Загадки мировой политики
Этот загадочный Китай. (Фото: «IsraPhoto» - «Nautilus»)
Когда бывший командующий сухопутными войсками США в Европе, генерал-лейтенант Бен Ходжес заявил, что в ближайшие десять лет может начаться война с Китаем, это вызвало настоящую сенсацию.
Как же, трех десятилетий не прошло, как США и НАТО сокрушили советскую сверхдержаву и позволили себе расслабиться.
Правда, российская агрессия в Крыму и Донбассе взбодрила Североатлантический альянс, придала новый смысл его существованию и подарила ему нового старого главного противника в лице путинской России. С ней даже начали готовиться всерьез воевать, как вдруг на горизонте возникает еще одна держава, которая, оказывается, через какое-нибудь десятилетие может стать противником пострашнее России, причем даже не в «холодной», а в настоящей «горячей» войне.
Ходжес утверждает, что «существует такая траектория, и когда я прислушиваюсь к тому, что делает Китай, когда прислушиваюсь к тому, что говорят китайские коммунистические лидеры, то знаю, что здесь вполне может быть конфликт».
Но он не сбрасывает со счетов и Россию, настаивая, что «НАТО следует продемонстрировать свою силу России».
В контекстеПакистан: новый шелковый путь Китай и Пакистан считают себя «братьями по оружию» и «друзьями на все времена» начиная с 1950-х годов, когда Пакистан стал первой мусульманской страной, разорвавшей отношения с Тайванем и признавшим Китайскую народную республику.
Посмотрим, насколько реален вооруженный конфликт между США и их союзниками, с одной стороны, и Китаем с другой. Начнем с того, что мы не в состоянии оценить реальный потенциал Китая, как экономический, так и военный.
В условиях сохранения в континентальном Китае тоталитарного коммунистического строя, плановой экономики, государственной собственности на большинство предприятий и неконвертируемости юаня, очень трудно оценить как реальный объем валового внутреннего продукта Китая, так и реальный объем китайских военных расходов.
Все перечисленные выше факторы играют на завышение ВВП, но пока что нет методики, чтобы оценить, на сколько процентов или во сколько раз они завышают китайский ВВП.
Вполне возможно, что находящийся на 2-м месте в мире после США по объему ВВП Китай в действительности превосходит следующую за ним Японию по этому показателю не в 2,5 раза, как гласит официальная статистика, а всего лишь на 20-30%, и входит по размеру ВВП в одну группу стран с Японией, Германией, Англией и Индией.
И уж совершеннейшей загадкой является истинный размер китайских военных расходов.
Но если предположить, что ближе к истине более низкие, а не более высокие оценки китайского ВВП (а западные эксперты полагают, что также существенно завышены официальные данные о темпах роста китайской экономики), и принять во внимание, что китайский народ отнюдь не живет в состоянии предельного напряжения сил, свойственного для военного или предвоенного времени, можно предположить, что военные расходы Китая в действительности не так велики, как полагают некоторые аналитики.
По официальным данным американский ВВП больше китайского в 1,6 раза. Если же брать минимальные оценки ВВП КНР, то американское превосходство может стать трехкратным.
Военные расходы США в 2017 году составляли 610 млрд. долларов, или около 3,1% ВВП. По оценке SIPRI, реальные военные расходы Китая в том же году достигали 228 млрд. долларов, или 1,9% от номинального ВВП. Вполне возможно, что от реального ВВП они составляли примерно те же 3,1%.
Но чтобы достичь с США паритета в стратегических вооружениях и в других высокотехнологичных вооружениях Китаю, учитывая также расходы на содержание крупнейших в мире по численности китайских вооруженных сил, очевидно, надо тратить на оборону, как минимум, не меньше, чем Америка. Но тогда от номинального ВВП военные расходы составляли бы 5,1%, а от реального — 8,3%.
Очевидно, такие расходы крайне неблагоприятно сказались бы на жизненном уровне населения, и без того крайне низком у доброй половины китайцев. А ведь для того, чтобы хотя бы приблизиться к США в военной сфере, Китаю надо нести такие расходы на вооружения не один год, а лет 15-20 подряд. Китайская экономика, чей рост замедляется, такие расходы явно не потянет. Примем во внимание значительное технологическое отставание Китая от США, в том числе в сфере вооружений.
Вполне возможно, что технологический разрыв между китайскими и американскими вооруженным силами даже больше, чем между американскими и российскими вооруженными силами.
Также можно предположить, что исход столкновения между китайскими и американскими войсками, без применения ядерного и другого оружия массового поражения, был бы даже еще более катастрофическим для китайской стороны, чем исход столкновения с американцами для бойцов Вагнера в Сирии.
Да и эффективность китайских военных расходов представляется не слишком высокой.
В контекстеВ тесном блоке с англосаксами Если же ВС Тайваня смогут оказать серьезное сопротивление, у Вашингтона возникнут большие политические проблемы, внешние и внутренние. Потому что договоры нужно выполнять. Иначе репутационные издержки могут оказаться тяжелее военных потерь.
Характерный пример здесь — Тайвань. По оценке того же SIPRI, его расходы на оборону меньше расходов КНР в 21,9 раза. При этом авиация Тайваня обладает 144 истребителями F-16 A/B, тогда как Китай из самых современных истребителей имеет только 14 Су-35 и 97 Су-30МКК и Су-30МК-2. Последние уступают F-16.
И подобное отставание наблюдается во всех областях. США и их союзники имеют возможность за те же деньги закупать или производить значительно более совершенные вооружения и боевую технику, чем Китай. Поэтому, чтобы приблизиться к США, китайские расходы на оборону должны даже превышать американские. Вероятно, для достижения паритета в ракетно-ядерной сфере (хотя бы на уровне достижения неприемлемого ущерба США) Китаю потребуется еще не один и не два десятка лет.
А без достижения такого паритета в Пекине на прямую военную конфронтацию с США никогда не пойдут. В конфронтации же обычных вооруженных сил из-за более высокого уровня боевой подготовки и вооружений у американской армии у китайцев нет шансов реализовать свое численное превосходство.
Поэтому ни через 10, ни через 20 лет американо-китайская война не кажется реалистичным сценарием. Впрочем, Ходжес оговорился, что надеется ошибиться в своих прогнозах.
Пафос же его выступления в Праге на конференции по вопросам безопасности, посвященной 20-летию вступления Чехии, Венгрии и Польши в НАТО, сводился к тому, что американцы все больше сил и средств в ближайшем будущем будут вынуждены выделять для противодействия китайской угрозе, тогда как
европейские союзники, и прежде всего Германия, должны больше средств расходовать на противодействие российской угрозе, в том числе в Черном море в связи с аннексией Крыма.
И американский генерал предупредил, в том числе в связи с отказом Берлина направить германские корабли в Черное море, дабы не раздражать Путина: «Это область, где Россия осуществляет самую большую и самую сильную агрессию. Если Запад не сделает ничего с аннексией Крыма, вполне возможно, что Одесса будет следующим городом, который будет оккупирован, и, возможно, также Румыния».
Этот пример показывает, что у мирового сообщества нет возможности смириться с аннексией Крыма, и американский Конгресс прав, когда принимает соответствующий законопроект. Ведь продолжение российской оккупации Крымского полуострова фактически исключает свободное судоходство по Азовскому морю и дестабилизирует не только Украину, но и другие страны Черноморского региона.
* * *
Борис Соколов
«День Киев.Ua»