясь с их возмущениями и просьбами прекратить демонстрацию оскорбительных рисунков».
И, называя террористом его убийцу, французский президент Эмманюэль Макрон «вынуждает к терроризму, подталкивает к нему людей, не оставляет выбора» .
Это - слова Рамзана Кадырова, правителя Чечни, в которой Россия сама проводила в прошлом контртеррористическую операцию. Сразу после теракта в Париже он осторожно осудил убийцу. Почему же Кадыров теперь присоединяется к президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану, оскорбляющему французского лидера за его республиканские взгляды?
Макрон - не враг России
В контекстеКрест и полумесяц в тени звезды Отчаявшись ассимилировать уйгуров мирными методами, к середине 2010-х Пекин, судя по всему, взялся за «окончательное решение уйгурского вопроса». Синьцзян фактически превращен в «концлагерь под открытым небом»: в районе предпринимаются беспрецедентные меры контроля.
Невозможно представить себе, чтобы подобное заявление, оскорбительное для лидера одного зарубежного государства и поддерживающее лидера другой страны, фактически противостоящей России сразу в нескольких точках земного шара, Кадыров делал исключительно по собственной инициативе, не спросив согласия кураторов кремлевской внешней политики.
Даже не МИДа, который уже много лет только выполняет указания Владимира Путина и его ближайшего окружения.
Кремль умеет играть на нескольких шахматных досках. Напрямую он поддерживает Францию и соболезнует. Наверняка многие в Москве действительно считают вполне разумной реакцию Эмманюэля Макрона.
Конечно, французский лидер не воспользовался терактом, чтобы захватить лично себе в руки новые властные рычаги, как неоднократно делал Владимир Путин, вся дорога которого к единоличной власти в России строилась на борьбе с террористами: от второй войны в Чечне, до «Норд-Оста» и Беслана.
С точки зрения поведения его российского коллеги, это выглядит как упущение. Но в главном противоречий нет - это угроза со стороны радикализма, прикрывающегося религией.
Вдобавок ссориться с Макроном сейчас и не хочется, да и не с руки, потому что Франция фактически выступает союзницей России и в Ливии, и в урегулировании конфликта в Нагорном Карабахе, и помогает традиционным российским друзьям в ЕС, то есть Кипру и Греции, сдерживать в Средиземном море Турцию.
Но есть и другая сторона медали. Россия старается быть активным игроком в исламском мире. И там ее лицом стал Рамзан Кадыров. Он налаживает политические и экономические связи, а когда Кремлю неудобно - выступает в качестве второй, мусульманской головы российского гербового орла.
Кремль многоликий
В контекстеНе на того напали и не те Прежде всего — Мьянма очень бедная страна. В бедных странах всегда все рельефней: они и живут, и воюют в каменном веке... На самой границе с Бангладеш, в штате Ракхайн, живет мусульманское меньшинство рохинджа, которых власти Мьянмы считают мигрантами и гражданства не дают.
Что реально сам Кадыров думает об истории во Франции, мы не знаем и вряд ли узнаем. Когда появилось его первое заявление, оно было в русле общей российской политики. Но затем Эрдоган попытался использовать высказывание Макрона, что ислам находится в кризисе, для формирования мощного антифранцузского фронта. И внешнеполитическая конъюнктура сразу изменилась.
Москве не нужен турецкий президент как «падишах всех мусульман». И вот Рамзану Кадырову приходится менять точку зрения и занимать позицию порадикальнее, чтобы, с одной стороны, оставаться в мировом исламском мейнстриме, укреплять свое (а значит, и кремлевское) влияние там, а заодно не позволить Эрдогану и другим зарубежным демагогам единолично управлять такой выигрышной с пиаровской точки зрения темой.
Тут-то и проявляется другая сторона кремлевской политики: авторитаризм и консерватизм. Любая апелляция к традиции в России важнее сейчас, чем призыв к модернизации.
Республиканская политика Макрона идет вразрез с диктаторскими замашками не только турецкого лидера, но и действующего российского президента.
Так что Макрон Кремлю не враг, но отнюдь и не друг, что и выражает Кадыров. Недаром пресс-секретарь президента Путина Дмитрий Песков, комментируя заявление чеченского правителя, с одной стороны, призывает «ориентироваться... на линию, которая формируется главой государства», но с другой - скандальное заявление Кадырова не осуждает.
Кадыров не заботится о мусульманах
В контекстеНеинтересная история Французам следует перенять этот наш опыт - речь мсье Президента записать, сделать симпатичную подборку из шансона 50-60-х, и в нужный момент просто нажимать кнопку. И именно этот - поскольку блокаду «Нобелевского террориста» в Мукате, или зачистку змеиных гнёзд в Шомроне французам предлагать просто глупо.
В реальности, если бы чеченский правитель, как он говорит в своем практически оправдывающем терроризм заявлении, действительно заботился о мусульманах всего мира, у него были бы проблемы поважнее, чем из Чечни на словах воевать с Эмманюэлем Макроном.
Ключевой союзник России сегодня, если верить самому Владимиру Путину, - это Китай.
Страна, которую обвиняют в создании фактически концентрационных лагерей для мусульман в Синьцзян-Уйгурском автономном районе.
Там могут находиться, как утверждают СМИ, до миллиона человек, их пытают, заставляют брить бороды, наказывают за чтение Корана и приверженность исламу.
Почему Кадыров не требует ввести санкции России против КНР за эти преступления? Или хотя бы не пытается использовать влияние Кремля на Пекин, чтобы облегчить положение уйгуров?
Ответ прост. Все атаки на Макрона - банальная политическая конъюнктура.
Авторов этих заявлений совсем не заботит, что они оказывают поддержку пресловутому международному терроризму, с которым Россия вроде как борется, и предают гуманистические ценности, на которых держится современный мир.
* * *
Иван Преображенский
«Deutsche Welle»