Немного о «гуш хосем»
Есть в израильской политической жизни термин, не совсем понятный русскоязычному люду. «Русская» пресса им не пользуется, возможно, потому, что трудно его перевести с иврита.
Этот лингвистический недостаток мешает самопальным русскоязычным «политэкспертам» верно понимать происходящее и делать сколько-нибудь полезные прогнозы, это отражается на их статьях.
И, с другой стороны, помогает парить мозги русскоязычному читателю-электорату.
А термин этот – один из ключевых, к нему прибегают все ивритоязычные комментаторы, эксперты, политтехнологи. В последние годы он становится определяющим в местной политике и постоянно звучит на радио и телеканалах.
Проблемы русскоязычных политологов меня как-то мало волнуют. Тревожит меня, что из-за отсутствия в общественной дискуссии этого термина вводится в заблуждение часть суверена, та часть израильского народа, которая пользуется только русскоязычными средствами массовой информации.
Понятие это – «гуш хосе́м». Есть большой соблазн перевести его тавтологическим (на первый взгляд) выражением «блокирующий блок». На деле же это не тавтология, поскольку слово «блок» в русском языке имеет два смысла, и здесь они столкнулись. «Блок» как соединение частей (то, что передается на иврите словом «гуш» - анклав, «Варшавский блок»), и «блок» от «заблокировать» нечто блокирующее, препятствующее.
Как в слове «блокпост» (ивритское «махсом»), «Гуш хосем», «блокирующий анклав», «блокирующее большинство»
может образоваться в парламентской республике, в которой предусмотрено, что после выборов коалиция близких идеологически и экономически фракций создает правительство.
Обычно в многопартийном парламенте есть большинство, которое формирует коалицию, и меньшинство, которое сидит в оппозиции. Такое правительство прекрасно функционирует до следующих выборов.
Но ситуация становится тупиковой, в стране возникает конституционный кризис, когда в результате всенародных выборов в парламенте возникает большинство, неспособное, с одной стороны, сколотить коалицию - из-за принципиальных разногласий или личных амбиций лидеров фракций, а с другой стороны этот блок не позволяет (блокирует) создание коалиции другими фракциями, которые оказываются в меньшинстве.
Из-за этого явления в 1933 году к власти в Германии пришел Гитлер: блокирующее большинство ненацистких партий не смогло преодолеть противоречия и создать правительство.
Тогда президент решил возложить на Гитлера формирование правительства меньшинства, которое очень быстро расправилось с принципиальными соперниками и стало подавляющим (во всех смыслах этого слова) большинством.
В Российской империи в 1916-17 годах правительство было парализовано, поскольку враждебно настроенное большинство в Думе парализовало его работу. Принимать репрессивные меры в той обстановке власть не решилась, к чему это привело, мы знаем.
В реалиях Израиля не может работать миноритарное (базирующееся на парламентском меньшинстве) правительство.
Оно не сможет утвердить ни одного закона, не говоря уже о бюджете. Ведь даже имея в своем активе 61 мандат (на один больше, чем половина), неимоверно трудно провести закон: при таком раскладе каждый депутат от коалиции начинает «выкаблучиваться», диктовать свои условия, и чуть что – отказывается голосовать со своими. И никакая апелляция к коалиционной дисциплине не помогает.
В опубликованной ранее своей статье-утопии «Трагический выстрел в геншттабе» я описывал ситуацию, при которой лет через 10 к власти у нас придет партия, заинтересованная в гибели страны. Но это – их программа максимум, до нее еще далеко. А вот реализация программы минимум «левых» партий очень реальна и близка: создать если не свою левую коалицию – то хотя бы парализовать работу Кнессета.
Если верить новым опросам, то после выборов в Кнессете образуется именно такой парализующий «левый» блок: МЕРЕЦ (6-7 мандатов), Авода (вокруг 20 мандатов), Еш атид (20-22 мандата) и Объединенный список (13-15 мандатов).
Учитывая статистическую погрешность, вполне реален сценарий, при котором эти четыре партии получают 61 мандат.
Они не смогут создать коалицию: депутаты Объединенного списка все время твердят, что не хотят быть министрами преступного сионистского образования. С другой стороны и Яир Лапид (Еш атид), и Ави Габай (Авода) заявили, что не будут формировать правительство с арабской партией. Политики этого блока не смогут проявить позитивную солидарность для создания коалиции, но могут выразить единодушие негативное - блокировать создание коалиции другими фракциями, которые окажутся в меньшинстве.
Выход из тупика – роспуск только что избранного парламента и новые выборы. Но вряд ли депутаты пойдут на это. Они финансово и физически истощены только что завершившейся изнурительной кампанией, есть риск, что многие из них не попадут в Кнессет, некоторые фракции не преодолеют электорального барьера.
И компромисс будет достигнут за счет интересов большинства народа – возникнет ультралевая коалиция, которую в целом настроенный правильно народ вряд ли хотел бы поставить себе на голову. Лапид и Габай обещают не смыкаться с арабской партией – но и Эхуд Барак в 1999 году обещал не сотрудничать с религиозными, на этом он построил свою пропаганду среди «русских».
За неделю до выборов в 1999 году штаб Барака (видимо, на те миллионы, которые потом не смогли найти) разместил в нескольких русских газетах листовку, в которой огромными буквами было начертано: «Нетаниягу закроет «русские» магазины!» (читай: Нетаниягу сколотит коалицию с ультраортодоксами, которые заставят его закрыть эти магазины).
Перепуганный «русский» электорат, защищая некашерную колбасу, массово проголосовал за Аводу (называвшуюся тогда «Исраэль ахат»), а уже в своей речи в ночь победы Барак заявил: «Ани рош а-мемшала шель ку-у-у-у-улам» – «Я премьер-министр всех граждан!» Помните? И хотя десятки тысяч глоток исступлённо орали ему в ответ с площади: «Без ШАС! Без ШАС!» - он наплевал и на них, и на свои обещания.
И будущее «лево-центристкое» правительство сможет соблазнить депутатов Объединенного списка, проявив невидимую щедрость.
Почему правительство Еш атид и Авода будет ультралевым? Потому что в ней будет диктовать свои условия МЕРЕЦ, близнец Объединенной партии.
Можно, проявляя оптимизм, твердить, что опросы часто ошибаются. Но мы знаем, что главная задача опросов – это не отражать объективную реальнос ть, а влиять на нее, промывать мозги, воздействовать. Влияние опросов настолько серьезно, что им удается приблизить конечные результаты к своим «прогнозам».
Очень не хочется, чтобы в моей статье кто-то увидел неприязнь к арабскому населению нашей замечательной страны. У меня есть претензии к их вождям, их лидерам. Они действуют так, как в свое время действовали властители умов в Российской империи: всеми силами боролись с ненавистным царским режимом, приближая будущее с небом в алмазах, не зная, что станут первыми жертвами этого светлого ленинско-сталинского будущего.
Арабские интеллектуалы – Зоаби, Тиби и другие, объявившие смертный бой сионистскому государству, как бы не знают, что если им удастся уничтожить Израиль, здесь, на этой земле возникнет режим, который сейчас правит в Газе. И можно легко спрогнозировать, что сделают эти безжалостные террористы с такими бескомпромиссными защитниками прав арабского населения как Зоаби и Тиби.
В эти «рабинские дни» вспоминается один из доводов убитого премьер-министра в пользу договора с Арафатом: Рабин тогда сказал, что Арафат, не связанный по рукам БАГАЦом (Высшим судом справедливости), легко разделается со своими террористами. Насколько его прогноз оправдался – мы уже знаем.
(То, насколько нравственным было строить политику на заведомой преступности Арафата – это тема, которую осветить должны наши политологи - адепты партии Авода).
Закончить хочу обращением. Не к тем, кто сознательно стоит на позициях партии МЕРЕЦ; они честно мечтают о развале страны, не видят в этом катастрофы, верят, что их с распростертыми объятиями ждут в просвещенной Европе и Америке, где уже изжита юдофобия. Им я ничем помочь не могу.
Я к тем, кто смотрит на вещи здраво и трезво, видит все в верной перспективе.
Нельзя нам расслабляться, нельзя поддаваться внушению сладкоголосых сирен, твердящих, что ничего опасного в таких «центристских» партиях, как Авода и Еш атид, нет.
Нужно понять, что каждый голос, отданный за них – это голос, отданный за антисионистский блок. С программой минимум и программой максимум.
* * *
Юрий Моор-Мурадов
«Мнения»