Украине следует добиваться освобождения захваченных у Керченского пролива моряков в рамках обмена всех на всех
Крым. (Фото: «Nautilus»)
Кто же такие военнопленные? Согласно определениям, даваемым в разного рода юридических словарях, это лица из состава вооруженных сил одной из участвующих в конфликте сторон (иначе — комбатанты), попавшие во власть неприятеля в ходе международного вооруженного конфликта, который может происходить и без объявления войны.
В контекстеБезвыигрышное положение Задумаемся: великая страна, которая вдруг стала пешкой в предвыборной игре в соседней недружественной стране! То, что наблюдалось в Керченском проливе и вокруг него, представляет собой для России классический цугцванг.
При этом государство, захватившее их в плен, отвечает за выполнение своих международных обязательств в отношении военнопленных. Содержание в плену само по себе не является мерой наказания, а принадлежность к той армии, в рядах которой состоит военнопленный, не может вменяться ему в вину.
Военнопленного можно привлекать к уголовной ответственности только за военные преступления, совершенные им до попадания в плен, или за преступления, совершенные во время пребывания в плену (например, за убийство других военнопленных, охранников и т. п.).
Режим содержания военнопленных определяется IV Гаагской конвенцией о законах и обычаях сухопутной войны 1907 года, III Женевской конвенцией об обращении с военнопленными, принятой в 1949 году, уже после Нюрнбергского процесса, и принятыми в 1977 году Дополнительными протоколами I и II, и в 2005 году III Дополнительным протоколом к Женевским конвенциям о защите жертв войны 1949 года.
Под всеми этим документами стоит подпись царской России и СССР, правопреемником которых является современная Россия. Более того, в 1993 году Совет Безопасности ООН включил Женевскую конвенцию со всеми ее дополнениями в состав обычных норм международного права, что сделало её обязательной для исполнения не только для стран-подписантов, но и для всех других стран, вовлеченных в военные конфликты.
Согласно этой конвенции, военнопленный ни в коем случае не может отказаться от прав, которые ему обеспечивают нормы международного права.
И, оказавшись в плену, он обязан сообщить только свою фамилию, имя и звание, дату рождения и личный номер. Ни при каких обстоятельствах его нельзя принуждать давать какие-либо другие сведения. Таким образом, любые допросы военнопленного в принципе считаются незаконными.
Другое дело, что в случае возникновения войны или вооруженного конфликта каждая из сторон априори предполагает, что противник будет допрашивать ее военнослужащих, попавших в плен, а потому допрашивает захваченных неприятельских солдат и офицеров.
Все 24 украинских моряка, захваченные Россией в ноябре прошлого года в международных водах вблизи Керченского пролива, безусловно, являются военнослужащими Вооруженных сил Украины. Столь же несомненно, что между Россией и Украиной продолжается вооруженный конфликт в Донбассе, хотя и без объявления сторонами войны друг другу.
В этом конфликте противостоят друг другу Вооруженные силы Украины, с одной стороны, и Вооруженные силы России и их марионеточные союзники-сепаратисты, воюющие под командой российских офицеров, — с другой. Украинские моряки действовали не самочинно, а по приказу своего командования.
Никаких военных преступлений они не совершали. Когда российские военные корабли напали на украинские военные корабли в международных водах и обстреляли и захватили их, украинские моряки не оказали никакого сопротивления.
В контекстеМосква не рискнула перейти к «дипломатии канонерок» Согласно Договору между РФ и Украиной о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива от 24 декабря 2003 года, море и пролив «исторически являются внутренними водами Российской Федерации и Украины».
Украинская сторона объявила их военнопленными. Тем не менее, российская сторона, самочинно объявив де факто воды Керченского пролива своими территориальными водами и требуя предварительного запроса для прохождения пролива также и военными судами, в нарушение конвенций об обращении с военнопленными, предъявила захваченным украинским морякам обвинение в уголовном преступлении — в незаконном пересечении российской границы по ч. 3 ст. 322 УК РФ, что карается лишением свободы на срок до 6 лет.
Ожидается, что к 9 июля это обвинение уже будет официально предъявлено всем украинским морякам, оказавшимся в российском плену.
Кроме того, в нарушение Женевской конвенции об обращении с военнопленными, российская сторона допрашивала захваченных в плен украинских моряков.
А ведь в данном случае аргумент о том, что украинская сторона тоже допрашивает захваченных в плен российских военнослужащих, не работает, поскольку от тех российских солдат и офицеров, которые действительно были захвачены в плен ВСУ, Москва тотчас же отрекалась, объявляя, что до того, как они оказались в Донбассе, они успели уволиться с российской военной службы.
Поэтому с юридической точки зрения российских военнослужащих в плену у Украины просто нет, а значит, их невозможно допрашивать.
Собственно говоря, последняя российская нота Украине по поводу инцидента в Керченском проливе, наделавшая столько шума, как раз и предлагала Киеву согласиться с трактовкой дела украинских моряков как сугубо внутрироссийского: дескать, до любого рода обмена или возвращения украинских моряков на родину им должен быть вынесен приговор российским судом, и Украина должна с этим приговором согласиться, т. е. де факто признать Керченский пролив российскими внутренними водами.
По этой же причине Россия отвергла решение Международного трибунала ООН по морскому праву, который в рамках применения временных обеспечительных мер в деле по иску Украины к РФ обязал Россию до 25 июня освободить захваченных моряков и суда.
Москва заявила, что не признает юрисдикцию Международного трибунала ООН в этом вопросе, а считает его сугубо внутрироссийским.
Не исключено, что Россия в ближайшие дни в ускоренном порядке вынесет обвинительный приговор всем или некоторым украинским морякам, а затем передаст их тому же Медведчуку, чтобы он успел привезти их в Украину в самый канун выборов в Верховную Раду, чтобы поднять свой рейтинг на выборах.
На мой взгляд, Украине следует добиваться освобождения захваченных у Керченского пролива украинских моряков либо в рамках обмена всех задержанных в Украине граждан России на всех задержанных в России граждан Украины, либо посредством давления на Россию великих держав и международных организаций.
Иное решение будет иметь негативные международно-правовые последствия для Украинского государства.
* * *
Борис Соколов
«День Киев.Ua»