Кому выгоден весь этот крестовый поход во имя политкорректности?
Все началось с беспрецедентной чрезвычайной ситуации в сфере здравоохранения. И сразу после нее мы оказались посреди сюрреальной войны политкорректного тупоумия против дара интеллекта, которым, как представляется, в наши дни обделены слишком многие.
В контекстеНочь в музее, или Сон разума Музей возражает только против статуи Рузвельта, а не против него самого и его научного наследия, и музей помнит, что отец Теодора Рузвельта был одним из основателей музея. Даже зал биологического разнообразия назван в честь Рузвельта и его вклада в науку. То есть музей сносить не будут. Пока.
Дело Джорджа Флойда, афроамериканца, убитого на улице в Миннеаполисе полицией стало фитилем, который подорвал гигантский фугас ненависти, копившейся очень долго. Ненависти к здравому смыслу.
И поэтому мы вынуждены быть свидетелями атак сумасшедших, которых любой уважающий себя учитель истории немедленно бы выставил за дверь.
Мы также видим диктатуру моралистов, куда более жестких цензоров, чем цензоры любой реальной диктатуры.
И, наконец, ирония судьбы – один из столпов политической корректности, мистер Марк Цукерберг был признан виновным в том, что не является достаточно хорошим цензором. Мир абсурда рождается у нас на глазах.
Позвольте спросить: А нормальные тут остались? Кто-нибудь, еще верит в то, что если показать ребенку «Книгу джунглей» и «Алладина» тот не превратится в опасного расиста?
Найдутся ли среди нас те, кто считает трэшем статьи в Variety о «неполиткорректных фильмах» Индиана Джонс и Форрест Гамп?
Те, кто закатывает глаза при победных реляциях о снятии с линий производства кремов для отбеливания кожи?
По моему мнению, таких осталось очень мало. Или, по меньшей мере, мало кто из нас пытается, чтобы его голос услышали.
Может быть из-за того, что мы знаем – утверждая очевидные вещи, мы будем обвинены в самом худшем. И поэтому каждый день мы находим себя в окружении все более безумных новостей.
Последним в хронологическом порядке стало заявление о том, что Симпсоны – персонажи рожденные карандашом Марка Гронинга для издевательства над политкорректностью, более «не будет использовать белых актеров для озвучивания не-белых персонажей».
В контекстеВеликая угроза Америке… и американскому еврейству В 2016 году движение BLM опубликовало свою платформу, которая затем была удалена с веб-сайта организации. В ней Израиль назывался государством «апартеида» и обвинялся в совершении «геноцида».
Барт сказал бы в этом случае: «Сосите ваши носки» и намалевал бы на стене школы «Директор – отстой».
Если бы он сделал это в Facebook или Tik Tok, школьный комитет дал бы по нему залп из дробовика и заклеймил в качестве «пропагандиста ненависти».
Именно в этом теперь обвиняют Цукерберга.
Есть ли ненависть в Фейсбуке?
Не больше, чем в транспортной пробке в шесть вечера, когда машины не могут проехать на зеленый свет.
Есть ли свобода речи в Фейсбуке?
Протрите глаза! Они обвиняют боссов Фейсбукеа в том, что недостаточно делается для «борьбы с ненавистническими высказываниями».
Спросите президента Дональда Трампа! Когда протесты смутировали в мародерство и грабежи, он заявил , что пошлет армию ради того, чтобы остановить мятежников.
Они заклеймили его как ненавистника.
В контекстеЧто происходит с Америкой? Боюсь, что даже возможная победа Трампа на выборах в ноябре, лишь отсрочит крах великой державы. Куда денутся преподаватели колледжей, калечащие молодёжь прогрессивными учениями?
Как мы дошли до жизни такой?
Благодаря многолетним гнусным кампаниям в пользу наиболее кудахтавших«меньшинств», в ходе которых нормальность была изорвана в клочки.
Это также результат бесчисленных (и получающих неоправданно высокие зарплаты) международных комиссий по борьбе с ненавистью, превратившихся трибуналы, готовые гильотинировать любого, кто думает не так, как они.
Они сочиняют правила новой, политически корректной жизни, в то время как народ, реальные люди, не знают как дожить до конца месяца.
В Соединенных Штатах им очень хорошо удается перенаправить протесты так, чтобы поставить Трампа в неудобное положение – Трампа, который мог бы победить на ноябрьских выборах, засунув руки в брюки.
Джордж Сорос выразил это наиболее четко:
«Еще до начала пандемии я осознал, что мы находимся в революционном моменте, который был бы невозможен и немыслим в нормальные времена, но который стал не только возможным, но и абсолютно необходимым. И затем появился Covid-19, радикально расстроившись жизнь людей, и навязавший правила совершенно другой жизни. Речь идет о беспрецедентном событии, которое, в такой комбинации, скорее всего, никогда не повториться».
И теперь давайте на минуту остановимся и зададим себе вопрос:
Кому выгоден весь этот крестовый поход во имя политкорректности?
И прежде всего – что хорошего он принесет нашему умирающему западному обществу?
Или же, как предсказал такой гигант, как Мишель Уэльбек: «Все останется по-прежнему, только будет еще немного хуже?»
* * *
Андреа Индини
«Postskriptum»